Альберт Кириллов – Записки помощника прокурора (страница 32)
Около полуночи, я отправился домой, т. к. уже хорошо набрался, поэтому решил поехать в люльку, чтобы выспаться. Эдуард грозился поехать домой, но из-за жары, видимо, его достаточно сильно развезло. Поэтому им было принято «героическое» решение. Остаться спать в кабинете. Ну если так хочет, то кто я такой, чтобы ему это не давать делать.
При этом, под конец вечера, он всё время таскал туда-сюда свою куртку. Я никак понять не мог, на хрена он это делает. Он всё говорил, что в куртке у него документы, ключи от квартиры и машины. Ну так «полож» её и пусть лежит. Кто её из кабинета в прокуратуре, где мы сидим, «стырит»?
Нет, вцепился и сидел в обнимку или перекладывает с места на место. Ну понятно, перепил и фигня в голову втемяшилась, вот и придерживается её. Ну я посмеялся, да уехал. Правда, он мне перед моим уходом, сказал, что поспит пару часов и домой поедет.
Утром, я сидел в кабинете, ко мне залетел Эдуард и стал говорить, что у него куртку украли. Я охренел от такой постановки вопроса. С учетом уровня нашей прокуратуры, у нас круглосуточно сидел наряд, тогда, милиции, в количестве двух человек. Кабинет опечатывались и закрывались на ключ. Ключи были у тех, кто сидел в кабинетах и у завхоза в сейфе.
Оказалось, что Эдуард поспал и решил поехать домой, а куртки нет! А ключи и документы (и главное — удостоверение) все в куртке. И чего делать?
Ну он поискал, ничего не нашел и с горя допил водку и лег спать.
Он полдня меня доставал, тем, что до обеда ходил ко мне и интересовался — а не я ли, скомуниздил его куртку. На хрена она мне сдалась?!
Стенания и плач Ярославны продолжались достаточно долго. «Обидки» росли с каждым часом. Типа я был последний с ним, поэтому мог спрятать его куртку. Мои доводы, что я выходил в рубашке и брюках — это подтвердил наряд, который видел, как я уходил вечером, принимались к сведению, но потом всё начиналось по-новому.
Ближе к вечеру, я, Эдуард и коллега, которая заходила к нам вечером и пила с нами, сидели у него в кабинете, пытались провести логическую цепочку: когда вчера он видел последний раз куртку, куда он её мог запихнуть и т. д. Пять раз был обыскан весь кабинет, только линолеум с пола не отодрали.
Основная проблема была в том, что в куртке было удостоверение. За потерю удостоверения, можно было таких лещей отхватить, что мама не горюй. Для нас было проще паспорт вместе с правами потерять, чем лишиться удостоверения.
Ничего не нашли. Эдуард уже готовился рапорт писать о потере удостоверения. Потом махнул рукой, сказал, что надо с горя выпить и полез в холодильник в морозильник. У него там была заначка.
Тадам…
В морозильнике лежала забытая там хозяином куртка Эдуарда.
Мы уже потом втроем вспомнили, что Эдуард вчера говорил пару раз, что в куртке жарко. Будет круто засунуть ее в морозилку, ну чтобы охладилась, а потом идти домой. Так ведь прохладнее… Правда?!
Идиот…
Я ему потом сказал, что больше один с ним пить не буду, чтобы он меня потом в краже его нижнего белья не обвинил!
Пить надо меньше
По приходу в МТП (Московская транспортная прокуратура) я попал в отдел по надзору за нашими нижестоящими прокуратурами. Надзор за надзирающими! Мы смотрели, как они осуществляют надзор за поднадзорной милицией. Вот такой оксюморон.
В начальники мне попался достаточно неплохой мужик. Хотя он испытывал определенную грусть, т. к. несколько лет назад работал начальником отдела по расследованию преступлений, которые расследовали следователи прокуратуры. Чувствовал себя не в своей тарелке, т. к. был «следаком» до мозга костей.
Правда он сам ушел с этой должности, когда с женой уехал в одно из наших посольств РФ за границу. Я даже сначала и не знал, зачем он это сделал. «Добрые» люди потом рассказали. Пил он очень сильно, жена его уговорила уехать с ней за границу, «зашиться» и таким образом сохранить семью.
Отбыл он это «заключение» три года и вернулся. Но его место уже было занято, тогда его и поставили на тот отдел, где потом и я начал работать.
Сначала, как и ранее писал, у меня со многими не сложились отношения, т. к. считали меня «блатным». В какой-то мере так и было, но это другая история. От работы я не бегал, поэтому настороженность сменилась определенным уважением и нормальными отношениями.
Так вот, когда я уже проработал несколько месяцев, у нас начала происходить реорганизация в прокуратуре: ушел начальник отдела следователей, за этим потянулась другая реорганизация — начальники разных отделов стали менять свои отдела на другие.
Начальник отдела следователей ушел не сам! Его очень «попросили» написать заявление по собственному желанию. Либо он увольняется, либо в отношении него возбуждают уголовное дело. Наши следователи работали по таможенным преступлениям. В этой сфере и тогда, и сейчас крутятся многомиллионные денежные средства. Иногда речь шла о десятках миллионах долларах. Поэтому коррупционная составляющая всегда ходила и ходит в рядах следствия и прокуратуры, к сожалению.
Мой начальник отдела вернулся на свою старую должность — начальник отдела следователей прокуратуры. Зажил полной жизнью и радовался, что вернулся на своё место. А уж как следователи радовались, это не передать!
В общем, он «развязался». Мне было не очень неприятно за этим наблюдать, т. к. замещение произошло недавно, то мне часто приходилось бегать к нему по «старым» делам: подпись поставить или согласовать другие вопросы.
Каждый раз, заходя в его кабинет утром, я видел, что он уже «под шофе». График у него был стандартный — утром открывалась бутылка водки, к обеду она уже заканчивалась. Потом обеденный сон и открывалась вторая бутылка. Соответственно, в течение дня он был в нерабочем состоянии. Грустно это было.
Следователя были рады, А чего не радоваться? У пьяного начальника можно подписать всё, что угодно. Согласовать любой свой вопрос либо сослаться, что он чего-то не помнит, а ему вчера-позавчера это докладывали. Да они и сами с радостью приносили ему спиртное в неограниченных количествах. Я пытался с ними переговорить, что так делать нельзя. Но кто я, а кто они — «белая кость»! Козлы, короче.
Но рано или поздно, такой «беспредел» должен был закончится. Начальник такого отдела должен быть на связи всегда! Потому что многие дела были «резонансными». В любой момент могли вызвать к прокурору, а в худшем случае, и в Генеральную прокуратуру, чтобы дать информацию по делу или отчитаться о проделанной работе.
С учетом «режима» моего бывшего начальника, его не всегда удавалось "поймать», т. к. либо он боялся идти к прокурору на доклад, либо спал в кабинете пьяным.
На это долго закрывали глаза, но когда пару раз вызывали в Генеральную прокуратуру, а его не смогли найти, то чаша терпения переполнилась. Никому не хочется отвечать за «косяки» другого работника. Заместителю прокурора, который был начальником моего бывшего, это надоело до усрачки, т. к. прокурор уже несколько раз «пропесочил» его за отсутствие руководителя отдела следователей.
Чёрт меня погнал в тот день к прокурору! Ну идти-то бы пришлось в любом случае… Я пришел к прокурору, чтобы подписать у него продление срок следствия по одному из уголовных дел. Без его подписи было бы невозможно расследовать дело.
В этот момент, мой бывший начальник проснулся и решил сходить в туалет, чтобы «пописать», благо туалет был недалеко от его кабинета. Но тут ему фатально не повезло… В этот момент по коридору, пройдя дверь в туалет, в направлении его кабинета шел заместитель прокурора — его начальник. Он быстро углядел своего подчиненного, которого, кстати, искал с утра, и никак не мог его найти. Тот пьяный спал в кабинет, закрыв дверь. Конечно, телефонные трубки он не брал, чтобы его не «выкупили».
Заместитель прокурора тут же радостно вцепился в своего пьяного подчиненного и потащил его в «предбанник» — секретариат, из которого можно было попасть в его и прокурора кабинеты.
На свою беду, там тихо сидел я, ожидая, когда же меня вызовет прокурор. Иногда по часу приходилось сидеть, ожидая вызова. Такой порядок был, мать его…
— Так, ты чего тут? — подозрительно ткнул в меня пальцем заместитель.
— Так это… С «продленкой» я, сижу жду, когда прокурор вызовет, — ответил я, не совсем понимая, чего он до меня «прикопался». Я почти каждый день там сидел, так получалось. И он меня там каждый день видел. Поэтому и удивился.
— Так, будешь присутствовать при освидетельствовании этого придурка. Кончилось мое терпение, — злобно сказал заместитель и ткнул пальцем в моего бывшего начальника, который стоял рядом с ним, понурив голову и имея жалкий вид. Я, конечно, сразу понял, что он опять пьяный.
Проблема была в том, что «стукачей» не любит никто. Особенно в правоохранительных органах. В коммерческой организации вас максимум уволят. А у нас можно и в места, не столь отдаленные легко уехать, если кто-то вас сдаст руководству.
Я думал, как мне быстро «слинять» из секретариата, чтобы не участвовать в освидетельствовании. Однако, заместитель сразу понял мой настрой и четко контролировал, чтобы я не смылся. Да, он еще и двух секретарей привлек к этому, которые тоже не горели желанием участия в этой процедуре.