реклама
Бургер менюБургер меню

Альберт Кириллов – Вернувшиеся на другую сторону (страница 41)

18

- Спокойно, Болик! Мы уже победили, - резко положил Михаил руку на холку Болика, который ощутив, что на Хозяина идёт атака, поднял иглы на холке и прижался к полу, чтобы в одном прыжке достать ведьму, которая пыталась напасть на Хозяина.

Тот рыкнул от злости, но глянул на Хозяина и опустил иглы, а потом недоверчиво поглядывая на Мирославу, сел на пол, но был готов в любую секунду сорваться с места, чтобы одним прыжком уничтожить её.

**********

- А? Что? – не понял Виктор, когда охранники Обители вскочили на ноги и попытались пройти к лестнице, но наткнулись на охранников Инны, которые положили руки на пистолеты.

Волна мощнейшей магии со второго этажа прошла по всему зданию, что ощутили все маги, что были в нём. И никто не знал, что делать, но тут волна ушла и всё затихло.

Охранники всех сторон переглянулись, но никто не продолжал активных действий, ожидая продолжения, которого не последовало.

***********

- Ох ты ж, - мгновенно напрягшийся Георгий впился взглядом в здание Целителей.

- Твою маму, - выругалась Екатерина.

- Что это было? – немного испуганно посмотрела на ней, а потом на Георгия Мелиса.

- Архонт! – только одно слово от Георгия.

- На него напали или разозлили, - подтвердила его высказывание Екатерина.

Волну магии на ментальном уровне из здания ощутили все, кто находился в радиусе ста метрах от здания. И часть прохожих, прогуливающихся или идущих по своим делам, тут же рванули подальше, поняв, что сейчас здесь может разыграться магическое побоище, которое переживут совсем не многие.

- И что будем делать? – обратилась княжна к обоим.

- Уходить надо! - сказал Георгий.

- Согласна, - поддержала его Екатерина.

- Ну уж нет, - отрицательно тряхнула головой Мелиса. – Я хочу до конца посмотреть. Тем более, что всё закончилось.

Мужчина и женщина переглянулись, посмотрели на упертую подопечную, поняв, что она не уйдет отсюда по доброй воле.

- Ладно, но если ещё раз подобное, то уйдем, - немного успокоился Георгий, поняв, что продолжения ментальных ударов вроде бы не предвидится.

**********

- Мирослава, еще раз такое «художество» с вашей стороны и я за себя не ручаюсь, - в этот момент в кабинет забежала ещё одна Целительница, а за ней два незнакомых охранника.

- Мира?.. – спросила чернявая, небольшого роста, но худая будто тростинка женщина, азиатской наружности: то ли бурятка, то ли татарка, не поймешь.

- Выйди, Назима. Выйди я сказала, и охрану прихвати с собой! – приказала Мирослава своей подчинённой, которая недоверчиво смотрела на неё, с испугом наблюдая, как у той из носа у неё потекла кровь.

- У тебя кровь из носа течет, - сказала Назима, перед тем как недовольно вышла из кабинета вместе с охраной.

- Ой! – Мирослава провела под носом, посмотрела на пальцы и обнаружила на них кровь, она достала из кармана платок и быстро вытерла её.

- Может продолжим? – Инна, увидев, что Мирослава привела себя в порядок, решила форсировать ситуацию.

- Да, конечно.

- Подскажите мне, что вам не хватает для лечения девочки? Ранга, силы?

- Это «Лихорадка Источника», - ответила Мирослава. – И основная проблема в том, что заболевание Любавы очень трудно поддаётся лечению – это раз. На поддержание её состояния в стабильном состоянии требуется просто прорва гранов – это два. Ну и третье – последнее, но основное – нужен минимум Магистр, желательно не ниже третьей категории. Такие Целители есть у Князей, но мы маленькая Община. Целителей такого уровня у нас нет, а у отца Любавы нет таких денег, чтобы пригласить Целителя такого уровня. Все присылаемые им деньги уходят на поддержание её в стабильном состоянии.

- Можно мне посмотреть девочку? – Инна вопросительно посмотрела на настоятельницу.

- Можно, но чем вы сможете помочь на своём уровне силы,? - получила ответ Инна.

- Посмотрим, - уклончиво сказала Инна. – Хочу оценить состояние девочки.

- Хорошо, пойдемте.

Мирослава вывела Инну и Михаила из кабинета, откуда по крытой галерее на втором этаже они прошли в соседнее двухэтажное здание, представляющее из себе больничное заведение, в отличие от основного административного здания: длинные коридоры и двери по сторонам, ведущие в палаты больных.

Они зашли в одну из палат, где на кровати лежала очень бледная девочка лет десяти, которая слабо улыбнулась, когда в палату зашли гости.

- Добрый день, Любава, - ласково сказала Мирослава и улыбнулась девочке.

- Добрый день, настоятельница, - слабо улыбнулась девочка в ответ, - а когда папа придёт?

- Не волнуйся, - неожиданно вступила в разговор Инна, - твой папа сейчас далеко, но у него всё очень хорошо. Он просто сильно занят и не может приехать, но обязательно это сделает. Но он прислал нас к тебе, чтобы мы постарались тебе помочь. Я могу тебя осмотреть?

Любава без испуга, но как-то напряженно посмотрела на Мирославу, а та согласно кивнула.

- Да, хорошо! – прозвучал слабый голос.

Инна подошла к девочке, села рядом с кроватью на стоящий тут же стул, а потом взяла её за руку, закрыла глаза.

Мирослава смотрела на всё это с достаточно большим скепсисом, не понимая, что эта слабая Целительница может сделать с болезнью девочки. Если даже она не может помочь ей.

Инна «потянулась» к Источнику Любавы, пытаясь просканировать его состояние, и закусила губу. Источник казалось взбесился: из ядра выскакивали, как солнечные протуберанцы во все стороны: в сторону головы, вниз по телу и конечности. Всё это происходило очень хаотично, и судя по состоянию органов, очень разрушительно для организма. Мышцы, нервы, вены, лимфатические узлы и сама лимфа находились в постоянно «возбужденном» состоянии. Практически получалось, что вместо самоисцеления, Источник вводит организм в сверхактивное состояние, от чего тело «работало» в сумасшедшем режиме, уничтожая само себя.

- М-да, я такого еще не видела. А у вас такое заболевание часто проявляется? – Инна отпустила руку девочки и оглянулась на Мирославу.

«У нас?» - сделала зарубку настоятельница, удивившись тому, что Инна не знает, что такое «Лихорадка Источника»:

- Нет, примерно один случай на десять тысяч магов, но Любаве от этого не легче. Подпиткой магией мы стабилизируем её Источник, подлечиваем поврежденные органы, но до бесконечности это не может продолжаться, - тяжко вздохнула Мирослава. – У нас просто нет необходимого количества гранов, а полностью перейти на лечение одной Любавы мы просто не можем себе позволить.

- И сколько вам гранов необходимо? – Инна глянула на Михаила, а тот с интересом следил за нитью разговора.

- В месяц требуется не менее 5 000 гранов, вы понимаете, что это очень много?

- Для вас, - хмыкнул Михали.

- Для нас? Да, для нас это очень много. Могу сказать, что мы поддерживаем Любаву в стабильном состоянии, а те деньги, что присылает отец, вынуждены тратить на зарядку накопителей или их покупку, но они слишком дороги, да и перезарядка их влетает в копеечку.

- Пять тысяч? Хм… - тут Михаил залез в один из многочисленных карманов своей одежды на бедре и вытащил оттуда десяток искусственных алмазов…

**********

Деревня Дубки. За сутки до отправления посольства

- Слушай, «хенерал», тебе жалко, что ли? – Михаил сидел в кабинете Крамаренко и в очередной раз ругался с ним. – Дай немножко, ну штук двадцать, - наглеть так наглеть, решил для себя Михаил.

- Скока?.. – охренел Крамаренко.

Помимо большого запаса привезённых в Дубки искусственных и драгоценных камней, имелось оборудование для производства муассанитов, что расположилось в одним из недавно построенных зданий.

Крамаренко, как начальник спецобъекта был тем человеком, который отвечал за их сохранность своей головой. Вёлся строжайший учёт и трехступенчатый контроль за их количеством, зарядкой и т.д.

- Ну ладно, тогда двадцать пять!

- Да ты!.. Да я… - хватая ртом воздух, Крамеренко стал махать руками на наглеца.

- Спроси у Сидорова, - тут же перевёл стрелки Михаил.

Красный от злости Крамаренко уже хотел начать орать на Михаила, потом плюнул и нажал кнопку на селекторе.

- Слушаю, - с большого экрана на стенке кабинета Крамаренко, на них смотрел Сидоров, находившийся в своём кабинете в Иркутске.

- Товарищ генерал-полковник, - обратился Крамаренко официально, - этот лишенец требует двадцать…

- Двадцать пять, - перебил его Михаил.

Крамаренко опять покраснел и злобно сверкнул на него глазами: