Альберт Горошко – Остратис (страница 2)

Когда тот захрустел под глиняным пестиком, меня стошнило в великолепное блюдо аланской чеканки.

– Хвала богам, мой дорогой клиент, ты освободился от скверны. Теперь выпей этот раствор и спи.

Он протянул мне чашу с белесой жидкостью. Я неохотно выпил что-то похожее на подсоленный мел, лег на бок и стал с грустью смотреть на спокойные воды пролива.

IV

Через день я был на ногах. Отказавшись от услуг брадобрея, я обработал лицо эпи-гелем, смыл его остатки вместе с трехдневной щетиной. Я посмотрел на его странный инструмент в виде полукруглого бронзового скребка и предложил ему свое средство.

– Какое замечательное снадобье, – хмуро отозвался слуга, выдавив из тюбика небольшое количество на тыльную сторону ладони. Стерев его, он долго рассматривал чистое от волос пятнышко.

– Так я могу остаться без работы, – заключил он и вернул тюбик.

– Не беспокойтесь, у меня это последний, – заверил я.

Я наконец сумел выбраться в полис, чтоб осмотреть интересовавшие меня каменоломни Пантикапея. Мой новый гид Остратис был полной противоположностью неряшливого Фистуса, который исчез куда-то и больше не появлялся. Во-первых, он был юн – просто воплощение девственности – высокий, совсем еще детский голос, чистая одежда, аккуратные вьющиеся светлые волосы, расчесанные на прямой пробор, красивое, немного бледное лицо, большие светло-карие глаза с длинными, густыми ресницами. Но при всей его хрупкой, подростковой комплекции Остратис держался прямо, почти гордо, хотя и был тих, и, как мне показалось, застенчив в общении со мной.

Катакомбы славились на всю округу своим легким и прочным камнем. Я мечтал проникнуть сюда, чтобы раскрыть тайну Золотого Грота, о котором вычитал в статье археолога П-нского, сумевшего расшифровать свиток жреца Матрактиса. В легендарном гроте якобы таились сокровища вождей Скифии со времен царя Натрака, безуспешно разыскиваемые в течение многих веков, но даже сам Митридат не смог его отыскать. Зато здесь были открыты подземные кладовые с превосходным строительным камнем.

П-нский указывал в своей монографии примерные координаты пещеры, однако не имел возможности проверить на практике свои выводы. В те времена еще не умели “спрессовывать” время. Его работу забыли, но я получил уникальную возможность подтвердить результаты трудов П-нского. Читатель знает, что в наши дни наука стала сугубо частным делом, так как все теоретические вопросы были решены, и решения эти нуждались только в практической проверке. Генеральная Академия Наук выдавала патенты на проведение тех или иных опытов, но не выделяла ни бита финансирования – то есть информационно-материальной поддержки. Так я за свой счет оказался в группе тавристов, к которой присоединился по льготной путевке. Но вернемся назад к моему путешествию.

Мимо усыпальницы скифских царей пролегала сложенная из плоских валунов дорога, ведущая в каменоломни. Я следовал за Остратисом, который держался правой стороны, предупреждая  меня о приближении повозок, везущих добытый камень в гавань, где его переправляли на другой берег пролива для строительства Фанагорийской цитадели.

Вход в подземелье охраняли двенадцать латников, красных, как вареные раки. Солнце заходило за гору ближе к вечеру, и ни один выступ у ее южного склона не имел тени в полдень. Потому здесь и был вырыт вход, чтобы передавать солнечный свет как можно дальше внутрь посредством отполированных серебряных зеркал, расположенных под углом друг к другу. Сразу за входом огромная увешанная зеркалами зала имела несколько ниш и проходов, освещенных уже факелами. Мимо нас сновали телеги и сменявшие друг друга каменотесы. Нам показали путь. Остратис шел со светильником впереди. Я нес маленький садок с канарейкой, обреченной, в случае опасности, погибнуть первой в удушливом мраке пещер. Я ориентировался по схеме, взятой из книги П-нского, и подсказывал Остратису направление.

– Какой необычный пергамент! – удивился он, глядя на тонкий белый лист моего флекси-планшета.

– Это совсем не пергамент, потом я тебе покажу, как он работает, – пообещал я ему.

Остратис часто оборачивался, проверяя, как ведет себя птичка. Та сидела тихо на своей жердочке и только вертела клювом.

– Стоп, здесь должен быть проход в стене, – я поставил клетку на пол и стал ощупывать стену.

Никаких признаков наличия двери – ни шевелящихся камней, ни тайных кнопок и рычагов я не обнаружил. Остратис с любопытством наблюдал за мной и, наконец, подошел и звонко хлопнул в ладоши.

V

Внутри стены что-то щелкнуло, заскрежетало, и я увидел, как в шаге от него в стене образовался небольшой проем. Щит, искусно подделанный под камень, был убран стоявшим внутри рабом. Мы шагнули в проход и стали спускаться вниз по выбитым в породе ступеням. Здесь факелов не было, и коридор освещали масляные светильники, установленные на расстоянии трех-четырех шагов. Постоянно спотыкаясь, мы спускались четверть часа, пока не уткнулись в тупик. Я кивнул моему спутнику, давай, мол, хлопай, но тот спросил:

– Господин хочет это посмотреть?

Я подтвердил, но был немного озадачен его вопросом. Остратис, как мне показалось, с тенью досады хлопнул дважды и еще один раз через небольшой промежуток времени. Каменный пол под нами заколыхался и начал проседать, опуская нас внутрь громадной залитой сотнями огней пещеры, которая оказалась местом для проведения гладиаторских поединков.

Меня встретил мой бывший попутчик – сыщик, и я даже не успел скрыть удивление. Уж не был ли он агентом компании-оператора?

– Ловко же вы прикинулись ученым. А сами сюда же! Вот и наши друзья здесь, и еще много наших современников!

Я оглядел публику и увидел историка с юристом. Неужели я попал в тур, организованный для любителей запрещенных боев?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.