Альберт Беренцев – Во все Имперские ТОМ 7 Орден (страница 42)

Ей точно пришло нечто в голову. Нечто, что внушало надежду.

— Да, дайте минуту! — снова потребовала Маша, — Тут есть кое-что важное. Очень важное…

Маша указала на мой смартфон и сделала круглые глаза.

Похоже, что она раскусила самозванца, поняла, в чем именно тот водит за нос. А может и нашла его слабое место.

— Я перезвоню тебе через минуту, Государь, — произнес я в трубку, отбирая у принцессы смартфон, — Прими там пока таблетки от кашля, окей?

Я сбросил звонок и поглядел на Машу:

— Ну, жена? Я слушаю.

Глава 166 — Цареубийство

— Отойдём. Надо поговорить, — Маша схватила и потащила меня куда-то в сторону печки.

— Ну уж нет! — возмутилась принцесса, — Никаких сепаратных переговоров!

Принцесса вцепилась мне в плечо. Теперь на мне повисли сразу две девицы.

— Я что, не могу поговорить наедине с моим мужем? — раздраженно бросила Маша.

— Можешь. Но не сейчас. Вы же явно не свою брачную ночь обсуждать собрались! — крикнула принцесса.

Девушки начали меня самым натуральным образом перетягивать, как какой-нибудь канат. Меня это несколько выбесило. Я резко, но несильно активировал свою ауру, потом дернул плечами и стряхнул обеих магичек с себя.

Девки повалились на пол. Маша вскочила на ноги первой и выхватила меч…

— Мама! Зови дриад! — завизжала принцесса, — Ты же видишь, она хочет нашей смерти!

Петя холодно улыбался, как будто происходящее его не касалось. Его слуга-перс тоже на всякий случай выхватил из ножен кривую саблю, хотя явно не понимал, кого здесь надо рубать.

Дриада грустно созерцала происходящее и хранила молчание.

Я стукнул кулаком по столу, на ауре и с такой силой, что пластиковый стол треснул, а тарелка из-под вяленой щуки разбилась вдребезги.

— Ну хватит, — приказал я, — Всем заткнуться. Кто первый прольет кровь — того я лично кончу. Слово магократа. Маша, убери меч. Убери меч, Я СКАЗАЛ. А тебе, тюрбан, специальное приглашение нужно?

Последняя моя фраза относилась к персу, который, разумеется, меня не понял, потому что не говорил по-русски. Но я был настолько зол, что не имел никакого желания вникать в его положение. Я просто выхватил у перса саблю и яростно сломал её пополам об колено.

Перс печально поглядел на Петю, Петя коротким жестом приказал ему угомониться.

Маша страстно дышала и смотрела на принцессу, как тигр на добычу, меча она так и не убрала. Принцесса была мрачнее тучи.

Я воздел руки:

— Всем спокойно. Не хватало еще друг друга перерезать прямо во время переговоров с самозванцем. То-то Павел Стальной порадуется, если мы тут выпустим друг другу кишки. Оформите спок, дамы. Маша, говори.

— Но я…

— Никаких «но я», — жестко перебил я жену, — Мы сейчас решаем вопрос с узурпатором. Не с принцессой. Проблемы с Ладой мы будем решать потом. Так что сейчас никаких мечей и никаких дриад, барышни. Так что если у тебя есть нечто важное для меня, Маша — говори. И не медли. Если будем медлить — узурпатор может и соскочить с крючка и закидать нас всех солярис-бомбами. Вы этого хотите, я не пойму?

— Ну ладно, — Маша одарила меня такой издевательской улыбкой, что ей можно было рыбу глушить, целыми косяками, — В общем… Как прикажешь, муж. Я хорошая жена, я слушаюсь мужа.

— Это похвально, — не менее едко ответил я, — А теперь выкладывай.

— Только один вопрос, — Маша наконец сунула свой короткий меч в ножны на поясе, — Никого не смущает, что Павел Павлович в принципе до сих пор жив, нет?

— О чём ты? — хмуро спросила принцесса.

— Я о самозванце. И о сектантах. И обо всей ситуации в целом, — пояснила Маша, — Ну то есть посудите сами… Сектанты хватают Павла Павловича и суют его в Петропавловку. Но зачем? В смысле — зачем они сохранили ему жизнь? Почему сразу не убили? Далее… Павел Стальной расправляется с сектантами. Петропавловка теперь под его полным контролем, как и вся Охранка. И он знает, что Павел Павлович в Петропавловке. Почему он его не убил?

Зачем держать царевича в каземате, если проще и безопаснее его просто шлепнуть? Я просто напомню вам, если вы забыли, что за Малым узурпатор послал сумасшедшего негра с титановым мечом. И негр бы снёс Малому голову за пару секунд, никаких указаний сохранять жизнь Малому у негра не было. И это логично. А вот то, что узурпатор почему-то упорно не хочет убивать Павла Павловича, как до него не хотели и сектанты — нет. Это странно.

— Хм… — я загрузился, — Пожалуй, так. Это верно. Объяснения?

— Только одно, муж, — ответила Маша, — И других тут быть не может. Ты помнишь, как из тебя достали Царя?

— Ну, предположим, помню. Причем тут это?

— Притом. Алхимик сделал Царю отдельное новое тело, так?

— Ну так… — признал я.

— И как оно выглядело?

— Ты же видела Царя в битве у Петропавловки, — напомнил я, — Вот так и выглядело. Уебищно, если честно. Рожа длинная, руки разной длины…

— Но это родное тело Царя? Он так выглядел, когда жил в другом мире?

— Ну… В общем да… — ответил я, — Он и посмертии так выглядел. И на портретах Лжедмитрия так рисуют. Ну, на тех портретах, что я видел. Так что да — это его родное тело. Его исконный облик. Я всё еще не понимаю, к чему ты клонишь.

— А очень просто, — Маша уселась на стул, злобно глянув в сторону принцессы и закинула ногу на ногу, — Дело в том, что алхимическое тело не может существовать само по себе. Ему нужен первообраз. Алхимическое тело — это всегда копия. Как ярлык компьютерного файла, понимаете? Если оригинальный файл удален или испорчен — ярлык уже работать не будет.

Точно также и с алхимическими телами. Они существуют, пока существует прообраз. Царю сделали тело только потому, что образ этого тела хранился в душе Царя, которая сидела в Нагибине. А вот самозванцу сделали алхимическое тело не на основе чьей-либо души, а на основе реального тела. Тела Павла Павловича.

Именно его самозванец и копирует. Вот почему Павлу Павловичу сохранили жизнь, вот зачем его держали в Петропавловке. Он нужен, как прообраз. И если Павел Павлович вдруг умрёт…

Маша замолчала, а я присвистнул:

— Ого. Прикольно. То есть если Павел Павлович умрёт — самозванец тоже сдохнет?

— Может и так, — ответила Маша, — А может не сдохнет, а просто развоплотится. Но в одном я точно уверена — сохранять облик Павла Павловича он точно не сможет. А в этом случае его вероятно сразу же кончат его же стражницы Лейб-Гвардии. Они-то уверены, что на престоле Павел Павлович, настоящий.

Проще говоря, нет ничего легче, чем покончить с самозванцем. Для этого нам нужно просто выйти сейчас в сени и утопить Павла Павловича в его бадье. С этим справится даже твоя сестрица Таня, муж. Ибо Павел Павлович слаб, маска высосала его ауру, у него сейчас даже магии нет! Одна секунда — и самозванец мёртв!

— Ага, или из его трупа вылезет Гностический Либератор… — протянул я.

— Это если еще вылезет, — хмыкнула Маша, — Кто тебе сказал, что Павел Стальной не врёт насчет Либератора? Мы говорим об узурпаторе, Нагибин, аллё. Павел Стальной и вранье — это по факту синонимы. Так что…

Маша снова взялась за свои ножны, принцесса тут же бросилась к дверям в сени и привалилась к ним спиной.

Потом она обвела избу глазами, как какой-то затравленный зверёк:

— Не надо, Нагибин. Не делайте этого. Если вы убьете моего брата — это будет означать войну. И вражду. Мама…

Я поглядел в черные бездонные глаза дриады.

— Барон не будет этого делать, — «пропела» дриада, не открывая рта, — Я чувствую.

— В таком случае барон — редкостный идиот и тряпка, — заявила Маша, — Ибо это был бы беспроигрышный вариант. Убив Павла Павловича, мы бы немедленно освободили престол от Павла Стального, а Россию от узурпатора на троне. И расчистили бы трон для себя. А дриад можно не бояться, муж. У нас есть Кабаневичи. Мы просто телепортируемся отсюда. И всё.

Все присутствующие теперь уставились на меня. Со страхом, как будто я был судьей, выносящим приговор. Весело смотрела только одна Маша. Судя по всему, моя женушка вошла в боевой раж, словила вдохновение и готова была сейчас лично перерезать Павлу Павловичу глотку.

В общем-то смысл в словах Маши был. Можно было даже рискнуть тем, что в случае смерти Павла Павловича умрёт и узурпатор, а из его трупа вылезет Гностический Либератор. В конце концов, я из рода служителей Гностического Либератора, не факт, что эта тварь вообще мне угрожает… Можно было даже теоретически пойти на цареубийство. Ситуация была крайней. Можно было, вот только меня смущало одно «но»…

— Маш, одна дриада стоит прямо здесь, если ты не заметила, — вздохнул я, — И она против убийства её сына.

— Я в курсе, — кивнула Маша, глянув на экран своего смартфона, ей вроде пришло сообщение, — Но в том-то и дело, что дриада стоит здесь. А в сенях тем временем уже один из финских наёмников. Я ему написала, пока ты тут болтал с узурпатором. И хорошо заплатила…

— Чего? — это известие пришло столь внезапно, что я на миг даже растерялся.

И не я один. На несколько секунд повисло молчание. Я бы сказал, что все были в шоке, но тут бы скорее подошло выражение «в глубоком ахуе».

В следующее мгновение произошло сразу несколько событий — из сеней вдруг послышались крики, грянул выстрел, потом затрещала автоматная очередь… Рядом со мной возник рыжебородый Кабаневич. Он схватил меня за руку, другой рукой хватанул Машу…

Вот это все уже напоминало какой-то дурной сон. Но я не привык теряться даже во сне.