Альберт Беренцев – Эльфицид: Служба (страница 7)

Иванов был игроманом, страдавшим или скорее наслаждавшимся тяжелейшей зависимость от ММО игр. Его сдала в дурку собственная жена после того, как вернувшись из отпуска, обнаружила мужа в VR камере полуживого, не евшего и не пившего ничего уже трое суток. О еде и воде Иванов тогда просто забыл, увлекшись игрой, причем перед тем, как начать играть, Иванов специально расковырял систему безопасности VR камеры, что и позволило ему играть три дня подряд, не отвлекаясь на всякую ерунду, вроде поддержания собственной жизнедеятельности. Но здесь в дурке Иванов был в безопасности, в психиатрической больнице были запрещены не только VR камеры и MMO, но и любые компьютерные игры и интернет в принципе.

Но все это сейчас не интересовало Андрея, его волновало другое. Он знал, что к Иванову пару часов назад приезжал брат, и что Иванов получил от брата подарок — огромный пирог с тунцом и шпинатом, не поганую синтетическую выпечку из местной пекарни, а настоящий пирог из теста и рыбы, заботливо испеченный женой брата Иванова. Что было еще более важно, сам Иванов сейчас гулял во дворе, а до прогулки он был на обеде, где есть свою еду запрещалось, а до этого — на лечебной гимнастике. А значит, Иванов никак не мог съесть этот пирог, и он был где–то здесь, вероятно в тумбочке Иванова.

Долго искать Андрею не пришлось, пирог нашелся во втором сверху ящике. Он был завернут в бумагу, и Андрею казалось, что пирог под бумагой еще теплый, хотя это конечно была иллюзия.

Андрей вдруг задумался, у него возникла хорошая идея. Можно отломать от пирога маленький кусочек и накрошить его на пускающего слюни Палыча. Тогда все подумают, что это старый Палыч сожрал передачу Иванова. Но на это Андрей так и не решился, это уже было бы не просто воровством, а настоящей подлостью. Так нельзя. Голод сделал Андрея преступником, но Андрей все же сохранил остатки человечности и не стал мразью настолько, чтобы подставлять Палыча.

— Ладно. Ты меня не видел. Кушай свою овсянку, — тихонько сказал Андрей Палычу. Хотя это и было излишним, Палыч не смог бы никому рассказать о краже, даже если бы захотел, потому что никогда не говорил.

Андрей ушел с этажа, дождавшись, когда санитарки войдут в очередную палату, причем ушел он не тем путем, которым пришел, Андрей покинул место преступления через лестницу на противоположном конце коридора. Оставалась последняя задача — найти укромное место и сожрать добычу, при этом само собой разумеется, что по пути попадаться никому на глаза с пирогом в руках нельзя.

Ближайшим подходящим местом был туалет на втором этаже, но есть в туалете не слишком приятно, а вот в расположенной чуть дальше туалета по коридору душевой можно вполне сносно поглотить похищенное. Тем более что убирают душевую утром, а моются пациенты вечером, а, следовательно, там сейчас никого нет. Приняв стратегическое решение, Андрей немедленно двинулся к цели.

Через две минуты он был уже в провонявшей плесенью, потом и моющими средствами душевой. Жалко, что нельзя здесь закрыться, но тут уж ничего не поделаешь — задвижек на дверях в психиатрических больницах не бывает. Андрей за секунду сорвал с добычи бумагу, еще мгновение полюбовался румяным пирогом и бросился жрать. Конечно, он поступил нехорошо, как крыса. Но это все потом, он потом обдумает своей поступок и сам себя накажет. А может быть, Андрея разоблачат санитары, и тогда его накажет главврач. Может даже вызовут полицию. Но сейчас все это неважно, сейчас нужно есть, наслаждаться каждым моментом и каждым куском, пролезающим в пищевод. Андрей знал, что он слаб, он не отрицал этого. Он не мог противостоять искушениям.

Первые три откушенных куска пирога принесли блаженство, Андрей проглотил их, почти не жуя. А на четвертом куске, голову Андрея вдруг свело невыносимой болью, когда его зуб наткнулся на что–то каменно–твердое в пироге.

Андрей взвыл, потом выругался, потом в ужасе прислушался, опасаясь, что воем он демаскировал свое местоположение. Но все было тихо, никто не бежал в душевую разбираться, кто это там воет.

Десна все еще болела, а во рту Андрей явственно ощутил зубное крошево. Судя по всему, он сломал себе левый резец. Это было жалко, потому что зубов во рту у Андрея и так оставалось немного, и денег на вставку новых у него не было.

Андрей осторожно расковырял пирог, внутри было что–то большое, из серебристого металла. Что бы это ни было, логично предположить, что такая большая штуковина не могла попасть в пирог случайно, а значит, ее туда запекли намеренно.

Осознав это, Андрей испытал искреннее счастье и облегчение, несмотря даже на только что сломанный зуб. Получается, что Иванов получил от брата в пироге некий запрещенный предмет, а значит Иванов — сам преступник и это отчасти оправдывает Андрея, ведь он обокрал не невинного человека, а злостного нарушителя внутрибольничных правил. Кроме того, теперь Андрей сможет шантажировать Иванова этой штуковиной в пироге, так что искать вора пирогов в больнице точно не будут. А что если там нейрошокер или даже пистолет? Что если Иванов планировал сбежать с помощью этой хрени в пироге или даже убить главврача? Тогда из вора Андрей сразу же превращался в героя, предотвратившего побег психопата, а может и убийство.

От этой мысли Андрей пришел в такое возбуждение, что немедленно начал расковыривать пирог дальше, кроша его кусками прямо на пол душевой, он даже забыл, что только что намеревался съесть этот пирог полностью. Когда работа по освобождению загадочного предмета из пирога была окончена, в руках у Андрея оказался крупный серебристый гвоздь, длиной около тридцати сантиметров. На ощупь гвоздь был гладким и почему–то холодным, почти ледяным, как будто его только что достали из морозилки. На шляпке гвоздя был отчеканен рисунок, изображавший двух космонавтов, сражавшихся друг с другом на топорах. На стержне имелась размещенная вертикально надпись — Ergotism.

Сначала Андрей был в недоумении, но потом не без труда сообразил, что за предмет он держит в руках. Он читал о таких вещах в интернете, еще до того, как вынужден был лечь в психушку. Сомнений быть не могло, этот предмет — теллуровый гвоздь. Теллуровые гвозди являются оборудованием для игр полного погружения, они работают как VR камеры, только занимают в тысячу раз меньше места, а стоят в сотни раз дороже. А еще они, в отличие от VR камер, совершенно безопасны для здоровья. Вроде бы их производит какая–то шотландская компания, причем эти гвозди являются их эксклюзивной технологией.

Ну конечно! Все встало на свои места, и Андрей ощутил себя Шерлоком Холмсом, только что распутавшим сложнейшее дело. Иванов же игроман, видимо, он уговорил брата передать ему устройство для игры в пироге. При этом, насколько слышал Андрей, у Иванова была какая–то родня в Японии, возможно эта дорогая вещь — подарок от заграничных родственников.

Вспомнив все это, Андрей засомневался. С одной стороны ему очень хотелось опробовать гвоздь, с другой стороны он опасался. Несколько минут он мучительно размышлял, напрягая свои ожиревшие и убитые антипсихотиками и антидепрессантами мозги. Но, в конце концов, Андрей решил, что от того, что он немножко поиграет, никому вреда не будет. Все–таки он сломал зуб из–за этого гвоздя, и за это Иванов ему должен. А еще Андрей не собирался относить этот гвоздь главврачу или оставлять его себе, он намеревался только чуточку поиграть и вернуть теллуровое изделие Иванову. А значит, Иванов должен Андрею еще и за покрывательство. Не будет большой беды, если Андрей опробует гвоздь на себе.

Решение было принято, но тут возникла другая проблема — Андрей понятия не имел, как пользоваться гвоздем. Вроде бы, он где–то слышал, что теллуровые гвозди нужно вбивать себе в голову. Но как? Андрей сильно сомневался, что нужно взять молоток и прямо начать вбивать, такое скорее приведет к смерти, чем к активации игры. Может быть, нужно делать специальную хирургическую операцию и сверлить дырку в голове, чтобы использовать теллуровый гвоздь? Нет, вряд ли. По крайней мере, Иванов определенно планировал воспользоваться переданным в пироге устройством, а у Иванова никаких дырок в голове нет. Или есть?

Андрей вдруг сообразил и тихонько рассмеялся. У каждого человека и так от рождения есть целых пять дырок в голове — рот, две ноздри и два уха. Точно! С чего бы начать?

Андрей начал с рта, гвоздь оказался совершенно безвкусным, но как будто стал еще холоднее. Андрей попробовал сначала засунуть его себе в рот острием, потом шляпкой. Ничего не произошло. Тогда Андрей засунул себе гвоздь сначала в левое, а потом в правое ухо, но устройство все еще не активировалось. Запихать гвоздь в ухо шляпкой Андрей не осилил, шляпка была слишком крупной. Тогда Андрей вставил гвоздь себе в левую ноздрю, он продавил его до упора, так что стало больно и захотелось чихать, но все еще ничего не происходило. Андрей уже собирался попробовать правую ноздрю, но в этот момент боль и зуд в носу вдруг прошли.

Андрей ощутил явственно растущий холодок, как будто ему прыснули в нос анестетиком. Потом холодок распространился на лоб, а по затылку побежали мурашки. Странное ощущение, как будто смотришь ASMR видео.