Алайна Салах – Строго 18+ (страница 2)

Задергавшись, я скулю от унижения и боли.

– Тихо, тихо, моя кисонька, – продолжает нашептывать Костя. – Бурак, брат, ты как там? Как тебе попка? Узенькая, да?

В ответ раздается протяжный грубый мужской стон, и в ту же секунду меня парализует вспышкой боли. Турок входит резко и глубоко.

Взвизгнув, я впиваюсь ногтями в плечи Кости.

– Тс-с-с, моя маленькая… Пошел процесс, – удовлетворенно бормочет он. – Расслабь попку, Ди. Не в первый раз же… Кончишь в два раза сильнее.

Я задушенно мычу, когда два мужских тела начинают попеременно толкаться в меня, подкидывая словно плюшевую игрушку. Бурак, не стесняясь, протяжно стонет и хрипит, пока его мошонка звонко бьется о мою кожу.

– Моя сученька… – приговаривает Костя, продолжая удерживать мои ягодицы раздвинутыми. – Такая горячая… Не ври, что тебе не нравится… вон ты как хлюпаешь…

Он ловит губами сосок, щелкает по нему языком, с силой тянет. Я закрываю глаза, чтобы его не видеть. Хочется ничего не чувствовать тоже, но это невозможно… Слишком много ощущений раздирают меня на части. Возбуждение тоже имеется среди них, но помимо него присутствует еще унижение, боль и паника.

– Как бы я хотел посмотреть на тебя оттуда, – шепчет Костя. – Как его член таранит в твою розовую дырочку. Он большой, да? Но не больше моего, точно.

– Я тебя никогда за это не прощу… – хриплю я, смаргивая слезы.

Сзади слышится протяжный похотливый рык, и между ягодиц становится особенно туго и влажно. Пальцы Бурака больно впиваются мне в кожу, движения становятся быстрее и напряженнее.

Плотно сомкнув губы, я беззвучно кричу. Кажется, мое тело не выдержит, и что-то внутри меня вот-вот безвозвратно сломается или взорвется. Последний толчок – и в одной части меня наконец становится пусто.

Позади тяжело пружинит матрас. Бурак что-то удовлетворенно бормочет на своем языке, слышится шлепанье его удаляющихся ног. Я жмурюсь, смаргивая влагу, собравшуюся в уголках глаз. Сокращающийся анус продолжает выбрасывать сперму.

– Видишь, ничего страшного, – ласково шепчет Костя, убирая налипшие волосы с моего лица. – Это был твой лучший подарок на мой день рождения, киса.

– Я тебе этого никогда не прощу, – сипло повторяю я, ослепнув от мутной пелены перед глазами.

– Конечно простишь, дурочка… – его член снова толкается внутрь меня. – Ты же моя собственность. И я тоже целиком твой.

2

С остервенением размазав слезы локтем, я откидываю руку мирно спящего Кости и выбираюсь из кровати. Между ягодиц болит и тянет, тело бьет озноб.

Ворвавшись в гардеробную, я натягиваю первые попавшиеся джинсы и толстовку, стаскиваю с верхней полки дорожную сумку и начинаю закидывать в нее вещи. Футболки, свитера, брюки, кроссовки, шлепанцы. Платья, духи и украшения намеренно игнорирую. Они – самое дорогое, и не нужны мне в новой жизни. Пусть Костя ими подавится.

Все, хватит с меня!

Сколько можно списывать его выходки на особенности характера и убеждать себя в том, что любовь обязана принимать все, как есть? Сегодня он перешел черту. Это и раньше происходило, например, когда однажды он, будучи нетрезвым, намекнул, что не прочь привести к нам в постель Надю – эту дешевую шлюху с силиконовыми шарами, вечно притаскивающуюся на общие тусовки. Или когда в Таиланде изъявил желание посмотреть, как меня будет ублажать языком тайская проститутка.

Каждый раз это вызывало во мне волну протеста и желание уйти от него, но всякий раз Костя сводил все к шутке. Тогда я затыкала свою гордость подальше и убеждала себя, что это просто его фантазии, которые он сумеет держать под контролем.

Помимо этого, было в наших отношениях и много другого, что меня не устраивало: например, его желание контролировать мою жизнь. Он запрещал мне общаться с подругами, которые ему не нравились, а еще Костя категорически был против того, чтобы я работала, объясняя это тем, что денег у него предостаточно, и по возвращении домой из офиса он не хочет видеть меня заебанной. Это цитата.

Я всегда сопротивлялась, но со временем все равно делала так, как ему хотелось. Потому что безумно любила. Даже не так. Костю я боготворила. Красивый, умный, успешный, щедрый на подарки, волевой и совершенно непредсказуемый… Порой резкий и не стесняющийся в выражениях, но такой он был со всеми, не только со мной.

Нас связывала не только любовь. Костя открыл для меня новую жизнь, вытащил со дна зловонного хрущевского болота, в котором я задыхалась восемнадцать несчастных лет.

Родители спивались, из еды в холодильнике был только заплесневевший хлеб и бутылка подсолнечного масла, денег не было. Не было настолько, что зимой я ходила в летних кроссовках, которые донашивала за сестрой.

Он повстречался мне в забегаловке, где я подрабатывала официанткой и уборщицей. Одному богу известно, что парню на тачке стоимостью в десять миллионов понадобилось в этом убогом месте, и почему он вдруг решил со мной заговорить. Помню, Костя сказал, что я слишком красивая для этого места. Напоил паршивым местным кофе и записал мой номер телефона, сказав, что у него есть для меня работа.

В тот же вечер я засыпала с мыслью о нем. За стенкой родители орали матом и били посуду, а мне было все равно. Как и любая наивная девушка того возраста, я мечтала, что рано или поздно появится прекрасный принц на белом мерседесе и меня увезет.

Костя позвонил только через неделю, пригласил на ужин. Пришлось срочно одалживать у соседки туфли и платье.

Помню, как тряслись ноги, когда я садилась в его машину и как приятно в ней пахло. Помню, как Костя погладил мою щеку так, будто мы были очень давно знакомы, и сказал:

– Красивая ты такая, киса. Только тебе эти дешманские шмотки не идут и туалетная вода – говно полное. Давай метнемся быстро поесть и купим тебе нормальные.

Я растерялась и просто кивнула. Казалось, будто это сон какой-то. Красивый парень хочет купить мне что-то, хотя даже не знает меня толком.

Сон оказался даже волшебнее, чем я представляла. Сначала Костя привез меня в ресторан, где я попробовала блюда, о которых до этого даже не слышала. Я была такая голодная, что слюна буквально заполоняла рот и мешала говорить. Но я все равно держалась и пробовала по чуть-чуть, чтобы не выглядеть дикой чайкой.

Костя это заметил, недовольно поморщился.

– Вот только, блядь, давай без этого, – рявкнул и придвинул ко мне тарелку. – Ешь давай нормально. У тебя глаза, как у псины голодной.

А потом мы приехали в здоровенный четырехэтажный магазин, где ценники на одежду исчислялись десятками и даже сотнями тысяч. Костя сам совал мне вешалки, и когда я в протесте промычала «это же дорого», почти силой запихал меня в примерочную.

К концу вечера, сидя в его машине в окружении десятка оранжево-черных пакетов, я была безоговорочно влюблена. Заботу и внимание, которые я годами не видела от родителей, удалось получить от незнакомого парня буквально за пару часов.

Поэтому когда Костя повернулся и спросил: «Тебя сейчас куда? Ко мне поедешь?» – я без раздумий ответила «да» и приготовилась расстаться с девственностью. Ближе сестры и Кости к этому моменту в моей жизни не было никого.

– Мудак, – бормочу я сквозь слезы, задергивая молнию на сумке. – Я же тебя так любила, скотина. Надеялась, что когда-нибудь мы поженимся.

Я хочу выйти из спальни не оборачиваясь, но в дверях все равно не удерживаюсь и смотрю на него, спящего. Не подозревающий о моем бегстве Костя лежит, раскинув руки, черты лица, огрубевшие с годами, расслаблены, что делает его особенно похожим на того парня, в которого я безоглядно влюбилась в тот вечер.

– Чтобы у тебя член отсох, – шепотом говорю я, в последний раз скользнув взглядом по его обмякшему агрегату. – Можешь теперь трахать шлюху Надю сколько угодно. Я тебя никогда не прощу.

3

Ключ в двери бабушкиной квартиры проворачивается со скрежетом. Я не была здесь пару лет точно, да и сестра столько же. Несколько раз мы обсуждали возможность ее сдавать, но всякий раз откладывали. У Теи с деньгами все в порядке – она бухгалтер в крупной фирме на приличном окладе, я благодаря содержанию Кости тоже не бедствовала. Не зря квартира все это время стояла без постояльцев. Ждала моего возвращения.

Со вздохом сбросив сумку, я прохожу в гостиную. Дешевый ламинат непривычно поскрипывает под ногами. После смерти бабушки мы с сестрой сделали здесь небольшой ремонт: поменяли обои, обновили диван и кухонный гарнитур, так что интерьер стал выглядеть вполне прилично и современно. Но после роскошного особняка с бассейном и тренажерным залом здесь все ощущается крошечным и убогим.

– Ничего, привыкну, – твердо говорю я себе и машинально надавливаю кнопку чайника, не сразу сообразив, что воды в нем нет и ее для начала нужно заказать.

Опустившись на стул, тычу в иконку маркетплейса с намерением заказать в свою новую одинокую жизнь все самое необходимое: полотенца, постельное белье, чистящие средства, продукты. За полчаса в корзине оказывается более двадцати наименований товаров, но так и не успев нажать кнопку «оплатить», я неожиданно для себя начинаю плакать.

Все должно было быть не так. Я была уверена, что со временем мы с Костей сумеем стать настоящей семьей. Что, как и все пары, мы поженимся и у нас появятся дети. И что все эти безбашенные сафари и тусовки на Ибице скоро сменятся расслабленным отдыхом в семейных отелях и уютными ужинами с друзьями. Мечтала, что я буду с гордостью носить фамилию Рогова, а комнату, отведенную под никому не нужный бильярд, мы переделаем в детскую.