Аластер Рейнольдс – На стальном ветру (страница 119)
Убедившись, что медлить дальше бесполезно, Чику подошла к основанию одного из передних пандусов и начала подниматься. Любая физическая нагрузка была на Крусибле тяжелым испытанием, и она на собственном горьком опыте научилась не торопить свои движения. То, что давал избыток кислорода, отнимали удушающая жара и влажность. В конце концов они приспособятся, точно так же, как приматы приспособились почти к любому климату и местности на Земле. Однако на данный момент идея о том, что когда-либо можно будет найти жизнь на Крусибле приятной, показалась Чику смехотворно маловероятной.
Но какой бы черствой ни казалась ей эта мысль, в любом случае это не должно было стать ее особой проблемой.
Она была на полпути вверх по пандусу, когда дверь наверху открылась и в проеме появилась пара фигур. Она приостановила свой подъем. Она сразу узнала их, потому что прошло не так уж много времени с тех пор, как она в последний раз была в их виртуальном присутствии. Ндеге выглядела, во всяком случае, выше, чем она помнила. А Мпоси, который все еще был ниже ростом, чем его сестра, казалось, обрел широту и силу. Их лица, естественно, были скрыты за масками.
Чику удержалась на пандусе. Повинуясь импульсу, она сдвинула маску в сторону. - Не делайте этого! - крикнула она. - Это терпимо в течение короткого периода времени, но только после привыкания. Мне потребовались недели, чтобы подготовиться к этому! - И это заявление само по себе было почти чересчур, потому что она почти сразу почувствовала подступающее головокружение. Она позволила маске снова натянуться на ее лицо. Собрав немного сил, она взобралась на вершину пандуса. Было невозможно выбрать, кого из детей обнять первым, но Мпоси избавил ее от этой трудности, сначала обняв ее, прижав их маски друг к другу, а затем передав свою мать сестре. Они тоже обнялись.
Сквозь свою маску Ндеге сказала: - Это реально, не так ли? У нас действительно получилось? Это не какой-то трюк, придуманный машинами?
- Ты здесь, - сказал Чику. - Ты здесь, и это реально. Я должна сказать, добро пожаловать на Крусибл! Кто-то должен сказать это, хотя бы для учебников истории. Прием, который получили мы, был немного другим.
- Я не могу забыть цвет этого моря, - сказал Мпоси, глядя за морскую стену. - Я думал, что с орбиты это иллюзия, но здесь, внизу, все так же замечательно! Это ведь не из-за маски, не так ли?
- Не снимай, - сказала Чику. - Ты поблагодаришь меня за это позже. Через несколько дней, с доктором Эйзиба под рукой, вы, возможно, сможете выдержать несколько секунд прямого воздействия. Но не бегай, пока не научишься ходить.
- Я никогда не думала, что мы встретимся снова, - сказала Ндеге.
- Вы действительно поняли это в тот день, когда я ушла?
- По-своему, - сказал Мпоси. - Определенно позже, когда у нас появилось хоть какое-то представление о том, что ты на самом деле для нас сделала.
- Мне так жаль насчет Ноя. С вашей стороны было смело рисковать так сильно, как вы это делали, отправляя эти передачи. Но когда мы перестали получать известия с "Занзибара", я тоже подумала о худшем.
- "Занзибар" все еще остается проблемой, - сказала Ндеге, как будто этот факт мог каким-то образом ускользнуть от внимания Чику. - С каждой секундой он удаляется от нас на сорок тысяч километров - такова окружность этой планеты!
- Еще не все потеряно, - сказала Чику. - Для "Занзибара", или "Малабара", или "Маджули", или любого другого голокорабля. Мы найдем способ. Проберемся с трудом. Но посмотрите: там внизу приветственная группа, которая ждет, чтобы поговорить с вами. Я уверена, что у нас у всех есть тысяча вопросов друг к другу, но для этого будет время позже.
Ндеге бросила скептический взгляд на ряд башен. - Это и есть тот самый город?
- Это только начало, - сказала Чику. - Тебе просто придется пока извлечь из этого максимум пользы.
- Ты имеешь в виду "мы", - сказал Мпоси. - Мы все в этом замешаны, не так ли?
Чику улыбнулась сквозь свою дыхательную маску. - Конечно.
С "Занзибара" их сопровождали еще четыре человека, и Чику поприветствовала и обняла этих отважных новичков, когда они вышли из шаттла. То, что они сделали, было храбро: пересекли космос с такими большими трудностями. Честно говоря, они были храбры в том, что все они сделали. Испытывая прилив гордости, она наблюдала, как они вслед за ее детьми спускаются по трапу в зону ожидания. Порыв воздуха, теплого, как из печи, ударил по обнаженной коже по краям ее маски.
В шаттле было еще только два пассажира, и первый из них ждал прямо за дверью. Как и Арахна, она не нуждалась в маске, но ее одежда, сплошь состоящая из карманов и подсумков, по крайней мере наводила на мысль о том, что кто-то готовится испытать ее сообразительность против природы. Она не постарела ни на наносекунду с момента их последней встречи.
- Спасибо, что пришла, - сказала Чику.
- Ты же меня знаешь - одного маленького голокорабля никогда не было бы достаточно, чтобы меня развлечь. Особенно когда они забрали моих танторов.
- Ты имеешь в виду, когда позволила выпустить их в "Занзибар" вне своего непосредственного контроля. Когда ты, наконец, была вынуждена поделиться своим секретом с другими людьми. Заставляло ли тебя ревновать то, что ты больше не являешься их хранителем?
- Я никогда не была их опекуном, и в любом случае, чему тут было завидовать?
- На самом деле, - сказала Чику, - ревность означала бы, что ты добавила к своему репертуару еще одну человеческую черточку.
- И у нас такое хорошее начало. Однако, для протокола, я рада, что танторы вышли из-под моего контроля. Это то, чего я всегда хотела. И ты их видела, не так ли? Мы обязаны им почти всем, Чику. Возможно, мы спасли слонов, но танторы спасли "Занзибар".
- Я надеюсь, что они смогут здесь жить.
- Они легко приспосабливаются. Они найдут способ, с нашей помощью или без нее.
- Кем бы они ни стали, я надеюсь, мы сможем стать частью этого. Юнис, я должна тебя кое о чем спросить. Ты предложила себя народу Занзибара. Ндеге и Мпоси рассказали мне, как это произошло. Как ты, должно быть, знала, был шанс, что они разорвут тебя на части.
- Рано или поздно они бы узнали обо мне. Я хороша, но не настолько.
- И все же, на какой риск ты пошла... была ли ты готова умереть? Или как ты хочешь это назвать?
- Я думаю, смерть сослужит очень хорошую службу. И нет, я не была готова. Ни отдаленно. Но когда мы вообще будем готовы, Чику? Когда мы вообще чувствуем, что выполнили свои планы? У меня была работа, с которой нужно было заканчивать. У меня всегда была работа, с которой нужно было справляться. Это то, для чего вселенная была создана: чтобы давать мне возможность что-то делать. - Конструкт прищурил глаз. - Есть ли смысл в этом допросе?
- Ты здесь. Ты снова подвергаешь себя опасности.
- На этот раз никакой толпы нет.
- Но есть Арахна и Хранители.
- Она очень заинтересована во мне, не так ли? Я была бы почти польщена, если бы у меня не было такой истории, как с ней.
- Ее версия однажды пыталась убить тебя. Я думаю, она боится того, на что ты сейчас способна. В то же время она очарована тем, кем ты стала. Она знает о нейронных паттернах, которые ты внедрила в себя.
- Ты опять говорила обо мне за моей спиной, да?
- Нам нужен был рычаг давления, - сказала Чику. - Я почувствовала, что мои знания о тебе могут быть полезны Арахне и тем самым помочь нам пятерым, находящимся в заложниках. Или четверым, после смерти Гочана. Была и другая мотивация. Хранители говорят, что органический и машинный интеллекты не могут сосуществовать: что органический всегда будет пытаться уничтожить машины. Но ты - доказательство того, что так не должно быть. Ты раскрыла свою натуру жителям "Занзибара", и они не разорвали тебя на части. Это должно что-то значить, не так ли? А еще есть танторы. Ты работала над тем, чтобы помочь живому интеллекту стать чем-то большим, чем он был на самом деле. Машина проявляла доброту к животным, а люди проявляли прощение к машине. Это доказательство того, что мы не должны придерживаться одних и тех же старых моделей поведения. У нас есть шанс доказать, что Хранители ошибаются, и, наконец, убедить Арахну, что мы все можем разделить эту планету: люди, Производители, танторы. Это единственный путь вперед.
- Нам нужно пересечь несколько мостов, прежде чем мы доберемся туда. Я также ощущаю осложняющий фактор, о котором ты до сих пор не упомянула.
- То, что ты пришла сюда, вероятно, спасло нас. Это дало Арахне повод продолжать говорить, а Хранителям - причину не стирать нас всех с лица Крусибла. Я думаю, они были очень близки к тому, чтобы сделать это. Мы были ниже их порога раздражения, а потом совершенно неожиданно оказались выше него. Мы стали бы раздражителем, разрушительным фактором. Когда этот ударный снаряд чуть не попал в Мандалу...
- Говорят, у тебя была встреча с одним из Хранителей.
- Да, Арахна и я. Машина и человек. Или робот и политик, как выразился Травертин. Юнис, я почти ничего не помню о том, что случилось с кем-либо из нас внутри Хранителя. Я думаю, вполне вероятно, что меня разобрали на части и исследовали так же, как Арахна разобрала наш корабль. Я помню голубое сияние и парение в предельной безмятежности, своего рода неоновую утробу. Но потом меня собрали обратно, как починенные часы. Моя личность вернулась ко мне - все мои воспоминания, мое самоощущение, но почти никакого ясного представления о том, что только что произошло. Все, что я знала наверняка, это то, что были своего рода переговоры, и мы, Арахна и я, заключили договор с Хранителями.