Алана Алдар – Открой свое сердце (страница 4)

— Спасибо за сытный и согревающий ужин, — Пенни улыбнулась, — получилось довольно вкусно.

Она рассматривала дом с удивлением: здесь было как минимум две комнаты. Место где они сидели было огорожено большим стеллажом с книгами. Некоторые из книг выглядели весьма потрепанными. “Возможно, его любимые” — девушка вспомнила свою зашерканную книгу и лицо Джерри, когда тот дарил ей этот чудесный роман в новой мягкой обложке, с хрустящими страницами…

Её взгляд устремился в окно — дождь и не думал прекращаться. Периодически лес освещали молнии и вдалеке всё ещё слышались раскаты грома. “Даже в такой глуши мне не отделаться от воспоминаний” — Льюис почему-то представила, как она бодро шагала по лесу вначале и кричала во всё горло ругательства и улыбнулась, но тут же с тоской посмотрела на рюкзак — скорее всего, книга промокла, как и вся её одежда. И, по-хорошему, надо бы всё достать и просушить, но девушке было так жутко уютно, что даже двигаться не хотелось.

— Шоколад… Нет, я не люблю сладости. Но “Шоколад” люблю. Перечитывать. Это моя любимая книга. — Пенни мягко улыбнулась и повела плечами.

— Как-то здесь прибрано, — она хихикнула, — давно ты здесь живешь… один? У маньяков из моих нелюбимых книг и фильмов всегда бардак. — Льюис почувствовала некий задор — ей стало интересно, удастся ли заставить нового знакомого улыбнуться?

Алек

Много ты понимаешь, девочка", — взгляд, насмешливо-сомневающийся, прошёлся по гостье. Одежда с чужого (его!) плеча смотрелась мешковато, от того хрупкое это создание казалось ещё большим ребенком. Студенткой первых курсов — не более. Не то серые, не то зелёные глаза, пугливо-обиженные, как бывает у котенка, наступи ему хозяин ненароком на хвост. Мокрые ещё волосы, бледная кожа — бродячая кошка не иначе.

А все туда же. Понимает она!

Понимающих Алек вообще не жаловал. Вся эта гвардия психологов, терапевтов и прочих сострадателей, лучше тебя знающих, что ты хочешь, как тебе быть и где у тебя проблемы. И женщины. Пониматели высшего уровня. Ничерта не смыслят, но так и рвутся раскромсать тебе грудину скальпелем любопытства.

— Далеко пойдешь? — вполне искренне полюбопытствовал Лестер. Еды на его тарелке почти не осталось, в отличие от гостьи он привык не размазывать кашу, а есть ее. Как известно, если не успел, то рискуешь сдохнуть голодным, что так себе удовольствие, между прочим.

— После такого ливня развезет все тропы. Ты свои брендовые кроссовки после первого же шага оставишь трясине. Леший будет рад, — после сильного дождя дороги тут были ни к черту. Алек обычно брал с собой палку, чтоб иметь шанс не растерять обувку по пути следования. Причем, он-то дураком не был, выбирал берцы или резиновые сапоги из арсенала охотников да рыболовов. В кроссовках тут только грязь зачерпывать и пяткой хлюпать в этой жиже.

Ещё интереснее, в какую сторону она такая самостоятельная пойдет. Потому как прошлый ее курс лежал прямиком к самоубийству. Впереди ждало либо озеро, либо скалистый обрыв. Она, конечно, об этом даже не подозревала и тут же призналась в том под насмешливым его взглядом. Забавная, говорит, как будто заснула в прошлом веке, очнулась в этом и ещё не набралась модных словечек.

— Посмотрим, — уклончивый ответ мог показаться грубым, но Алек хорошо знал местные ненастья. Могло и на неделю зарядить ливнем, что даже нос на улицу противно высовывать. Ещё не ясно "посветлеет" ли завтра, может, только хуже станет.

— Понравилось значит, — губы растянулись в усмешке. О еде ли он переспросил? Или… Девчонка так откровенно сверлила его рожу взглядом, что даже слепой бы почувствовал. Алек не мешал — пусть себе смотрит. Вряд ли узнает в нем того, кого узнать не должна, а на остальное плевать.

— На здоровье, — а то вон как напряглась, будто пойманная с рукой в чужом кармане.

— Не смей заболеть, кстати. Ничего, кроме водки и аспирина нет. Доктора далеко, до аптеки 40 минут езды, — достаточно мрачно, чтобы она завтра не слегла с соплями и кашлем? Ещё только нянькой работать не хватало. Алек уже позабыл, как это заботиться о других.

— Я, знаешь ли, гостей не ждал. Обычно стараюсь, хоть пару стульев сломать, руки отрубленные в холодильник припрятать. Не успел, как видишь, — лицо его было спокойным и бесстрастным, таким, что нельзя сказать точно: издевается или правда. — Я бы на твоём месте не верил книжкам про маньяков. Вероятнее всего, большинство этих писак никогда живого убийцу и насильника в глаза не видели. Так что их осведомленность вызывает определенные сомнения. — Это как хвастаться, что ходил в поход, выйдя на речку в ста метрах от дома.

— Чай будешь? — в доме только и имелось, что чай, да водка. Ну, и аспирин, конечно. За время житья в горах, Лестер пристрастился к травяным напиткам. Они хорошо согревали и наполняли кухню приятным ароматом. А ещё после них обычно не болела по утру голова. Словом, выигрывали перед выпивкой по большинству пунктов. В том числе по цене за унцию. Кинув прямо в кружку несколько сухих листьев дикой мяты (пучки трав висели прямо над столешницей, растянутые на верёвке от шкафа до шкафа), Алек залил ее водой и комната тут же наполнилась ароматом луга.

— Шоколад не ем и не читаю. А книги вообще бутафория, так что не записывай меня в интеллектуалы. Маньяки этим не болеют, — хотя знавал он психов с редкой любовью к литературе. Впрочем, девчонке этого лучше не знать.

За окном громыхнуло, раскроило небо вспышкой и дом погрузился в ночь. Свет потух, оставив только длинные тени от пламени и трескотню камина. Алек выругался, шаря в выдвижном ящике в поисках свечей. С генератором такое случалось. По хорошему его давно пора менять, но столько мороки, что Лестер вечно откладывал на потом, так что свечи лежали про запас. Самые обычные, толстые из белого парафина. Некоторые поеденные уже черной кромкой прошлого. Прям как он сам.

— Не бойся, дрова есть, без огня и света не останемся, — чиркнула спичка и бодрый язычок пламени заплясал над вентилем. Алек достал блюдце и приладил свечу в центр стола. Подсвечников и прочей дамской дребедени дома не имелось.

— Вернешься домой будешь рассказывать подружкам, какой смелой девочкой была. Пила при свечах в гостях у людоеда и, обхитрив его, даже вернулась домой целой и невредимой. — Или продадите на меня в суд за домогательства, — мысленно добавил он, — " От вас — баб — что угодно ожидать и все равно не угадаешь".

Пенни

Девушка сама не ожидала, но закатилась в почти истерическом смехе. Что на неё так подействовало? Усталость, резкое погружение во тьму, то, как рисуется мужчина, называя себя каннибалом, или всё сразу? В любом случае, некоторое время она не могла остановиться, хохотала под недоумевающим взглядом мужчины.

— Прости, не думай, что я сумасшедшая…. — Пенни снова прыснула, прикрывая ладонью рот, — Хотя, нет, думай! А представляешь, как смешно будет моим подружкам, если учесть, что от людоеда убежала сумасшедшая?! — капля горячего воска капнула на руку, это произвело отрезвляющий эффект и Пенни резко замолчала. Она виновато подняла глаза на хозяина дома, тот стоял перед ней и протягивал свечу. Пока она тут веселилась, Алек зажег свечи.

— Ооо, ты серьезно? — Льюис осторожно перешла на маленький диванчик, уютно расположенный рядом с камином. Свечу она определила в кружку, из которой только что пила травяной чай. “Боже, надеюсь, он такого пойла больше не предложит”. Девушка ухмыльнулась, понадеевшись, что мужчина не разглядит ухмылку в темноте, а то ведь и впрямь сочтет съехавшей.

Пенни совсем не ощущала себя больной. Наоборот — ей было весело, в конце концов, она шла в лес, чтобы разобраться в себе и отвлечься от рутины. И это почти удалось. Осталось в себе разобраться. И даже если этот хмурый мужик окажется серийным убийцей и разделается с ней самым жестоким образом, то вообще-то, кроме родителей её никто и не потеряет. От этой мысли ей стало грустно. Кажется, совсем недавно она представляла себя в свадебном платье и в мечтах переехала в новый дом вместе со своим уже бывшим возлюбленным. Она была нужна ему, а он, кажется, души в ней не чаял. Их отношения выглядели очень перспективными, пока однажды Пенни не застукала его в постели со своей же коллегой. “Банальность!” Девушка скрестила руки и буквально вжалась в диван.

Мужчина, тем временем, проследовал к камину и уселся прямо на пол перед ним. Теперь Льюис могла разглядеть его в профиль. Пламя освещало его торс. Взгляд девушки скользил по его телу — от шеи до талии. Она снова пялилась на него, разглядывая его сильные руки и в глубине души была рада, что генератор вышел из строя, так хотя бы её взгляд был не слишком заметен. А руки действительно выглядели… “эмм… мощными!” Будто Алек только и делал целыми днями, что отжимался. Да и чем еще заняться в этой глуши? Почему он вообще выбрал такое жилище? Почему изолировался от общества? Саму себя Пенни не считала слишком общительной, ей больше нравилось сидеть в комнате, уткнувшись в книгу. Однако, её нельзя было назвать и отшельником — работала она с людьми, редко, но всё же встречалась с друзьями… Но она-то понимала почему предпочитала одиночество. А теперь ей жутко хотелось узнать Алека и его одиночество, а точнее то, что заставило такого мужчину укрыться от всех в лесу.