Алан Маршалл – Шепот на ветру (страница 5)

— А я умею играть «Дом родной» на губной гармошке, — сказал Питер. — Старина Мик говорил, что у него от моей игры даже слезы на глаза навертываются.

— Вот это успех! — воскликнула Серая Шкурка. — Я бы тоже хотела делать что-нибудь такое, что заставляло бы людей смеяться, плакать или танцевать.

— А лист-то мне дадите? — спросил мальчик, который уже начал беспокоиться.

— О, прости меня, — сказал Питер. Он вынул из маленькой сумки Волшебный Лист и вручил его мальчику, который вдруг поднял голову и улыбнулся. — Больше ты не будешь ходить, понурив голову.

— А у меня для тебя тоже есть подарок, — сказала Серая Шкурка. Она засунула лапку в карман и вытащила оттуда альбом и набор красок. В нем были краски двадцати четырех цветов и еще две кисточки.

— Теперь, когда у тебя есть Волшебный Лист, — сказала она, — ты нарисуешь удивительные картины. Покажи их завтра отцу, они ему понравятся.

Все дети просили Волшебный Лист. Питер быстро раздал листья, и вскоре ребята почувствовали, что больше не боятся Цепляющейся Травы.

— Теперь вы сможете пройти по этому полю, — сказал Питер. — Я провожу вас.

С гиканьем дети побежали по траве, и бледные стебли в ужасе расступались перед ними, образуя проход. Он протянулся через все поле, а там, по ту сторону поля, высились зеленые холмы, протекали речки и светило яркое солнце. Дети бросились бежать по свободному проходу, потом остановились и помахали Питеру и Серой Шкурке.

Именно в этот момент Питер заметил, что у него на ногах появились замечательные сапоги, каких он никогда в жизни не видел. Они были из тончайшей кожи, а широкие отвороты доходили до колен. Питер с удивлением их разглядывал.

— Не вижу ничего удивительного, — сказала Серая Шкурка. Волшебство постепенно превращает тебя в принца. Это Волшебный Лист награждает тебя, когда ты приносишь людям добро. Интересно, что бы случилось, если бы ты вдруг стал зазнайкой и эгоистом?

Питеру тоже было интересно — что.

Глава 4

СЕРАЯ ШКУРКА СРАЖАЕТСЯ С ВЕЛИКАНОМ

Серая Шкурка и Питер прошли совсем немного, когда далеко на юге стали собираться черные тучи. Раздались отдаленные раскаты грома, усилился ветер. Когда тучи приблизились, ударила молния. Огненные зигзаги ринулись в провалы между облаками и устремились к деревьям. За этим последовали оглушительные удары грома, и деревья в смятении зашумели кронами.

— Дождь может пойти с минуты на минуту, — произнес Питер. Поскакали вон к тем скалам впереди. Может быть, там мы найдем пещеру.

— А не найдем, так придется помокнуть, — сказала Серая Шкурка.

Они свернули с дороги и, продираясь через густые заросли вечнозеленых кустарников, напрямик помчались к стеной возвышающимся скалам. К счастью, им удалось обнаружить тропу, проложенную вомбатами. По ней они дошли до прогалины у подножья скал и прямо перед собой увидели огромную пещеру, в которой, наверное, жили многие поколения вомбатов.

Когда они уже входили в укрытие, начали падать первые крупные капли дождя. В пещере было сухо, на песчаном полу валялись камни, на которых можно было сидеть.

— Мы успели как раз вовремя, — сказала Серая Шкурка, встряхиваясь. — Пожалуй, здесь можно заночевать.

Мощный удар грома заглушил ее слова, и молния осветила пещеру, словно в нее вдруг прорвалось солнце. В пещеру залетали капли дождя, и вместе с ними влетел Южный Ветер, стряхивая брызги с волос.

— Я так и думал, что найду вас где-нибудь здесь, — сказал он, усаживаясь.

— Честное слово, я рад тебя видеть! — воскликнул Питер.

— Я следил за тобой, — сказал Южный Ветер. — Да и мои братья тоже о тебе рассказывали. Деревья в этих местах давно уже жаждут дождя, вот я и решил навестить тебя, заодно напоив буш. Видал, какой я принес ливень, а? Деревьям он понравится. Но скоро мне придется уйти. Нужно промчаться еще сотни миль, прежде чем эта громада облаков иссякнет. Послушай-ка, я скажу тебе кое-что. Ты вступил в земли великана Ярраха.

— А кто это?

— Это исполин, о котором я тебе говорил. Он нападает на всех, кто проходит по его землям.

— И что же он с ними делает — убивает?

— Нет, не убивает. Он всех хватает и запихивает в маленькие коробки, а продержав там несколько месяцев, выпускает. Однако к этому времени все люди становятся одинаковыми. Они разучиваются думать сами, и могут только повторять, что они читали или слышали. Нет ничего ужаснее, чем стать такими, поэтому я пришел предупредить тебя: будь осторожен.

— А он очень большой?

— Ростом он с гору, а ботинки у него длиной в пять футов.

— А что он делает с кенгуру? — поинтересовалась Серая Шкурка. Неужели их тоже запихивает в коробки?

— К сожалению, да.

— Но меня нельзя запихнуть в маленькую коробку, — не соглашалась Серая Шкурка, — ведь тогда сломается мой хвост. — Ее стала беспокоить подобная перспектива. — Никакому великану не позволено ломать мой хвост.

— Можно сделать отверстие внизу коробки и просунуть его туда, предложил Питер.

— Мне это совсем не нравится, — ответила Серая Шкурка. — Хорошо тебе говорить. Ты можешь запросто подтянуть колени к подбородку и легко поместиться в коробке, а у меня нет коленей.

— Что ж, придется как-нибудь обмануть этого великана, — сказал Питер и обратился к Южному Ветру:

— А Волшебный Лист разве не поможет нам превратить этого великана в доброго?

— Помочь-то он поможет, — ответил Южный Ветер, — но тебе будет не просто заставить великана взять этот лист. Вспомни о его росте. А когда ты окажешься у него в коробке, так и подавно не сможешь это сделать. Тебе надо постараться поставить его в такое положение, чтобы он не смог отказаться от твоего подарка.

— Попробую, — сказал Питер.

— Да, попробуй, и по-моему, ты сумеешь это сделать. Конечно, сумеешь. Тот, кто дерзает и не сдается, всегда своего добивается. А теперь мне пора.

Ударил гром, блеснула молния, Южный Ветер снова оказался среди облаков и погнал их на север. Через несколько минут уже светило солнце.

И Питер, и кенгуру проголодались. Мунлайт тоже нужен был отдых и еда. Серая Шкурка достала из сумки несколько охапок сена и бросила их лошадке, которая тут же принялась его жевать. Питеру Серая Шкурка достала кусок мяса и пирог с почками, себе — тоже немного сена.

Через час они собрались покинуть пещеру, чтобы продолжить путешествие. Питер подвел свою лошадку к выходу, но вдруг остановился. Две мощные ноги загородили ему путь.

— Великан! — прошептала Серая Шкурка, тоже увидевшая ноги. Они отступили в глубь пещеры и затаились. Было слышно, как великан топает снаружи. Он нюхал воздух и говорил сам с собой.

— Я чую, чую людей. Они наверняка прячутся где-то здесь. Следы, ведущие в пещеру, принадлежат лошади. А вот следы кенгуру.

Было слышно, как великан сопит, опускаясь та землю. Его пальцы начали отдирать куски земли, чтобы увеличить отверстие, потом в пещеру просунулась огромная рука, она начала медленно шарить в пустоте. Могучие пальцы ощупывали потолок и стены пещеры, словно что-то отыскивая.

Раньше Питер часто засовывал руку в кроличьи норы и ловил кроликов. Теперь он понял, что должны были чувствовать кролики. Он приготовил и распрямил уложенный кольцами Громобой. Описав им над головой несколько кругов, Питер резко опустил кнут, так что он щелкнул прямо по большому пальцу великана, содрав с него кожу. Показалась кровь.

Великан взвыл от боли и быстро убрал руку. Было слышно, как он сосет палец и шепчет: «Наверное, там змеи».

Потом стало слышно, что великан опускается на землю, чтобы заглянуть в пещеру, и вот уже его глаз загородил весь проем. Глаз был огромный, его ресницы напоминали камыши у берега озера. Питер мог бы выбить ему глаз одним ударом Громобоя, но он не мог заставить себя поступить так жестоко. Глаз, не мигая, смотрел прямо на них.

— Ага! — с удовлетворением произнес великан.

Но это радостное восклицание вдруг перешло в крик от боли. Это Питер, раскрутив кнут, ударил им великана по щеке, так что выступила кровь. Великан отпрянул, затем, судя по звукам, поднялся и поплелся к ручью.

— Он хочет промыть щеку, — сказала Серая Шкурка.

— Наверное, — согласился Питер, — но ручей отсюда недалеко. Мы пройдем в глубь пещеры и будем устраиваться на ночлег. Становится поздно, а в темноте вручить великану Волшебный Лист все равно невозможно.

Они крепко заснули в глубине пещеры. Когда рассвело и запели первые птицы, мальчик и кенгуру уже завтракали, собираясь продолжить путешествие.

Серая Шкурка волновалась.

— Побудь здесь, пока я огляжусь, — сказала она. Выбравшись на солнце, она остановилась, принюхалась, потом пропрыгала взад-вперед перед пещерой и вернулась.

— Кажется, все в порядке, — сказала она. — Пожалуй, можно рискнуть идти дальше.

Питер вскочил в седло, и они тронулись. Они уже почти прошли поляну, как вдруг услышали глухой удар и в испуге оглянулись. Великан Яррах спрыгнул со скалы, за которой он прятался всю ночь. Увидев беглецов, он захохотал от удовольствия. Великан отрезал им путь в пещеру, а спасаться в зарослях буша было бесполезно — великан догнал бы их, сделав всего несколько шагов. Так Питер и Серая Шкурка попали в ловушку. Великан подошел к ним, расставив руки и скрючив пальцы.

— Кто посмел войти в мой лес? — прогремел он. Схватив за корень древовидную акацию, он вырвал ее из земли и швырнул в Питера и Серую Шкурку. Дерево просвистело в воздухе, крутясь и переворачиваясь. Ударившись о землю недалеко от них, оно разлетелось на куски, щепки и ветки. Большая ветка пролетела над головой кенгуру. Серая Шкурка едва успела пригнуться, и ветка воткнулась в землю.