Алан Фостер – Королевства света (страница 38)

– Что-то больно уж хлипко, – заметил он. – А где ручка?

– Ручки нет, – сказал Тай извиняющимся тоном. Но, как отметил проницательный Оскар, виноватым он себя не чувствовал. – Я не мог придумать, как прикрепить щиток к стержню. Я ведь не слевишский ткач. Но тебе нужно не нести это, а надеть. Это шляпа.

Цезарь недоверчиво посмотрел на выпуклость в середине огромного щита и на свисающие по краям ветки.

– Я не собираюсь носить на голове эту нелепую штуковину. Она совсем не подходит к моей шку… к моей изысканной одежде.

– Ну, тогда держи ее в руках, – посоветовала ему Макитти. – Будем надеяться, что нам не придется искать убежища от неожиданной грозы.

– Или можешь махать ею на прощание своей тени каждый раз, когда выходишь на солнце, – предложила ухмыляющаяся Какао.

– Очень смешно. – Цезарь повернул голову так, чтобы нелепая шляпа полностью защищала его тело от солнца. Найдя удобное местечко, он уселся на землю. Огромный чепец закрыл всю его голову, однако не смог остановить бесконечный поток его жалоб и ворчания.

– Это королевство могло быть настоящим раем. – Оскар сидел и мусолил полоску сушеной рыбы из своих припасов. Она была очень питательная, но совершенно неаппетитная, во всяком случае, для него. Кошки и Сэм очень любили рыбу. – Но один неверный шаг на открытое солнце, и тебя уже ловит и душит собственная тень. С момента твоего рождения рядом с тобой все время ходит палач.

– Интересно, а детские тени убивают детей? – Макитти тоже предалась размышлениям.

– Вы все говорите, как вам трудно с вашими тенями. А представьте себе, каково мне. – Неясная фигура Сэма маячила горой на фоне ночного неба и заслоняла звезды. Он тоже задумчиво жевал свой Ужин. – Я гораздо меньше вас привык иметь дело с Тенью. У меня ее почти не было.

Они еще долго разговаривали, пока, наконец, усталость не взяла свое. Какао первой выпало нести дозор. Она отметила, что тощий месяц по-прежнему не отбрасывал на землю тени, поэтому она решила, что может немного вздремнуть. Ее правота подтвердилась утром, когда все проснулись отдохнувшими, посвежевшими и горящими желанием двинуться в путь. Им ведь надо было поскорее выбраться из этой страны.

В последующие несколько дней путники неплохо проводили время и делали удивительные открытия. Оказывается, в любое время, независимо от положения солнца, можно было спокойно купаться, не утруждая себя квавином. Надо было только, полностью погрузиться в проточную воду. Тени, которые пытались сгуститься в быстром течении реки, беспомощно дрожали на зыбкой ряби поверхности. Призрачная рука могла, конечно, схватить за руку или за ногу, но тут же срывалась и исчезала. Или же сумрачная нога пыталась наступить на своего хозяина, но соскальзывала и рассыпалась на кусочки в волнистом подводном свете. Если где-то могла образоваться тень покрупнее, достаточно было брызнуть на нее, и она разбивалась на мелкие безвредные обрывки.

Также можно было расслабиться, посидеть без прикрытия и насладиться обедом на скорую руку ровно в полдень. Во время этого короткого периода свободы друзья спокойно откладывали квавины в сторонку.

Но когда они, наконец, дошли до Великого ущелья, вся обретенная уверенность испарилась, как тень на закате.

Расщелина в земле была не такой уж широкой, но зато была очень глубокой и пугающе темной. Изможденные деревья, тощие кусты и несколько разновидностей травы цеплялись за кромку ущелья и росли по склонам, куда доходило солнце. Легко было понять, почему такая бездна представлялась крохотным слевишам непреодолимым препятствием. Однако превращенные в людей любимцы Хозяина Эвинда были далеко не обычными путешественниками.

– Не так уж и плохо, – рискнул высказаться Цезарь, заглянув через край. – Есть за что хвататься и где передохнуть.

– Легко это говорить коту. – Оскар смотрел на предстоящую переправу с заметным трепетом. – Тай может быстро и грациозно прыгать, не боясь высоты. А Сэм, как я подозреваю, несмотря на свой огромный рост сохранил способность змея цепляться за землю. – Он посмотрел в сторону великана. – Хотя сейчас ему и приходится перемещаться на ногах. Только я никогда не был хорошим скалолазом.

– У тебя получится, – заверила его Макитти. – Мы тебе поможем. Ты же не виноват, что собаки не такие ловкие, как кошки.

Великан смотрел в бездонные глубины расщелины.

– Хозяин Эвинд ни за что не смог бы здесь перебраться. Обычные люди не столь проворны. Не то что змеи… и кошки, и птицы, – добавил он после очень короткой паузы.

– Мы тоже пока не перебрались, – напомнила им всем Макитти. – Нам еще надо будет справиться с опасностями, подстерегающими нас внизу.

Оскар пристально вглядывался в темноту, пытаясь рассмотреть там какое-нибудь движение. Если это было местом убежища вырвавшихся на свободу теней, то они этого пока не показывали.

– Может, они ждут, когда мы попытаемся переправиться? – предположила Какао. Такая перспектива никого не радовала.

– Давайте попробуем сделать это ночью, – предложил Сэм. – Может, когда нет солнца, которое дает тень, им приходится спать или отдыхать.

– Я не знаю… – Всегда настороженный голос Макитти совсем затих и она задумчиво уставилась в пропасть. – Если они двигаются там днем, то что мешает им делать то же самое ночью? И хотя некоторые из нас прекрасно видят в темноте, все равно спускаться, а потом взбираться на другую сторону ночью будет очень опасно.

Они обследовали весь край ущелья и выбрали, на их взгляд, самое удобное место для спуска. Попытку решили предпринять на следующий день ровно в полдень. Оскар назвал это место «узина». Он решил, что если они будут двигаться достаточно быстро и не встретят неожиданных препятствий, то успеют перебраться на другую сторону до того, как послеполуденное солнце начнет отбрасывать длинные тени.

Было решено, что первым пойдет Тай, поскольку он давал самую маленькую тень. Остальные последуют за ним, а последним пойдет Сэм, прикрывая тылы. Они очень надеялись на то, что квавины защитят их, и им ничего не будет угрожать. Ведь главную опасность представляли тени, освободившиеся от своих прежних хозяев, которые могли поджидать их внизу, в пропасти.

Вежливо улыбаясь, чтобы подбодрить товарищей и скрыть свои собственные страхи, Тай ступил с обрыва и стал спускаться вниз. Он перепрыгивал с камня на выступ, со склона на уступ. Несколько раз ему и кошкам приходилось останавливаться и ждать, когда Сэм и Оскар нагонят их.

Очень помогало то, что в ущелье было много растительности. Там, где камни качались и осыпались под ногами, можно было ухватиться за крепкие деревья или прочно укоренившиеся кусты. Друзья уверенно спускались вниз и вскоре уже погрузились в темные глубины ущелья, лишь изредка ловя отблески солнечного света. Камни, по которым они шли, отдавали приятной прохладой. Как и планировалось, дна каньона они достигли, как раз когда солнце было в зените. Оно было прямо над головой, хорошо освещало им путь, но не отбрасывало опасных теней. Торопливо пробираясь по извилистому дну, они натыкались на скелеты и заброшенное оружие менее удачливых путешественников. У Оскара по спине пробежал холодок, но вовсе не от прохлады глубокого ущелья. Все увиденное доказывало, что опасность здесь существовала реально, а не только в воображении мнительных слевишей. Что-то в этом месте убивало людей. Они Молча прибавили шагу, а за ними неотступно следили пустые глазницы и разбитые черепа.

Преодолев самую опасную часть пути без происшествий и вздохнув с облегчением, они уже карабкались по другому склону и радовались, что не встретили никакой западни. Успех прибавил силы. Они уже взобрались почти до середины восточного склона и чувствовали себя в безопасности, как вдруг яркий солнечный свет с неожиданной силой осветил их путь.

Прикрыв рукой глаза от солнца, Какао обернулась посмотреть, откуда бьет свет. У Оскара глаза были менее чувствительные, поэтому он первым рассмотрел целый эскадрон теней. Они расположились высоко на противоположном склоне под защитным уступом. В руках они держали металлические щиты, брошенные убитыми путниками. Начищенные до блеска, они, как идеальные зеркала, отражали лучи солнца и направляли их на противоположный склон, освещая кучку напутанных друзей.

Отраженный свет попал на Какао под неожиданным углом и обошел квавин, который она держала высоко над собой, заслоняясь от солнца сверху. Освободившаяся тень тут же прыгнула на нее сзади и повисла на плечах. Какао с грохотом рухнула вниз. Оскар повернулся, чтобы помочь, но его тут же схватили за руку, а призрачные пальцы норовили вцепиться ему в глаза. Оскар отчаянно пытался вырваться из этих цепких клешней, и ему уже было не до Какао: надо было бороться за свою жизнь.

Сэму, не привыкшему иметь дело с тенями, приходилось не легче остальных. Чудовищное черное облако, отразившееся на свету, быстро вскочило и сразу вцепилось в неповоротливую шею своего хозяина. Все теперь были заняты борьбой с самыми мимолетными сущностями своего собственного «я», попав под лучи света, отражавшиеся от щитов-зеркал на противоположной стороне каньона.

Оскар лежал на спине, его тень сидела сверху и душила его, как вдруг ее оторвали от него. Судорожно хватая воздух, он увидел, что Макитти раздирает лишенное всяких черт лицо тени своими чуть укороченными, но все еще очень опасными ногтями. Видимо, этот молчаливый овал пустоты имел что-то чувствительное к боли, так как схватился руками за пораненное лицо. Воспользовавшись передышкой, Оскар вскочил на ноги. Он заметил, что Таю приходилось особенно туго со своей тенью-убийцей, и он быстро терял силы. Пес уже готов был броситься в драку, но задержался. Ведь было ясно, что для победы в этой смертельной схватке с тенями нужно что-то большее, чем грубая сила.