Al1618 – Тени Прерии. Чужой среди своих (страница 68)

Но не это главное, люди-то все же должно быть не пострадали, а вот вышедшая из строя силовая электроника наверняка привела к срабатыванию защиты реакторов — у них там самая примитивная и надежная автоматика, вообще не требующая подачи внешнего сигнала. Каждый стержень аварийной защиты является одновременно поршнем, на который давит сжатый воздух. От немедленного срабатывания его удерживает магнитное поле. Стоит энергии в цепи электромагнита пропасть, что и произошло, когда внутри корабля сгорела вся электроника, как стержень встанет на место, обрывая цепную реакцию. Одна беда — одновременно с этим пропадет и тяга двигателей, и корабль упадет. Что, собственно, и произошло.

Для техники нет особой беды в падении с высоты пятидесяти метров на бетон. Даже загнутые на манер паучьих лап амортизаторы и пробитый корпус — это всего лишь небольшой недельный ремонт. А вот человеку падать с такой высоты не рекомендуется категорически, и без разницы — самостоятельно, или внутри аппарата. Потому как потроха внутри живота, и мозги внутри черепной коробки — все равно попытаются продолжить свое движение к центру земли, и ничем хорошим это не грозит. Это даже если человек надежно зафиксирован в противоперегрузочном кресле, если же, а это почти наверняка, десант собрался в трюмах, готовясь выйти наружу, то к сотрясению мозга и внутренним кровотечениям можно смело прибавлять множественные переломы — кости, они хрупкие, а экзоскелеты совсем не предназначены для прыжков с крыши двенадцатиэтажки без парашюта.

Тут уж как повезет — кто-то отделается относительно «легкими» переломами конечностей, кому-то поломанные ребра проткнут легкие, самым везучим достанутся переломы позвоночника, шеи и таза. В любом случае, Дневной молодец, оказался бы здесь — расцеловал бы подонка: у противника теперь на руках даже не тысяча с лишним безвозвратных потерь, которые он бы мог просто списать, у него в настоящий момент на руках тысяча калек. И теперь надо срочно освобождать еще один вертикальник от войск, и вместо них посылать вниз и экстренно разворачивать госпиталь. Ближайшее время ему будет явно не до нас. Снимаю шляпу, и — аккуратно убирая палец со спуска — не дай бог ненароком испортить такой замечательный ход!

И вообще, пора отсюда сматываться.

Вот только и наша рация знакомство с магнитным полем не пережила даже на таком расстоянии, пришлось навинчивать на ствол насадку для стрельбы ракетами и подманивать к себе остальной расчет.

Потом возились, снимая «спец БЧ» и упаковывая ее в тяжеленный ранец — моя самоделка имела достаточно высокий фон и для ее переноски нужен был дополнительный член расчета. Который и таскал «увесистый аргумент» в опечатанном контейнере.

Но, не смотря на всю возню, мы успели до посадки второго эшелона. Эти ребятки уселись в предгорьях северо-западнее города — к счастью, не на голову колонне беженцев, а то пришлось бы все же ставить спец-БЧ на место, но обошлось.

Со вторым посадочным модулем тоже приключилась неприятность, правда меньшего размера. Не зная, но видимо догадываясь о судьбе своего предшественника, он решил садиться в сторонке, и попал, бог знает зачем, в несколько десятков лет назад организованную ловушку. Дело в том, что на плато, выбранном им для посадки, был несколько другой состав и твердость грунта, чем указано в геологическом атласе.

Намеренная ли это была ошибка, или просто случайная, но, разумеется, нападающих об этом никто предупреждать не стал. К тому же вертикальник проявил излишнюю осторожность и садился медленно, долго провисев над одним местом и вырыв в грунте, который представлял из себя тонкий слой дерна с песком под ним, чудовищных размеров ямы.

При этом непосредственно под брюхом оказалась эдакая пирамида, которая ввела в заблуждение радиовысотомер. Про визуальное наблюдение в организованной песчаной буре говорить не стоило, и автоматика, ничтоже сумняшись, посадила корабль брюхом на вершину песочной пирамиды и лапами опор на края ямы.

После выключения двигателей эта неустойчивая конструкция некоторое время раскачивалась, устраиваясь поудобнее — внутри при этом с грохотом каталось все незакрепленное, вплоть до танков — а потом, обиженно крякнув, расселась. Десантный корабль в результате оказался закопанным в собственноручно вырытый окоп «для стрельбы с колена» — только купол над краем торчал на треть, так что пришлось выгружать технику с верхней палубы грузового трюма. Опоры погнулись, а корпус слегка «повело». Что сделало невозможным эксплуатацию данного транспортного средства за пределами атмосферы.

О чем капитан, чуть не плача, и сообщил на орбиту. Его там, впрочем, не услышали — радиоэлектронная борьба шла со всей принципиальностью и беспощадностью.

К счастью весь прибывший десант отправился на юг — прояснять ситуацию с предшественниками и брать под контроль руины города.

Ну и хорошо. Выигранное время мы употребили на то, чтобы лишить противника их главного козыря — превосходства в воздухе.

Трехосный грузовик, реквизированный для военных нужд и потому покрашенный в невообразимую коричнево-желто-зеленую пятнышку (видимо именно так какой-то художник от слова «ху»… в смысле «худо», представлял себе камуфляж) несся по бездорожью противолодочным зигзагом.

Все желающие поболтать, или делиться впечатлениями, обезъязычили еще минут двадцать назад, и теперь перемещение в пространстве происходило только под лязг зубов на особо крупных ухабах и дружный мат, когда в момент остановки всех дружной кучей валило на сложенные тут же в кузове трубы.

Эти…трубы, под гордым артикулом «76-я холодно-катанная», и были самым что ни наесть секретным оружием, призванным лишить противника возможности наносить воздушные удары и вести авиаразведку.

Когда мне в загребущие лапы попало творение Джульетты под скромным названием «минирование неба», я не знал смеяться мне или плакать.

Красота идеи завораживала — берется обычный детский пистолетик. Это устройство снабжено видеокамерой, позволяющей делать объемные снимки и анализировать изображение. Нажимаешь на спуск, пистолет имитирует выстрел, и если «цель» совпадает с заложенным в базе оружия изображением — голосом сообщает о поражении танка или самолета.

В комплекте идет целый набор моделек всевозможной техники, есть и режим пополнения базы данных, дабы хозяин оружия не отстал от жизни и мог следить за последними изысками военной моды. Есть и демонстрационный режим, когда оружие стреляет само, если его навести на уязвимое место модели, а потом показывает заснятое видео.

Джульетта взяла да и соединила игрушку с совсем не игрушечным импульсным твердотельным лазером и аккумулятором собственной разработки. Тем самым, из-за которого это молодое дарование в первый раз попалось мне на глаза, и с тех пор непрерывно радовало своими успехами.

Поседеть можно от ее выдумки. Все бы хорошо, но для успешности применения подобного вида устройств их нужны тысячи, а не жалких четыре штуки. Остальную партию игрушек, закупленных «аборигенами», я заставил «потеряться». И совесть меня не мучила — «спички детям — не игрушка», с конспирацией у них явно не очень, еще засветят идею раньше времени. В дополнение к «реквизированному» закупил еще и от себя, но уже не целыми игрушками, а по деталям — спаять нужное мы сами сможем.

Ну а дальше все было просто. Берется старый карданный вал, нашими стараниями этот предмет теперь нигде не найти, но и изготовить его ничего не стоит и…

Вот сейчас мы и будем этим заниматься. Двое волокут на плече трубу длинной в два метра, с болтающимся под прямым углом обрезком в сорок сантиметров, еще двое тянут винтовую пешню, (вы бы видели, какие глаза были у менеджера, получившего заказ на тысячу пешней с богом забытой планеты) полутораметровую палку, трубу в полметра, бутылку с маслом. Все это бегом, после двух десятков «посадок» руки работают самостоятельно без участия головы — в земле пробурить дырку, в нее — обрезок, в обрезок ответный на кардане, и туда же палку, к палке привязать веревку, чтобы свободный конец болтался под углом в шестьдесят градусов к горизонту. Налить в ту трубу, что в земле, масла, развернуть трубу в сторону вероятного появления летательных аппаратов, прикрутить клейкой лентой, или приклеить к трубе камеру, вставить и присоединить к взрывателю стартовый патрон. Всё! Теперь бегом в кузов — и к следующей точке через полкилометра.

А труба останется ждать. Когда в зоне камеры появится летательный аппарат, система его распознает и, если он совпадет с одной из военных моделей, даст команду на поджиг набитой порохом трубочки. Истекающие газы заставят трубу вращаться в горизонтальной плоскости, а земное притяжение — падать в вертикальной, в итоге любая траектория в пределах полусферы пересечется с линией прицеливания. Процессор легко рассчитает и скорость движения и время, когда отстрел будет выполнен наиболее оптимально. Ему несложно учесть скорость полета снаряда, с учетом изменения длинны ствола и собственной скорости цели, а также посчитать оптимальные радиусы рассеивания — с учетом возможных маневров уклонения. Может даже связаться с соседними минами, чтобы скоординировать с ними свои действия. Это человек не успевает следить глазом за крутящейся как пропеллер трубой, а машине все кажется достаточно медленным. У неё голова не закружится.