Ал Коруд – Тропа (страница 38)

— В чем-то да. Но вам я вряд ли помогу. Я не инженер и не механик.

— Понимаю. У меня будет к тебе много вопросов.

Я сдержал улыбку. Кто бы сомневался!

Отдельная команда под руководством Вениамина искала в мертвом городе информацию. Но я немного придержал его ретивость вестью о том, что если я прав, то в этом городе она хранится в цифровом виде. В целом инженер меня понял, но был заметно обескуражен. Мало того что технологии перенесенного мира оказались для него недоступны. Так еще и узнать подробности существования этих людей не представляется возможным. Но загадки прошлого для этих людей привычны и, насколько я успел заметить, они особо не переживают.

Мы двинулись по радиальной улице дальше к центру. Нас сопровождал бульдозер и десяток бойцов во главе с Рено. Тот не был особо доволен миссией, но работа есть работа.

— Так происходит часто?

— Что?

— Не можете узнать, откуда перенеслись те бедолаги?

Велизар задумался:

— Чаще всего — да. Но проблема чаще всего в том, что закинутые в Мироздание Трех Сфер города или селения разрушены. Или самим переносом, или врагом, или временем. Такой отлично сохранившийся город — огромная редкость. Не забываем о том, что ушедшие сюда охотники обратно не вернулись.

— Помним, — я показал ливер, что держал наготове, и снова удивился тому понятию, что только что услышал от инженера. Милорада как-то упомянула, что так говорят волхвы.

Рено усмехнулся:

— С подобной работой тебе нужно купить самострел.

Я пожал плечами

— Поживем — увидим! Я считаю, что нужно искать общественное хранилище свитков. Или искать их в частных домах. Вот те здания, — показываю на двухэтажные массивные здания, — скорее всего, офисы правления.

— Офисы?

— Конторы для дьяков.

Временами мне сложно объяснить жителям Беловодья некоторые вещи. Особенно в области технологий. Там очень много слов из латыни, или греческих, или английских. Хотя продвинутые люди вроде Ерофея и Вениамина оперируют языком «инженеров», несколько схожим с моим. Они даже не особо удивились, когда я так и назвал их самим этим понятием. Технари — это особая прослойка в Беловодье, которая активно общается друг с другом. Потому и язык они используют более продвинутый. Потому что их интересы выше и важнее пожеланий промышленников. А вот те как раз во многом зависят от технарей и поисковиков. Иначе бы эта сложная и далекая экспедиция не состоялась.

Кто знал, что нас ждала великая удача и большое испытание.

Глава 17

Ужасы нашего городка

Каким-то наитием мы все-таки нашли общественную библиотеку. На самом краю поселения, рядом с лесом. Помогли уличные указатели. В какой-то момент я заметил их на дорожном покрытии, куда они упали со временем или во время переноса. И что интересно, они были двуязычными. На семитском и на языке, основанном на вульгарной латыни. Я поверхностно знал испанский, потому перевел все быстро, и в течение получаса мы сориентировались в крайних кварталах города. Здесь уже шли в основном двухэтажные жилые дома. Было бы любопытно туда попасть. Но может быть позже. Здания носили следы тряски или трясения. Много окон полопалось, упали фрагменты стен. Значит, перенос не был безболезненным.

Само здание с внешнего вида не впечатляло. На культуре, похоже, везде экономят. По причине экономии при строительстве или близости к зоне «разрыва», но частью оно оказалось разрушенным. Зато мы легко туда вошли через основательный пролом, что возник ближе к улице. Здесь, похоже, были дополнительно пристроенные помещения. И сразу полезли внутрь. Успокаивало нас лишь одно: все, что могло упасть, уже давно упало.

— Здесь был каталог.

Рено и Велизар с любопытством уставились на черные экраны мониторов. Инженер показал на один из ящичков, стоящих под конторкой.

— Это и есть цифровые накопители?

— Да. Можете взять их на изучение, но, скорее всего, они безнадежно мертвы.

— Они так недолговечны?

— В моем мире — да.

Рено внимательно прислушивался к нашему разговору. Чую, позже у него ко мне будет много вопросов. Но я в своем праве. Мы не так долго и знакомы. Так что обид не будет. Но егеры безмерно любопытны. В этом суть их профессии. Искать то, чего нет.

— Тогда возникает вопрос, как нам искать дальше?

— Все равно на стеллажах должны быть таблички. При их технологиях подобные старомодные хранилища скорее традиция, но именно из-за нее мы и найдем интересное нам.

Конечно, отделы с нужными книгами мы в течение часа нашли, только бумага плохо сохранилась. Одна за другой истлевшие и расползающиеся в руках толстые тома летели на пол. Вениамин то и дело изрыгал ругательства на незнакомом языке. Рено был по давней привычке меланхоличен и циничен. Он отправил несколько человек вдоль стеллажей искать места, где они сохранились лучше. Видимо, разрушения стен повлияли на микроклимат помещений. И ведь абордажники нашли в итоге несколько укрытых уголков, откуда притащили нам больше сотни томов.

Я внимательно смотрел названия. Сбивало с толку несколько языков, на которых они были написаны. В том мире, похоже, в науке главенствовала империя, говорящая на варианте латыни. Попалось немало технического материала с чертежами, несколько научных трудов. Вениамин жадно пробегал по ним глазами, ища знакомые картинки. Иногда радостно вскрикивал или хмурился. Рено выглядел довольным. Книги из чужих миров также являлись огромной ценностью. То есть наш поход оправдался.

Эту идиллию научного поиска прервал душераздирающий крик, раздавшийся с улицы. Там Рено оставил пост около бульдозера. Затем сразу же раздались выстрелы. Шла заполошная стрельба, здорово встревожившая Рено. Его громовой голос зычно прогудел под сводами помещения:

— В коробку строем, идем к выходу! Велизар, в центр, потом разберемся!

Я уже закинул рюкзак за спину и взял на изготовку верный левер. Защелкали предохранители оружия, мы собрались в «походную коробочку», ощетинившись во все стороны стволами и двинулись к выходу.

Звук, напоминающий клекот я услышал первым, и тут же поднял голову к потолку. Там метнулись неясные тени.

— Наверху!

Все-таки это здорово быть в окружении бывалых бойцов. Среагировали они мгновенно, и нападающие на нас зверюги получили резкий отпор. Раздалось многоголосое шипение, непонятные скрежещущие звуки. Я заметил краем зрения движение сбоку и в следующий момент уже стрелял в нападавшего на меня зверя. Даже толком не разглядел, кого убил. Только заметил, оно было не выше полутора метров, с длинными ногами и изогнутым клювом? Птицы?

— Уходим, живо! Аааа!

Снова грохот самострелов. Со стороны фасада на нас напали разом три твари. Одна из них достала ударом клюва ногу гишпанца. В какой-то момент понимаю, что у меня кончились патроны. Отчаянно кричу:

— Зарядка.

Меня тут же прикрыла широкая спина малознакомого матроса. Дрожащими руками запихиваю в магазин патроны, затем понимаю, что нас окружают. Это была хорошо спланированная засада. Мы так увлеклись, что не заметили, что наступили сумерки. Расслабились при виде пустого города. А лес тут был совсем рядом. Вот эти зверюги и пришли тихой сапой.

Верный «Жнец» остановил прыгнувшую на меня тварь. Я ловко увернулся от следующей и тут же начал палить в нее. Раздался еще один болезненный крик, кто-то из наших оказался ранен. Рено пытался зажать рану платком, люди были близки к панике. Вениамин подхватил командование:

— Тащим раненых к выходу! Уходим. Бросайте все!

Снаружи также слышалась пальба. Но уже более размеренная. Мы были близко к выходу. Но огромные птицы не только быстро бегали, но и ловко ползали по стенам, цепляясь за мельчайшие выступы. Я заметил одну из тварей на одном из стеллажей и с ужасом понял, что мой револьвер пуст. Левер был за спиной, перекинуть вперед его я не успевал.

«Все, отбегался, бродяга!»

Затем руки нащупали открытую кобуру из пластика и выхватили оттуда трофейный пистолет. Устройство было схожим с теми, к каким я был привычен. Передернуть затвор, флажок предохранителя пальцем вниз. Как можно было надеяться на оружие, так долго пролежавшее около мертвого хозяина⁈ Но оно сработало. Прыгнувшую на меня тварь попросту разметало в воздухе. Что там у них за патроны?

— Перунец!

Меня уже тянули дальше. Не заметил даже, как вылетел наружу и стремглав подбежал к бульдозеру. Около него валялось несколько тушек «птичек», горела фары и поворотный фонарь. Со стороны лагеря был слышен шум. Нам шли на помощь.

Еле перевел дух:

— Мы все-таки выбрались.

Рено злобно зыркнул:

— Это не вернет Тихомира!

Только сейчас заметил лежащее за машиной тело одного из наших. Эти «птички» наносила страшные раны своими огромными клювами. Велизар выразил мнение, с которым я был согласен:

— Эти твари не из нашего мира. Вот почему тут никто не остался жить.

Бегающие быстро в траве и ловко ползающие птицы, что может быть опасней? Поэтому парсы стараются забираться на деревьях выше. А внизу мы не встретили травоядных животных. Они, видимо, держаться ближе к степи. Птицы почуяли добычу и напали на нас всей стаей.

— Надо уходить в лагерь. Скоро стемнеет! Вон и наши идут.

Двух тяжелораненых везли в тележке. Там же стоял пулеметчик. Рено и еще одного из парней наскоро перевязали и помогали передвигаться. Я вспомнил об оружии и наскоро зарядил ружье. Руки тряслись, патроны то и дело соскальзывал на землю. Прибежавший с подмогой Ерофей уставился на трофейный пистолет, который я вынул, чтобы пристроить кобуру поудобней.