Ал Коруд – Стужа (страница 20)

— Вот как? — Соболев откинулся в кресле. — А знаешь, это нормально! Люди меняются, не стоит привязывать друг друга навечно. Раньше на поверхности такое становилось привычным. Мы стали долго жить и семейные узы перестали довлеть над нами.

— Не ожидал от тебя такого совета.

— Честно говоря, давно надо было встряхнуться и помочь вам. Хотя… — глава отдела глянул испытующе на своего ученика, — вы и без меня справитесь. Боюсь, что мои дни сочтены.

— Ты о чем, Петр Степанович?

— О том, что они никогда не согласятся на расширенный Совет. И Гарян отныне твой злейший враг. Они нам не друзья, Вася.

Фролов вышел от Соболева в полном смятении. К такой правде он готов не был. Командир СпаСа остановился в коридоре. Да он ко многому оказался не готов. Слишком давно замкнулся в себе и на делах своего отряда. Собственную семью уберечь не смог, станции грозит серьезная опасность дезорганизации. Какой же из него после этого спасатель? Глянув в сторону ворот, за которыми, занимая изрядную часть уровня «А» расположилась Администрация станции, командир СпаСа фыркнул. Отгородились от всех стенками непонимания и решают за часть выжившего человечества его дальнейшую судьбу.

«Дьяволы вечной стужи! Такие, как Гарян управляют нами. Дожили!»

Василий двинулся к переходу на уровень В. Странно, что название им дали по международным стандартам. Все уже давно привыкли, но молодежь такому несоответствию удивляется. Мир стал предельно узок, зачем использовать чуждый язык?

В разрезе станции оба уровня А и Бэ были помещены в одну бетонную капсулу. По сути, являлись подуровнем огромного Подкупольного колпака, усиленного броней и напичканного всевозможными механизмами. Именно здесь располагались основные выходы на поверхность, гаражи с техникой, лифтовые хозяйства. Все это было сложным механизмом и требовало к себе постоянного внимания. Раньше оба уровня по сути и не были разделены.

На уровне «А» находились командные пункты направлений, комнаты отдыха. На «В» располагались управления основных подкупольных служб, а также жилые отсеки их сотрудников. Те без проблем перемещались туда-сюда, согласно рабочего расписанию. Никакой занудной бюрократии, лишней охраны и несправедливого распределения. Руководители станции питались в одной столовой со спасателями и инженерами.

Когда же эти горе-руководители из новой Администрации начали ощущать себя небожителями? Ладно бы они делали это на заслуженных основаниях. Совершили нечто великое. Заурядные управленцы с огромным самомнением. Что-то во время последнего переустройства пошло не так. Василий пока не мог ухватиться за нить понимания, но был где-то близко.

— Стоять!

— В чем проблема?

Фролова на уровне знали все полисы, поэтому внезапное препятствование прохода к лестнице его здорово удивило. И вдобавок разозлило. Но мордатый крепкий полис был стоически спокоен:

— Это вы командир СпаСа?

— Да. Почему меня не пропускают?

— Извините, командир, но у нашей службы возникли к вам вопросы.

— И что? — Фролову стало даже интересно. Что еще позволят себе полисы на его уровне? Каков предел их наглости? Сам он бы мог вырубить нахала одним ударом. — Трудно вызвать меня по связи и сообщить?

— Прошу пройти со мной, уважаемый командир. И это просьба, а не приказ.

Василий хмыкнул. Парень хоть и выглядел бесстрастным, но отнесся к нему с должным пиететом.

— Проходите, пожалуйста. Петр, свободен! — центурион верхних уровней был вежливо предупредителен. — Прошу вас, Василий Иванович, присаживайтесь. Сожалею, что пришлось вытащить вас именно таким образом, но обстоятельства требуют.

Фролов мгновенно напрягся. По ерунде этот напыщенный полис его бы точно не вызвал. Василий был плохо знаком с центурионом. Им незачем пересекаться по служебным надобностям.

— Что случилось?

— Скрывать ничего не буду. Нашей службой задержан ваш человек.

— Кто⁈

— Следопыт Эльдар Фаткулин.

Сердце командира СпаСа замерло:

— За что?

— Нападение на стражника. Как видите, обстоятельства дела весьма серьезные.

«Эльдар, Эльдар, как же так?»

— Когда ему будут предъявлены обвинения? И где узнать подробности… инцидента?

Центурион неожиданно замялся:

— А вот здесь все не так просто, командир. Фаткулин сбежал из-под стражи.

Фролов некоторое время взирал на смущенное лицо полиса, а затем захохотал.

— То есть у вас по существу ничего нет?

— Это не так, командир! — глава отдела полисов в первый раз потерял маску хладнокровности. — Сам факт нападения зафиксирован. Затем…

— Центурион, — голос командира СпаСа моментально заледенел. — Я в курсе, что мой человек принимал участие в «Играх». И что в них участвовали ваши люди. Может, не стоит переносить личностный конфликт в плоскость борьбы между службами.

— Но вы обязаны…

— Я обязан цивисам станции под номером двадцать пять. И больше никому! Хотите сотрудничества — вызывайте официально! Или здорово пожалеете. Вас стало слишком много везде центурион. Люди на станции считают, что это крайне нехорошо.

Выходил с уровня Василий в отличном настроении. В памяти сами собой всплыли мрачные картинки того памятного рейда и радость от выигранного словесного поединка улетучилась. Видимо, так работает сознание, балансируя эмоциями.

Глава 15

Рандеву с мертвецами

— Скаут, пройдитесь к центральному входу, проверьте его. Мы подстрахуем.

— Вас понял, командир.

Вперед вырвался четырехколесный легкий разведчик. Только сейчас вместо колес на нем были поставлены треугольные гусеницы. Каждая из них поворачивалась во все стороны, что позволяло этой машинке маневрировать в самых сложных условиях. Сейчас за рулем скаута сидел их лучший следопыт Фаткулин. Ему было привычно идти впереди.

Фролову же пока приходилось командовать рейдом из второй машины экспедиции. Экспресс-тесты еще не были готовы, хотя все трое чувствовали себя прекрасно. Если так можно было сказать после многочасового рейда. Но не зря в спасатели брали самых крепких и выносливых. Это была чисто мужская работа.

Василий скользнул взглядом по заснеженным склонам гряды, внутри которой оказалась устроена бетонная коробка станции под номером двадцать четыре. Что там происходило на многометровой глубине они пока так и не разузнали.

В наушниках раздался голос Карелайнена:

— Кэп, как мы и думали, антенну ретранслятора погнуло. Но насколько мне видно на экране, он в рабочем состоянии. Нуждается в настройке.

— Хорошо.

Хоть что-то радовало.

Через двадцать минут в динамике по общему каналу послышался взволнованный голос Эльдара.

— Центральный вход закрыт, на звонки по аварийному никто не отвечает.

Валов поднял потухшие глаза на Фролова:

— Командир, похоже, это каюк.

— Подожди, Илья, надо разобраться. Поехали к куполу. Главная — страхуй нас. Основное внимание наверх. Видишь ту наледь, откуда сдуло снег. Странно, что они сразу после зимы её не отбили.

— Может, крепко лежит?

— Может. Но нам случайности сейчас не нужны. Карелайнен, подними схему привходовой площадки и прикинь, где лучше ставить лагерь.

— Есть, командир.

Обычные служебные переговоры немного успокоили всех. Фролов знал наилучший способ прекращения панических настроений — загрузить всех работой. И сейчас он был уверен в том, что оставшийся на головном машине старшим Алексей уже вовсю раздает ЦУ. Штурман команды был человеком дотошным. Иначе в его специальности нельзя. Можно не сомневаться, место для лагеря он просчитает до сантиметра.

Хотя подобная площадка предусматривалась около каждой станции, но суровый климат вносил свои поправки. Не всегда выбор оказывался удачным. Кое-где даже провальным. В первые годы после Катастрофы на СС 25 то и дело приходили сообщения о том, что на некоторых станциях обрушивался или засыпался вход. Где-то и вовсе оказался пробит сам Купол.

Люди выживали как могли. Героическими усилиями восстанавливали защиту, очищали привходовую местность станций направленными взрывами или нагревом с помощью плазмы. Строили новые ворота, шлюзы или выносили их дальше. Даже проверенные тысячелетней природной эрозией горные массивы в таком жестком климате вели себя иначе. Лишь человеческое упорство оставалось неизменным.

— Василий!

— Что?

Фролов оторвался от экрана и глянул на Тараса. Тот кивнул в сторону приборной доски.

— Тест закончился. Все норм. По всем показателям.