Ал Коруд – Генеральный попаданец (страница 7)
Брежнев гневно заметил, что если Хрущев развенчал культ Сталина, когда его уже не было, то они развенчают культ Хрущева еще при его жизни. Оказался неумолим к своему бывшему наставнику и Шелепин. Кидаясь в Перового секретаря рублеными некрасивыми фразами:
— «У вас сосредоточена власть, вы ею стали злоупотреблять! Нетерпимая обстановка создалась. Культ личности полностью сложился. Вера в вас падала и падала все больше. Самомнение непомерное. Характеристика, данная Лениным Сталину полностью относится и к вам. Окружили себя сомнительными людьми. Темп роста за десять лет неуклонно падает. Национальный доход с 11 до 4 процентов скатился. Куда это годится? С империалистами мы должны быть на страже. Отступаете от главной линии. Кубинский кризис — это авантюра, жонглирование судьбами народа. Вы сказали: „Октябрьскую революцию совершили бабы“».
«Стиль Хрущева — не ленинский, — подчеркнул выступивший следом сосредоточенный Косыгин. — Все сам, все сам. Письма льстивые рассылаете, а критические нет. Интриговали — вы не радуетесь росту людей. Доклад товарища Суслова сначала хвалил, потом хаял. Вас следует освободить от всех постов».
Первый заместитель председателя Бюро ЦК КПСС по РСФСР Кириленко поддакивает:
«Речь идет о серьезных ошибках — грубо стал нарушаться ленинский стиль в руководстве. Ничем не оправдано сосредоточение власти в одних руках; слащавость любите. А людей честных — отталкиваете, почему вы таким стали?»
Суслов был самым категоричным из всех, припечатывая Никиту Сергеевича четким выверенным слогом главного идеолога партии:
— Товарищ Хрущев, сосредоточив в своих руках неограниченную власть, обнаружил полное неумение, да и нежелание правильно пользоваться ею. Товарищ Хрущев, особенно за последнее время, вышел из-под контроля ЦК КПСС и его президиума, открыто пренебрегает мнением руководителей партии и правительства, перестал считаться с высказываниями товарищей, никого не хочет признавать. Все достижения партии и народа, победу ленинского курса в жизни нашего общества он приписывает не партии, а себе лично. На любом мало-мальски существенном мероприятии в нашей стране, на всем обязательно должно стоять клеймо: «Сделано Хрущевым»!
Опять видятся во сне не мои воспоминания. Да что же это такое! Открываю глаза и осматриваюсь. Виктории Петровны уже нет рядом. Она рано встает, меня не дает трогать. Вчера вечером ругалась, что пошел после клиники сразу в кабинет. Пришлось отнекиваться, что, мол почитать захотелось. Выгнала в залу и всучила журналы с яркими обложками. «Крестьянка», «Работница». А мне что? Ознакомиться с состоянием советской полиграфии и развлекательной журналистики также любопытно. Хозяйку врачи предупредили, что у меня строгая диета. Так что на ужин были паровые котлеты, пюре и чай. Вышел из-за стола несколько недовольным. Но куда деваться? Тело вроде моложе, Ильичу всего пятьдесят девять, но ни фига не здоровее.
Тяжелее было видеть на ложе рядом чужую тетку и ласково с ней обращаться. Нет, вы не подумайте, не покушался! Похоже, что они с Ильичом давно в этих делах не усердствуют. Да и мне чего-то эдакого совсем сейчас не хочется. В себя бы прийти! Особенно после ночных кошмаров. Ничего не скажешь, насыщенная была жизнь у Ильича. И что, сейчас каждую ночь ждать очередную жуть?
«Эх, житие мое!»
Пощупал подбородок. Быстро у Ильича зарастает, надо побриться. Да и завтракать пора! Эти хмыри из Политбюро, то есть Президиума небось кругами около ходят. Насколько помню, власть в 65 году у Брежнева еще довольно хрупкая. И об этом стоит хорошенько подумать. В той будущей жизни Леонид Ильич смог повести свой корабль среди айсбергов. Значит, и мне по плечу. Особенно если я знаю о каждом такое…
«Наша непосредственная задача сегодня — определиться, где мы сегодня вместе c вами находимся».
— Так и будешь кашкой питаться?
Витя возится у плиты. Дом на ней, вот и валандается на кухне больше для души! Я после каши, с удовольствием растягивая услаждение, доедаю сырник.
— Ну, яичницу с салом можно только по праздникам, — добавляю угрюмо, чтобы меня пожалела. — Мы ж с тобой не молодеем.
Леониду Ильичу всегда нравилась простая пища, а Виктория Петровна готовила вкусно. Но ненормально с точки зрения правильного питания. Кто же тогда об этом думал?
По утрам на большой чугунной сковороде до золотой корочки обжаривались приличные куски сала, которые заливались потом яйцами. Так в сковородке блюдо на стол и подавали. Память услужливо подсказывает, что на обед часто был борщ. Жена баловала его куриной лапшой, «колдунами» из мясного фарша. Вдобавок Ильич любил жареную картошку с бараниной. И еще обожал дичь, считая, что мясо диких зверей полезней. К приезду Генсека в Завидово обычно варили свежий супчик на свиных косточках с морковкой и картошкой.
После смерти супруга Виктория Петровна рассказывала:
«Леонид Ильич любил мои борщи. Знаете, украинские борщи есть разных типов: холодный и горячий, постный и на мясном наваре… Борщ я варила на два-три дня, суточный — он вкуснее, потому как настаивается. На второе готовила жаркое, котлеты… Вареники Леня любил с картошкой и с квашеной капустой, с жареным луком, а пироги — с горохом. В воскресенье, когда вся семья в сборе, пироги я пекла с мясом, но больше с горохом. Любил жареную рыбу — сома или налима без костей. Потому что еще в молодости подавился как-то косточкой и с тех пор опасался. Карасей я готовила, но косточки выбирала, фаршировала рисом, грибами».
Несмотря на сытость от всплывшей из памяти кулинарной информации рот снова невольно наполнился слюной. Но передо мной стоит острая дилемма: питание придется полностью изменить. Сам я в той жизни уже привык, да и в прошлом частенько предпочитал мясу рыбу и морепродукты. Все-таки родился в морском порту. А здесь… Придется сначала как-то подготовить Витю к существенным переменам. Пусть осваивает новые блюда. Глядишь, и искренний интерес появится. Хлопаю себя по лбу и киваю дежурному личнику, сидящему на конце стола. Питаемся частенько вместе. Не оставаться же охране голодной? Остальные завтракают по расписанию отдельно.
— Не подскажешь, где документы из больницы?
Тот дисциплинированно подскакивает с места:
— Сейчас!
И вскоре я протягиваю супруге Ильича рекомендации от врачей. Та садится за стол и через пару минут смотрит на меня недоверчиво:
— И ты будешь это кушать?
Развожу руками:
— А куда деваться? Но ты не расстраивайся, твоей стряпней будем наслаждаться по праздникам, — хохочу, сглаживая обстановку. Жена успокаивается, что-то понимая. — Главное — не переедать. И физкультура.
Витя думает некоторое время и кивает:
— Хорошо, что ты о здоровье печешься. Вот пока не прижмет! Я посмотрю рекомендации, и сама буду готовить.
— Рыбы побольше. Там полезные жирные кислоты омега-3.
— Это еще что такое?
Перевожу в шутку:
— Модное словечко в статье откопал! Мне Чазов в клинике журнал один подсунул. Кислоты омега-3 помогают предотвратить болезни сердца и инсульт, поддерживают здоровье многих систем организма, включая сердечнососудистую и эндокринную, повышают количество «хорошего» холестерина и помогают снизить артериальное давление.
Виктория Петровна впечатлена и снова всматривается в рекомендации:
— Тогда и я с тобой перейду. Рыба — это полезно. Дай срок, научусь готовить не хуже ваших поваров.
Встаю с места и с улыбкой подхожу к супруге, приобнимая её за плечи:
— Ни на минуту не сомневаюсь!
4 январь: На прием т. Славекий ЕЛ. И. Т. Новиков.
Звонил тов. Заробяну по вопросу письма — группы их товарищей по турецкому вопросу.
7 января: 1. тов. Епишев А. А. Члена В. Совета не допускают к оперативным документам. 2. Отделу админ — о подготовке положения. 2. Кадры — продолжают подбирают по удобству. 3. О Кузнецове — моряк — надо обнародовать на Президиуме. 4. Подобрали ли Замов к начштабу?
9 января 1. Посоветоваться по вопросу о демонстрациях — протестов студентов — о мерах и как быть с компанией китайцев. Волгоград на тракторном заводе танк — не получит поддержки — надо решить.
10 января: 1. О партшколах. Сколько их и нужно ли столько. 2. О критике руководителей в печати, на эстраде. О журнале «Проблемы мира и социализма». Как укрепить его кадрами. 3. Судец- о его работе. Письмо Козлова из Горького из Городка. Федоренко просить вызвать для доклада.
15 января: т. Воронов. Ульбрихт — надо за документацию платить СССР — молчит, не ответили. О научно-технич. сотруд. Писал — но мы не отвечаем. С прошлого года.
Это же сколько у Первого записей в дневнике! Только за недавнее время. Хозяину страны буквально отдыхать некогда. Каждый день встречи, обсуждения или запросы. Письма, ответы, совещания, поездки. Рабочая текучка. Смогу ли я тащить такую ношу? Улавливаю во всем этом некоторый непорядок. Не должен глава страны на подобные мелочи размениваться! А куда деваться? Кто будет разгребать оставшиеся о Никиты завалы? И что значат последние записи?
В памяти всплывает подсказкой: Имеется в виду письмо В. Ульбрихта от 1 декабря 1964 г. по вопросам экономических отношений СССР и ГДР в 1965 года. Письмо рассмотрено на заседании Президиума ЦК КПСС 24 декабря 1964 года, который поручил соответствующим органам подготовить конкретные предложения по вопросам, поставленным в письме. Внешняя политика, значит.