Ал Коруд – Генеральный Попаданец 8 (страница 9)
— В войсках сепаратистов есть их военные инженеры. Это они провели успешное разминирование предместий Жадовиля, что сказалось на стремительном штурме города. Правительственные войска были наголову разбиты. Посланная на помощь авиация понесла чудовищные потери. Так что сейчас у Киншасы нет никаких шансов против сепаратистов Катанги.
— Спасибо, Эмильен. Обратимся к нашему эксперту. Жан, почему так произошло? Мы же столько лет готовили армию Заира. Да и Бельгия с Америкой не остались в стороне. У них наши новейшие Миражи, зенитные комплексы. Где Иностранный легион и королевские парашютисты?
— Они на месте, Стефан. Но пока лишь наблюдают за ситуацией. Потому что ООН не дает полномочий. Но по существу мы сейчас видим совершенно беспринципную интервенцию. Сепаратисты Катанги лишь прикрытие для родезийских колонизаторов. Они захватывают богатейшую провинцию экваториальной Африки в собственных интересах.
— Колонизаторы? Но простите, многие считают режим Родезии одним из самых демократичных на континенте. У черных там есть право выбора.
— Но не у всех!
— Законы много где несовершенны. Но это все равно лучше, чем быть под пятой местных царьков.
Жан Готье не ожидал от ведущего таких слов и задумался. Затем ядовито процедил:
— Вы неправильно информированы, коллега.
— Хорошо! — Берн не стал спорить и, показывая на экран, на котором все еще мелькали кадры боев, спросил. — Неужели подготовленная правительственная армия не могла хоть как-то противостоять вторжению?
— Вы забываете, что у Родезии сейчас лучшие в Африке вооруженные силы. Кроме собственных граждан, они набирают туда бывших бойцов из различных формирований. Например, Африканского корпуса.
— Но ведь он как бы Родезийский.
— На самом деле его финансируют Советы.
— Но там практически нет советской боевой техники.
— Это ничего не меняет. Очень похожую технику поставляют союзники Советов, например, Чехословакия или Польша. Они меняют шильдики, башню и вуаля — перед вами новая бронемашина.
— Интересно. То есть против Родезии не выдюжит даже Иностранный легион?
— У легиона нет авиации. А она в том регионе правит бал. Даже поставка современных ПЗРК не остановило родезийцев. Они применили самые новейшие средства радиоэлектронной борьбы, а также советские противорадиолокационные ракеты, которые не поставлялись доселе никому. Наши военные советники утверждаю, что в небе над Катангой видели самые современные виды советской авиации. Это для них очередной обкаточный полигон. Ждем после окончания боев взлет продаж советской военной техники. Они и так идут вровень с американцами.
— И, конечно, на борту этих самолетов сидят родезийские летчики?
— Вы правы.
— Хорошо, — ведущий откинулся в кресле. В этот раз в студию не звали оппонента, задача передачи была иной, за это телекомпании и платили такие деньги. — Прямое включение с Национальным собранием. Говорит глава комиссии Commission des affaires étrangères Жан-Мишель Ферран. Месье Ферран, как вы оцениваете ситуацию в Заире.
— Как возмутительную! — представительный мужчина в строгом костюме как будто олицетворял старую добрую Францию.
— В чем это выражается?
— Советский Союз позволил себе открытое вмешательство в судьбы народов Африки. И это непозволительно!
— Что предпримет Франция в ближайшее время?
— Мы рассматриваем вопрос о прямой помощи правительству Заира в противостоянии сепаратистам. И требуем возврата собственности европейских компаний в Катанге. Этот вопрос мы поставим перед международным судом в ближайшее время.
— Но ведь Восточный блок не признает его?
— И что? Судебное решение будет принято всеми демократическими странами. Мы заставим Советы соблюдать правила!
Ведущий поиграл бровями и повернулся к зрителям:
— С вами был Жан-Мишель Ферран. Как видите, наши власти полны решимости дать отпор обнаглевшим русским. Они не помнят ничего хорошего, нарушают договора и зачастую действуют во вред интересам Европы. Будем внимательно следить за событиями. Ваш Стефан Берн!
Глава 4
11 марта 1984 года. Методология
Машеров сидел чуть поодаль от группы учёных и специалистов, чтобы не смущать их. Хотя черта лысого — сейчас ты на них повлияешь. Этот спор ведётся третий день. И третий же день Генеральный секретарь ЦК КПСС самой мощной страны мира пытается понять собравшихся на конференцию экономистов. Слишком много незнакомых слов, формул и понятий. В обычной жизни, постановлениях ЦК и Совмина они принимают обтекаемую бюрократическую форму. Этим же мудрецам такие формы не нужны. Они на пальцах понимают друг друга. Но ведь как-то Ильич их разумел? Так что терпи и слушай!
— Дмитрий Трофимович, вы до сих пор считаете, что мы не сможем удержать долгосрочный межотраслевой баланс в рамках допустимых разногласий? Картинка текущего слишком далека от желаемой.
Патриарх экономической мысли, ещё со времён Сталина член-корреспондент Академии наук СССР Шепилов, кивнул:
— Налицо разбаланс показателей. Мы подошли к некоему пределу, за которым необходимо искать новое.
— Но Глушко…
— Он в первую очередь кибернетик. То есть это мы обязаны давать ему на обработку свои идеи, а не он вами командовать. Итог мы видим. Народное хозяйство с восемьдесят второго года начало буксовать. И как раз по причине неправильного подхода к планированию. В семидесятые в народном хозяйстве совершили невероятный прорыв, особенно в самых современных отраслях промышленности. Электроника, связь, массовое внедрение ЭВМ. Но в какой-то момент мы упустили нечто важное. Надеюсь, это все заметили?
— То есть вы считаете, что мы на пороге очередного технологического рывка?
Шепилов задумался, затем коротко бросил:
— Скорее подъёма на новую ступень. И я, как патриарх экономической мысли, считаю своим долгом сообщить, что на данном этапе требуется совершенно иное мышление. Для этого мы все здесь и собрались.
Сидящие за большим круглым столом важные люди дружно загудели. Уважаемый мэтр только что отметил тот факт, что не может предсказать близкое будущее. Мужчина с профессорской бородкой крикнул:
— Дмитрий Трофимович, как вы можете так говорить? Постулаты социалистического развития остались прежними.
— Николай Григорьевич, очень может быть, что вы не правы.
Машеров качнулся и позволил себе вмешаться:
— Но всё же? На что нам следует опираться?
Шепилов оглянулся на Генсека и огорчённо заметил:
— Могу вас огорчить, но социализм в том виде, который мы знаем, уже иссяк. Нужно двигаться дальше. Я повторю свои тезисы, что готовил товарищу Сталину ещё тридцать лет назад. Пройдёмся по пунктам и глянем, где мы с вами застряли:
1. Закон стоимости существует объективно, ему надо следовать и при социализме. Неправы его отрицатели. Хотя в известных пределах можно отступить от него ради высших соображений, но только в порядке исключения.
2. Польза от соблюдения закона стоимости — экономия времени, избегание диспропорций.
3. Диспропорции бывают двух типов: производственные (несоответствие друг другу количеств разных видов продукции) и рыночные (отклонение цены от стоимости). Диспропорции порождают санкции со стороны закона стоимости, всякие негативные последствия, ощущаемые или постигаемые умом.
4. При капитализме пропорциональность достигается стихийно, через исправление диспропорций в процессе рыночной конкуренции. При социализме — напрямую, через план.
5. При капитализме ценообразование происходит по принципу цен производства — равной прибыли на капитал. Это нарушение принципа эквивалентного обмена. А при социализме цены соответствуют стоимости. То есть социализм восстанавливает простоту простого товарного производства.
6. Наша практика планирования, ценообразования и теоретическое осмысление социализма таковы, что они часто происходят именно по-капиталистически, в категориях капиталистического хозяйства:
— цены формируются накидкой процента на себестоимость, а это — равная прибыль на капитал;
— обсуждается дифференциальная рента при социализме.
Кто-то с места заметил:
— Дмитрий Трофимович, вы упоминаете тот момент, когда индустриальный социализм вырастал из НЭПа, то есть вульгарного капитализма. А вот Александр Михайлович Бирман считает иначе, ставя во главу угла финансы.
— И что нового он повторяет? Развивает концепцию Сокольникова о диктатуре денег в рыночной экономике? Струмилин ещё тогда говорил об ошибочности такого подхода и выступал за товарный рубль. В итоге этот подход оказался самым продуктивным.
— Уважаемый коллега, вот тут как раз наблюдается ошибка восприятия нашей реальной экономики. Очень многие главные экономисты объединений и предприятий, руководители экономических подразделений самого высокого уровня — инженеры по образованию и опыту работы. Вся советская хозяйственная система пронизана вот этим инженерным, то есть производственным подходом. Все ключевые места в этой системе многие годы занимают инженеры или производственники, а не экономисты. Вот и сейчас мы видим, что внедрением электронной системы учёта и планирования занимаются они и свежая техническая поросль. Вы меня извините, но что понимает программист в экономике? А потом вы спрашиваете — отчего у нас наблюдается разбаланс. Считаю, что в настоящих условиях необходимо отдать приоритет экономистам нового формата.