Ал Коруд – Генеральный попаданец 7 (страница 9)
— Дайте «Нахимова». Пожелал бы доброй ночи, Валерий Васильевич, но сам понимаешь.
— Ничего, бодрячком.
— О задаче слышал? Твоим придется поработать. Мы позже ракетами добавим.
— Считаешь, что по водоплавающим придется пострелять?
— Во всяком случае, об этом меня предупредили. Так что готовьте противокорабелки.
После некоторого молчания командир первого в СССР авианосного крейсера уверенно ответил:
— Мы готовы. Авиационные группы слетаны, техника на уровне. Миг-27 уже моими обкатаны.
— Вот и ладно. Скинете в штаб точку, с которой твои птички будут готовы работать. До связи.
Ховрин положил трубку и огляделся. Все усердно работают, паники не наблюдается. На планшете изменилось состояние «вымпелов». Эскадра выстраивается в боевой ордер. Всего в эскадре бывало до 80 «вымпелов», в том числе до 30 надводных. Сейчас их застали несколько разделенными, но основная боевая масса шла сейчас под его командованием. Вперед ордера устремились противолодочники, прежде всего противолодочные крейсер несложившегося проекта 1123 «Кондор» «Москва». Он сам по себе представлял большую силу. На «Кондорах» планировалось ставить два зенитных комплекса среднего радиуса действия «Шторм», два ЗРК малой дальности «Оса», комплекс ракето-торпед «Вихрь», две спаренные универсальные 57-мм артустановки АК-725. В процессе эксплуатации добавили две 30-мм артустановки АК-230. Дополняло вооружение два пятитрубных торпедных аппарата и два реактивных бомбомета РБУ-6000. Важной силой было наличие 14 вертолётов: 12 × Ка-27 ПЛ, 2 × Ка-27ПС.
Соседний сектор ответственности обеспечивал БПК «Красный Кавказ». Большой противолодочный корабль проекта 6. Его «брат» БПК «Смелый», СКРы и МПК контролировали внешний круг обороны ордера, внутри которого шли основные боевые единицы 5-й Средиземноморской. Тяжелый ракетный крейсер «Сварог», созданный на основе не вышедшего проекта 1164 «Атлант» и авианосный крейсер «Нахимов». 16 пусковых установок новых твёрдотопливных ПКР П-1000 «Сулица» с ракетоносца по прикидкам штабистов могли уложить чужой АУГ на месте. В «Ближнем кругу» также шли эсминцы ПВО, МКР, сзади в кильватере двигались суда обеспечения. Хотя к месту «рандеву» всегда могли подойти суда из Александрии и Тартуса.
Среднюю оперативно-экономическую скорость по эскадре подняли до восемнадцати узлов, чуть позже разгонят до тридцати двух. Основной противолодочный рубеж в курсовых и фланговых секторах соединения поддерживали БПК. Дополнительно каждый корабль, оснащенный активно-пассивными гидроакустическими системами, вел свою индивидуальную работу, не забывая «сбрасывать» данные на флагман. Вскоре должны стартовать самолеты и вертолеты, отслеживая оперативную обстановку. Наверняка, заметив отход эскадры, зашевелятся «извечные партнеры».
Адмирал Ховрин вышел наверх подышать воздухом и остановился на крыле мостика. Слева внушительно маячила громада «Адмирала Нахимова». Оттуда слышался звук прогревающихся двигателей. Затем загорелись огни на взлетном пандусе, послышался винтов рокот и в воздух ушел небольшой самолет со странным сооружением наверху.
— «Гарпун» пошел на охоту, — раздалось откуда-то сбоку. Ховрин покосился, рядом в полутьме курил начштаба эскадры.
— Дай пару затяжек сделать.
Сам адмирал курить бросил, но после второй чашки кофе захотелось.
— Передали, что у американцев также кипешь.
— А что у них есть кроме «Саратоги»?
— Пара крейсеров УРО.
Ховрин еще на командном пункте ознакомился с донесениями. 6 флот ВМС США был серьезным и главным противником эскадры, но сейчас переживал не лучшие времена. Китайский кризис отрицательно сказался на оперативном составе Атлантического направления. Основной интерес все-таки представлял север Атлантики. В частности, в Средиземном море остался лишь один авианосец USS Saratoga. Да и у того возникли проблемы с турбинами, и сейчас он стоял в ремонте в Неаполе. Но оставался еще вертолетоносец LPH 7 «Guadalcanal» плюс крейсера и авиация с береговых баз. С ними придется считаться.
Плюс авиабаза Авиано в Италии. Единственная, откуда американцы смогут работать в оперативном районе. Адмирал старался вспомнить, что там находится. На авиабазе Авиано расположено 31-е истребительное крыло ВВС США. По некоторым данным, здесь размещается 12 защищенных хранилищ американского тактического ядерного оружия и около 25–35 тактических термоядерных авиабомб. В основном F-4 Phantom II и F-105 Thunderchief. С подвесными баками достают до Кипра. Только полезут ли в это дерьмо? Похоже, что англичане и их подставили.
В командном пункте царила рабочая обстановка. Не в первый раз в походе, да и тревогу ранее уже поднимали в связи с различными событиями. Международная обстановка постоянно скачет от напряженной до тяжелой. Нервы начнутся позже. Адмирал чуть дернулся от внезапно прозвучавшего:
— Сообщают — ВЦ по пеленгу 45
— Что?
— Воздушная цель — пеленг 45, высота шесть тысяч, удаление 50.
— Разведчик. «Орион»?
Дежурный офицер саркастично заметил:
— Что-то это он сегодня не передает нам привет лично?
«Орион», как наблюдатель вполне мог зайти в пространство идущего по морю ордера, опустившись чуть ли не до бреющего, кружа вдоль бортов, суя свой нос чуть ли не под клюзы. Единственное, чего летчики избегали: пролетать над самим кораблем. Существует неписаное морское правило: пролет над палубой приравнивался к пролету над чужой территорией. Которое, впрочем, частенько нарушали пилоты американских истребителей, видимо, чувствуя в ручках управления отличную маневренность, а главное, мощь и скорость машин, полагая на собственную безнаказанность.
Впрочем, советские пилоты действовали аналогично, быстро сбив спесь с элиты американских летчиков. Да и многие из тех воевали во Вьетнаме и помнили, как получали там по загривку от не менее стремительных МИГ-21. Иногда в воздухе заваривалась настоящая «каша». Пилоты обоих АУГ пробовали друг друга «на слабо». Случались и аварии, потому существовало негласное правило избегать крайностей. Но все равно иногда отдельных орлов заносило. Ну и в порядке взаимопомощи в случае чрезвычайного происшествия стороны могли привлечь спасательные силы друг друга. Нечего письками мериться, когда существует угроза гибели экипажа.
Этот странный «Орион» так и висел в пятидесяти километрах на приличной высоте.
— Сообщений от разведки Ту-16 не поступало?
— Никак нет!
— Что так долго чешутся?
Море Средиземное, небольшое, погода хорошая, они заметны издалека. Под водой пока было спокойно. Но это временно. Основной противолодочный рубеж в курсовых и фланговых секторах соединения поддерживали БПК. Дополнительно каждый корабль, оснащенный активно-пассивными гидроакустическими системами, вел свою индивидуальную работу, не забывая «сбрасывать» данные на флагман. Вертолеты и палубные ДРЛО П-42 постоянно висели в воздухе. Но пока поисковых буев не сбрасывали. Американцы если и действуют, то поодаль или сами несутся к Кипру.
Ховрин прикинул, насколько им смогут помочь «летуны». Все-таки Кипр недалеко от Турции, всего 60 миль. То есть в пределах действия турецких ВВС. Другое дело — посмеют ли они напасть на советские корабли? Хотя учитывать этот факт все равно стоит. Во власти очередная военная «хунта», каски им явно жмут на мозги. Черноморский флот через проливы уже пробиться не сможет. Разве что сожжёт базу в Синопе. Но это уже полномасштабная война с членом НАТО. Вот кому сейчас командующий не завидовал, это людям в Москве, что принимали решения. Минобороны и Генштаб сейчас, наверное, гудит как улей.
И вдобавок Ильича нет у руля. Вот это напрягало больше всего. Нового Генсека пока проверить на внешней арене не успели. Говорит складно, но дела… Что ни говори, но Брежнева все побаивались. И было за что. Военные, несмотря на сокращения и временами непонятные телодвижения правительства, Генсека любили и уважали. А уж моряки! Это при нем начали полномасштабно строить «океанский флот», авианосцы. Вот она эскадра, полнокровная под его руководством. Настоящий авианосный крейсер, а не «огарок», как «Москва». Глаза слипались. Ховрин глянул на часы. Пожалуй, нужно пойти подремать часика три-четыре. День будет тяжелый.
Борт АВК «Адмирал Нахимов»
Командир «Нахимова» контр-адмирал Валерий Васильевич Бабич любовался видом с мостика. Он располагался на верхотуре командного «острова». Архитектура нового типа кораблей отличалась даже от идущей по правому крамболу «Москвы» кардинально. Советский авианосец был похож на американский, впрочем, как и на любой другой. Но влияние французов ощущалось сильнее в стремлении к как можно большей автономности.
Небо на востоке окрасилось в пурпурно-желтые оттенки, разгоняя просочившуюся синеву поверху, волны понемногу приобретали потерявшиеся в ночных сумерках цвета. Синели, зеленели, только белые барашки, отголоски далекого и короткого шторма контрастно вспенивали воды Средиземного моря. Еще немного и вставшее солнце начнет ослеплять, навалится субтропический жар и духота, и лишь кондиционеры будут освежать горячие лица моряков.
Контр-адмирал заранее посочувствовал летчикам, каково им будет сидеть в полной сбруе в кабинах самолетов, ожидая команды на взлет. Да и палубным «Бычкам» придется несладко под жаркими струями взлетающих звеньев.