Ал Коруд – Генеральный попаданец 7 (страница 6)
— Зато мы приобрели симпатии всех буддистов мира.
Директор ЦРУ цинично прошипел:
— Какое великое достижение!
Доул стукнул по столу:
— Хватит пререкаться! Иногда мне кажется, что мы не команда. Боби, есть у нас там перспективы?
— Конечно! Это невероятно дешевая рабочая сила. Если перенести часть производств туда, то мы сможем обеспечить Америку недорогим товаром. Это крайне важно в нынешний кризис для среднего американца.
Президент задумчиво поглядывал на Госсекретаря. Наверняка этот посыл придумал не он сам. От кого идет такая идея? Нужно выспросить у Киссинджера или лучше у Никсона. У того был контакт с китайцами. Не назначить ли бывшего вице-президента послом в Китайскую Демократическую республику?
— Хорошо.
— Пока у нас имеются трения с Тайбэем.
Советник по национальной безопасности уставился на президента, тот кивнул.
— Я считаю, что эту проблему надо немедленно решать. Объединить обе стороны. Тогда КДР получит место в ООН и сможет влиять на обстановку.
Роджерс стукнул по столу пятерней.
— Категорически согласен. Мы уже работаем в этом направлении.
Буш и Бейкер переглянулись. Неожиданно!
Штат Нью-Йорк. Поместье Ротшильдов на Фермерском острове. Рекогносцировка
Збигнев не любил летать на вертолете, но иным путем сюда слишком долго попадать. Закрытая территория от всех и для всех. Если Waddesdon Manor в графстве Бакингемшир — родовая резиденция Ротшильдов, стала со временем туристической Меккой, то тут все серьезней. Особенно после ряда недавних событий, когда безопасности финансовых воротил начали уделять огромное внимание. Бжезинскому стала доступна информация о нескольких «инцидентах», в которых погибли представители знаковых родовых фамилий. Ведь основные активы до сих пор принадлежат им, чтобы там ни говорили. И все это произошло в Европе, откуда понемногу некоторые дельцы начали перебираться в Америку. Доселе еще никто с таким явным умыслом не покушался на тех, у кого имелись влиятельные связи во всех правительствах «Просвещенного мира». Ну если не считать гонений испанских королей и отчасти нацистов. И от этого становилось еще страшней. Да и незачем светиться, обладая подобным влиянием на мировую политику.
Гостя провезли внутрь поместья к главному, относительно скромно по сравнению с европейскими особняками выглядевшему зданию. Но зато сколько вокруг было служебных построек. Как будто крепостные башни вокруг Донжона. Да-да, место в чем-то напоминало укрепление. Да и Бжезинский здорово подозревал, что особняк быстро может превратиться в неприступную крепость. А некоторые строения — сиречь замаскированные противовоздушные комплексы. Хозяева могли купить в этом все, что пожелают. И кого пожелают. Вот и он сам стал ценным активом.
Его проверили еще перед посадкой в вертолет, но у входа снова тщательно обыскали, лишь затем запустили внутрь. Обстановка не бросалась в глаза. Если не знать, сколько стоит этот мрамор на полу или во что обошлась отделка стен, то можно было подумать о скромности жилища миллиардера. И в то же время классическое оформление стен картинами и гобеленами отлично сочеталась с новейшими видеокамерами системы наблюдения и повсеместными пунктами связи.
— Старина Збигнев! — Нельсон Рокфеллер был безупречен и в одежде «по-домашнему». Удобные брюки, льняная рубашка и шерстяной пуловер отлично сочетались по цвету. Явно кто-то из специалистов занимается его гардеробом. — Как долетел?
— Спасибо, хорошо!
— Вижу, что не прекрасно! Ничего, сейчас выпьем, поговорим и отправим тебя спать. Завтра тебе покажут местные владения. Ты же играешь в гольф?
— Приходилось.
— Отлично! Тогда завтра тебе не будет скучно, — тон младшего Рокфеллера стал тише. — Приедут важные птицы. Тебе нужно с ними обязательно познакомиться.
Збигневу чуть не стало плохо, но он благоразумно сдержался. Получается, тут соберутся настоящие хозяева Америки? Или во всяком случае те, кто так считает. Только зачем он им нужен? Ответ пришел быстро и явно. Распахнулась дверь в небольшую залу с круглым потолком, и Нельсон представил гостя двум маститым джентльменам.
— А вот и наш лучший специалист по Советской России.
Первого Бжезинский видел ранее. Эдмон Адольф де Ротшильд, член французской ветви финансовой династии Ротшильдов, основатель Edmond de Rothschild Group. Крайне запутанной банковской структуры. Сколько и чего она контролирует, не знает никто. В этом и суть подобных «империй» — управлять опосредованно. Официально там крутятся десятки миллиардов долларов, но они имеют влияние на триллионы.
Трудно было обычному человеку догадаться, что к двадцатым годам двадцать первого века сложилась парадоксальная ситуация, которую удалось просчитать группе швейцарских исследователей. Отсортировав 37 миллионов компаний и инвесторов по всему миру, представленных в базе данных Orbis С от 2007 года, команда ученых отобрала 43060 компаний, принадлежащих транснациональным корпорациям, а также выявила их общие активы. Затем они выстроили модель, распределившую экономическое влияние ТНК по критериям контроля одних компаний над другими посредством владения фондами и участия в прибыли. В результате им удалось сформировать исчерпывающую карту экономического влияния.
Ученые указывают ядро из 1318 компаний с блокировкой собственности, связи которых с другими компаниями сложно назвать иначе, чем «кровосмесительными». У каждой из этих 1318 обнаружились теснейшие взаимосвязи с двумя или более другими компаниями. Среднее количество аффилированных партнеров оказалось равно 20. И хотя официальные доходы этих корпораций едва превышают 20% от общемировой операционной выручки, через свои фирмы-сателлиты они фактически владеют большинством мировых компаний, работающих в секторе «реальной» экономики. Это так называемые blue chip — знаковые компании-производители. Таким образом, в щупальцах корпоративных монстров сосредоточены порядка 60% общемировых доходов.
В ходе исследования также было установлено, что большинство финансовых цепочек идут в направлении «суперанклава» из 147 компаний. Их активы пересекаются друг с другом, фактически являясь общей собственностью, что обеспечивает этому негласному финансовому конгломерату контроль за 40% глобального корпоративного богатства. По сути, менее 1% компаний в состоянии контролировать 40% всей сети. И добавляет перца, что большинство из этих «суперкорпораций» являются финансовыми институтами. Так, в топ-20 вошли инвестиционные холдинги Barclays plc, JPMorgan Chase Cо, Goldman Sachs Group Inc.
Бжезинский, если не знал о подобном, то его острый ум умел выстраивать последовательную цепочку связей. Вот и сейчас он внимательно взирал на мужчину с коротким ежиком непослушных волос. Сквозь дымчатые очки просматривался взгляд дельца, который знает, что он хочет. Третьего незнакомца представил Нельсон, и сердце Збигнева чуть не упало. Пол Волкер, делец, тесно связанный с Chase Manhattan Bank, но по сути, человек от ФРС, «хозяев денег». И значит, все предельно серьезно.
Волкер, видимо, заметил его волнение:
— Збигнев, можете называть нас по именам. Эдмон налей гостю выпить, он нам нужен разговорчивым.
Гордый поляк даже не заметил вкуса пятидесятилетнего бурбона, настолько временно потерялся. Но послушно сел у столика в удобное кресло. Разговор продолжил Ротшильд, тон был серьезным и деловым.
— Збигнев, нам рекомендовали вас как лучшего эксперта по Советскому Союзу. Можете нам с ходу ответить на один вопрос: почему мы так часто ошибаемся насчет Советов в последнее время? Что нам мешает принимать верные решения? Скажу честно — мы начали им проигрывать, и это обстоятельство беспокоит очень многих.
Бжезинский моментально мобилизовался. Он был готов. Сделав еще один глоток, и наконец, ощутив не самый лучший вкус американского кукурузного пойла, он ответил.
— Думаю, что проблемы связаны с вашими экспертами.
Ротшильд не стушевался, тут же задав еще один вопрос:
— Можете пояснить?
— С превеликим удовольствием! Могу с сожалением констатировать, что наши ведомства, как, впрочем, и частные компании зачастую используют негодную и неверную информацию. Это касается как ЦРУ, так и ваших источников. Кто эти люди? Эмигранты, беженцы в «свободный мир», по сути диссиденты или не везунчики. На худой конец предатели, что синоним слова «неудачники». Если они не смогли хорошо устроиться в знакомом для них родном обществе, то что они по существу знают о нем? Подождите, пожалуйста, — демарш гостя, как ни странно, восприняли нормально, — я объясню. Вы можете указать на иные, более профессиональные источники, и снова попадете пальцем в небо. Все эти советские профессора и академики, что лезут к нам в друзья, есть суть непотребная псевдоэлита, давно оторвавшаяся от реальности. Мы для них лишь элемент респектабельности. Им лестно, что их выслушивают заграницей и будто бы ценят. Что до эмигрантов последней волны… Вы знаете, что в России ее пренебрежительно называют «колбасной», то есть уехавшей только за материальной выгодой. Они могут вам часами рассказывать о жуткой диктатуре Советов, но это будет чистое вранье. Эмигранты — всего лишь эгоистичные личности, не имеющие никакого веса дома.
— А как же профессиональные разведчики и аналитики?