Ал Коруд – Генеральный попаданец 3 (страница 8)

Улучшение жилищных условий способствовало выделению в квартире специального места для учебных занятий, самообразования, удовлетворения трудовых и досуговых потребностей граждан, для воспитания детей, обучения школьников. В советский период к творческим профессиям относились уважительно, признавая потребность в творческой деятельности непосредственно на дому. Прежде всего, это касалось ученых, литераторов, музыкантов, художников. Советское законодательство зафиксировало право творческих работников на дополнительную жилплощадь, создавая условия для творческого развития, профессиональных занятий, повышения квалификации. Исследования показали, что подавляющая часть ученых, учителей и представителей других творческих профессий испытывала потребность в улучшении своих жилищных условий для успешного творчества

В отдельных квартирах было больше возможности организовать полноценный отдых, возрастала роль жилища в культурной деятельности и общении семьи, в приеме гостей и т.д. В квартире с коммунальными удобствами были лучше условия для профессиональных занятий, повышения квалификации, творческого развития. Многие семьи регулярно занимались физической культурой в домашних условиях, заводили и регулярно пополняли личные библиотеки и т.п. Дифференциация потребностей проявлялась в требованиях советских граждан к планировочному решению жилища, составу помещений, оборудованию и т.д. Социальные функции жилища «продвигали» границы жилых помещений, уплотняя пространство квартиры, происходила оптимизация санитарно-технических параметров. Все более распространенным становился принцип взаимопроникновения, а не изоляция общественно-деловой и художественно-культурной сфер жилого пространства. Любое помещение в современных квартирах одновременно могло использоваться как столовая, спальня, кабинет и как пространство для проведения досуга. Кухня выступала как место семейного общения. Процесс урбанизации делал многие вещи более функциональными. И архитекторы должны были учитывать эти особенности при планировочных решениях.

Глава 3

17 сентября 1965 года. Кремль. Информбюро. Свежий ветер в лицо

ХанойЗаседание разведок проводили не у меня, а в специально созданном для этого помещении. Молодец Грибанов, оформил кабинеты современно в стиле хай-тек, как понимают его в эту эпоху. Большой экран для просмотра слайдов и фильмов, проектор находится за кулисами. Занавески закрывается моторчиком. На потолке светильники-соты, подозрительно смахивающие на те, что я видел в ГДР. В мебели минимализм, но зато какие удобные кресла! Я делал вид, что читаю последние сводки, а сам с ухмылкой наблюдал, как руководители разведывательных служб изучают непривычный для них предмет мебели.

Ортопедические кресла с различными регулировками явно впечатлили разведчиков. А ведь они зачастую начинали «с поля», много бегали и ползали. Но кабинетная работа рано или поздно ждет всех руководителей. В СССР же до сих пор в ходу тяжеловесный дизайн сороковых и пятидесятых. Как бы намекающий, что не стоит отрываться от коллектива. Типичная двуличность нашей советской номенклатуры всех рангов.

У меня подход чисто утилитарный. Каждый обязан вкалывать на обозначенном ему месте. И если он хочет пахать ударно, то и место должно быть подготовлено. Рабочее место чиновника или канцелярского работника — это его стол и стул. До ЭВМ пока мы еще не добрались, да и персональный компьютер будет стоять не у каждого. Поэтому эргономике офисного пространства стоит уделать повышенное внимание. Мой отдел «П», Пропаганда уже подготовил цикл статей для газет и журналов. Сейчас на телевидении готовится ряд роликов о том, как правильно сидеть и какую гимнастику делать. То есть постепенно мы внедряем в сознание советских руководителей мысль о том, что их кабинеты, конечно, не место для изысков, но о своем здоровье и работоспособном состоянии работников они думать обязаны. Надеюсь в ближайшее время совершить революцию в мебельном деле.

Ребята из Информбюро ориентировались на изделии корпорации Herman Miller. Мебель серии Action Office I была представлена в линейке Herman Miller в 1964 году. И то нам пришлось внести качественные изменения в конструкцию кресел. Потому что лишь 1976 году дизайнеры Herman Miller и Билл Штумпф создали знаменитое кресло Ergon Chair, которое считается новаторским продуктом в дизайне кресел для работы. Один из первых примеров эргономичного офисного кресла и большой прорыв для дизайна 1970-х годов. Впервые в разработке учитывались анатомические особенности сидящего человека. Стампф много работал с медицинскими экспертами, чтобы выявить идеальную позу. Более того, это одно из первых кресел на колесах с газлифтом.

Мне пришлось долго объяснять конструкторам завода имени Хруничева, что от них требуется при изготовке каркаса. Да-да, пришлось применить «космические технологии». Зато есть толк! Там все-таки работают специалисты высшего профиля. На базе выделенного на базе предприятия отдельного конструкторского бюро вскоре начнется пробный выпуск мебели. Правда, дизайнеров все равно пришлось выписать из ГДР. Наши просто в этом ничего не понимали. Немцы идеей впечатлились и взялись разрабатывать технологические карты, а также список требуемых от промышленности материалов. Это ведь и металл, алюминий, много пластика, которого даже в номенклатуре производимого нет.

Так что сначала придется кое-что закупать заграницей. Нет, не нам, а немцам. В рамках программы, что я начинаю. И так оказалось, что одна из первых ласточек у нас будет мебельной. То есть разработаем мы, а изготовлять начнут они. Затем по мере начала производства необходимой номенклатуры, будем создавать предприятия уже у нас. Пока я наметил таким местом Белорусско-Литовский кластер. Он станет сборочным цехом страны. Эстонско-Ленинградский начнет работу со скандинавами.

— Нравится?

Главный разведчик Союза генерал-майор Прудников лишь хмыкает в ответ. Вот его коллега полковник Николай Леонов, возглавляющий аналитику внешней разведки, более точен:

— Я такого даже заграницей не видел.

— Значит, будем первыми.

Ивашутин уже все понял и ухмыляется:

— Но, Леонид Ильич, вы ведь попросите у нас кое-что?

— В обязательном порядке.

С улыбкой передаю сидящим по несколько листков плотного текста. Люди тут сидят уже ко всему привычные, только ухмыляются, ознакомившись с материалами.

— Опять технологии?

— И стоит ради мебели рисковать агентурой?

Улыбка в момент сходит с моего лица. Разведчики меня уже неплохо изучили, потому тут же пытаются усесться прямо. Не всем это удается на незнакомой конструкции креслах. В этом и замысел. Даже бывалый человек чувствует себя в чужеродной обстановке не так уверенно, как должно. То есть теряет часть «лица».

— Пора бы, товарищи шпиёны, осознать, что любая новая технология идет на пользу Советскому Союзу. Информация о них не менее важна, как сведения о военных секретах.

Генералы опустили глаза. Талдычишь им постоянно, а все как маленькие, не наигравшиеся в войнушку пацаны. Хотя эти-то дядьки как раз воевали.

— Сделаем, товарищ Первый, — твердо обещает начальник Комитета внешней разведки и тут переходит к делу. — У меня как раз имеется свежая информация от Вольфа.

Я протягиваю руку и получаю увесистую кожаную папку. Глава разведки Штази с конца лета буквально взорвался и шлет тонны информации. Ну это понятно. Мы как раз к этому времени закончили проработку законодательных актов и правительственных постановлений, регулирующих работу наших «Совместных предприятий». Вольф все-таки патриот, сначала захотел услышать приказ от «своих». Вальтер Ульбрихт нам уже мозг выел, почуяв выгоду и спасение для ГДР. Но это дорога с двусторонним движением. Немцы и так немало сделали, тщательно подготовившись к приему наших инженеров и рабочих. Им чрезвычайно лестно стать самыми выгодными союзниками для СССР. Я же поначалу и вовсе планировал сливать обе Германии. Но сейчас решил повременить. Непонятно еще, как получится с западными немцами. Но хотелось, чтобы в этой версии истории «Осси» проглатывали «Весси».

Химия, компьютеры, радиотехника. Спасибо, кстати, западным немцам, что усиленно «помогают» своими технологиями разведке ГДР. Да и не только они. Французы уже открыто выразили недовольство наглостью шпионов из неназванных стран. Но больно уж интересные наработки есть у ихних авиастроителей, да и химиков. К тому же через немцев нам удалось избавиться от «проклятого золота кладов». Я люблю науку, но не до такой же степени! Так что в мире начали всплывать интересные артефакты, найденные при помощи Информбюро. А это десятки миллионов в конвертируемой валюте, что стали основой в финансовых учреждениях, что появились недавно в Вене. Латиноамериканские нувориши решили вложиться в инновационные предприятия. А это вполне легально. Так мы обошли жадных французов, враждебных британцев, европейские дома Ротшильдов и прочей банкирской сволочи.

И потому нам есть на что покупать оборудование для новых заводов в ГДР. Думаю, что и со шведами договорюсь об открытии кредитных линий и поставке оборудования в залог золотишка. Ну а Вену и вовсе ждет внушительный приток капитала из Нового Света, ЮАР, а также Италии. Наша разведка готовит почву для создания там финансового пула. В том числе он начнет финансировать сделку «Газ-трубы». Австрийцам, думаю, понравится внешнее инвестирование. Итальянской компартии, наоборот, не очень. Ведь мы сейчас буквально выкручиваем им руки. Ничего личного. Просто бизнес! На этих красных деятелей компромата не просто папки, а целые чемоданы! Связь же с Вольфом к неудовольствию Грибанова я отдал внешней разведке. У них при войсках полно агентов, вот пусть и занимаются.