Ал Коруд – Дорога 2 (страница 24)

— Два оборота веретена.

Я прикинул, это где-то минут сорок. А на расстояние выстрела они подойдут раньше. Еккибастусский угольный бассейн! Придется поделиться с товарищем сокровенным.

— Их закрывает от чар некто очень могущественный. Лишь наша с тобой связь помогла увидеть опасность раньше, чем они предполагали. И этот некто нашел меня, а, может быть, и тебя. И он беспредельно могущественен.

Чаровник егерей зло глянул в сторону востока:

— Только с Вихорских гор им могла прийти помощь. Среди нас давно ходят слухи, что именно в той стороне сидят древние волхвы и движут Веретено судеб. Они и создали Беловодье. И мы сейчас, как никогда, близки к ним.

Я крепко озадачился. Час от часу не легче! Но ведь мне удалось сбить с ног Владетеля и уйти от погони два раза. Значит, те существа не так и могущественны. И я был отчего-то уверен, что на самой лодье Ората не было ни волхва, ни чаровника. Мы бы оба почувствовали его присутствие.

«Удаленное управление».

— Тогда у меня к тебе просьба. Только наша общая сила сможет противостоять чужой волшбе. Но у нас не получится всегда держаться за руки. Мне нужен некий предмет, который незримо свяжет нас.

Яромир задумался, вздохнул и снял с себя ажурный серебряный амулет.

— Он пришел в Беловодье с Русланда. Я никогда не снимаю его, но сейчас у нас нет выбора.

Я лишь молча кивнул в ответ и надел амулет на шею.

«Ох, как вштырило!»

Это как зажевать щедро намазанный ядреной горчицей кусок хлеба. Зато мозги разом прояснились.

На палубе движение, но без суеты. Светловолосые здоровяки аккуратно распаковывают принесенный с собой продолговатый ящик. Сначала появляется трехногий станок, затем длинный ствол то ли мощного на подобие ПТРК ружья или даже мелкокалиберной пушки. Я смотрю на жестянку с толстыми патронами. 11 или 12 мм точно! Окрас пуль разный. Затем вижу, как Яромир крепит сверху на орудие хитрую оптическую систему. Оклад её также выполнен из бронзы. Значит, она местного производства. Родаки Светозара не суетятся, но работают быстро и через несколько минут «карамультук» готов к бою.

Красибор достает патрон с красным ободком, что-то поворачивает в нем и вставляет в приёмник, двигая затем затвор вперед. Белояр прикладывается к наглазнику и подкручивает маховики наводки. После он поворачивает голову ко мне и кивает.

«Готов!»

На палубе за бронированным бортиком напряженно застыли матросы с ружьями. А я спохватываюсь, что не готов вовсе. Мне принесли пачку патронов, калибр у винтовки степняков довольно распространенный. Но я себя знаю и стрелять буду лишь, когда чужаки подойдут ближе. Достаю тяжеловесные патроны калибра 8 миллиметров и один за другим заряжаю в подствольный трубчатый магазин с пружиной. Нечто подобное было у французов в 19 веке, вроде то оружие называлось винтовкой Лебеля. С помощью опытных егерей разобраться с ней оказалось несложно. Такой принцип заряжания позволял иметь достаточно патронов. Белояр показал, что можно вставить в магазин восемь штук, положить на лоток подавателя и ещё один вложить в патронник. Но после опустошения запаса перезаряжаться по одному патрону будет достаточно долго. Предохранителем служил обычный поворотный курок.

Моего наблюдавшего за приготовлениями к бою и погрустневшего родственника нежданно обрадовали. Кормчий принес зеленый жестяной ящичек и открыл его замысловатым ключом.

— Смотри, молодец, подходит к твоему ружью?

Радей осторожно взял из пачки один из патронов и вставил его в магазин.

— Один в один!

— Заряжай и бери, сколько хочешь.

Радей радостно пододвинул к себе ящик, но затем резко отпрянул:

— Они ж дорогие! Как сочтемся?

— Бери-бери! Сначала нам надо уйти от смерти. Эти тати моего зятя убили. Считай, я должок оплачиваю.

Ну, Радея долго уговаривать не нужно. Он быстро снарядил оба имевшихся магазина и набил карманы патронными пачками. Жаль, наши удобные подсумки остались на потонувшем «Буслае». Воспоминания о погибших вернули мое желание мести.

Я прикрыл глаза, стараясь сосредоточиться. Мара, дай понять сущее, пройти по тонкому лезвию, отделяющему друг от друга смерть и жизнь. Два извечных состояния живой материи. Внезапно я ощутил тепло, исходящее от Царицы Древ. Это она смеет молиться самой Маре, покровительнице переходного состояния между Сферами. Только сейчас я догадался, что именно Мара пропустила меня через «тропу Харона». Чем я ей интересно глянулся? Стало легко и ясно. Как это, вообще, возможно? Сотни верст и разные осколки миров между мной и Царицей, а теплый луч дружеского участия доходит до моей души. Из какого странного мира это разумное растение? Неужели рай некогда был населен именно ими?

Оборачиваюсь назад и четко вижу неприкрытым взором серебристые нити над черным кораблем Ората. А вот и сияющий красным луч, идущий от гор. Он, как маяк, светит далеко-далеко.

— Яромир, они на прицеле. Пора!

— Бой!

Раздался громкий выстрел, и все напряженно уставились в сторону вражеской лодьи. Я успел заметить, что нечто тонкое подлетело к темному борту корабля и рассыпалось там легкими брызгами. Эта дьявольская серебристая паутина суть энергетический купол, закрывающий корабль. Затем с той стороны раздался гулкий бабах, и метрах в ста от нас взвился водяной конус.

— Большая пищаль у татей.

— Ох, не поздоровиться нам, братцы!

— Скоро догонят и продырявят нас. Велес, спаси и сохрани!

Команда нашей лодьи уныло уставилась на приближающегося врага в преддверье неминуемой гибели.

Кормчий провел ловкий маневр, и следующий выстрел случился с небольшим перелетом. Надо что-то делать, в нас вот-вот попадут. Я бросил взгляд на светловолосых ружейников, что заново зарядили свое основательное ружье, и решился.

— Яромир, помоги!

Якорь вам в глотку! Как мне действовать? Я же не маг и волховству не обучался. Так, спокойно, давай вспомним. Волшба всегда сопровождается некими пассами или жестами. Ничего необычного в таком не вижу. Руки лишь инструмент, и они точно не они метают молнии или энергию. Скорее всего, потребны для концентрации тех или иных действий. Так, скрестить их и метнуть во врага нечто вроде шара? Нет! Я не пробью защиту. Слишком мало энергии. Подожди… А вот так? Я начал делать резкие движения двумя руками в стороны, как будто раздуваю окутавший меня дым, и тут же ощутил, как серебряный амулет начал нагреваться. Получилось! Сияющий луч со стороны Вихорских гор развеялся!

— Пли!

В горячке перепутал слова. Местные всегда кричат: «Бой!». Но Белояр меня и так отлично понял и выстрелил. Через пару секунд на вражеской лодье взметнулся огненный вихрь. Красибор вставлял в ружье уже новый патрон, с зеленой полоской на пуле. Еще один выстрел! Он раздался одновременно с бабахом чужого орудия. Нас окатило водой, а вражеская лодья окуталась заревом. И она внезапно резко повернула в сторону.

Яромир яростно кричит своим:

— В двигатель стреляйте!

С борта частоколом захлопали винтовки. Особенно усердствовал. Радей, дорвавшийся до любимого дела. Уж ему есть за что мстить! Парень через некоторое время радостно обернулся:

— Двух ворогов точно сразил.

С рубки раздался зычный голос:

— Трех. Хороший стрелок твой подручный, варяг.

Белояр пальнул во врага еще два раза. Чужая лодья вся окуталась дымом и вскоре пропала из вида. И разом стало темно. Солнце в этот момент ушло за горы. Палубные и гости торжествующе переглянулись. Они только что ушли от неминуемой смерти. Радоваться пока рано, но поздравить друг друга с избавлением можно.

Яромир складывает подзорную трубу в кожаный чехол и комментирует ход боя:

— Молодцы попали в ружейный припас. Но все равно кто-то успел метко пальнуть в нас. Спасибо кормчему, угадал момент и ушел от зажигательного снаряда.

Его бойцы неспешно чистили разобранную пищаль. Матросы собирали с палубы гильзы и наводили порядок. А у меня внезапно отказали ноги. Пришлось бухнуться прямо на ступеньки. Резко навалилась усталость, и опустились руки. Шаманские войны здорово жгут жизненную энергию.

— Возьми свой амулет, брат.

Мой друг по егерским забавам откинул назад волнистые волосы и открыто улыбнулся.

— Нет уж, он, наконец, нашел своего настоящего хозяина. Забирай, он теперь только твой.

— Что дальше?

— Надобно скрыться на ночь. Лодейщик знает куда лучше нас.

— Ты ему доверяешь?

— Как брату. Мы в свое время побывали в разных переделках и вместе умылись кровью.

— Тогда лады.

Я молча смотрел на сумерки этого неимоверно тяжелого и длинного дня. За что судьба так испытывает меня? Расплата за удачное начало новой жизни?

Глава 14

Пути незнаемые

Я проснулся от шума. На палубе зашевелилась команда, а рядом загрохотал движок. «Движитель» — «толкач» на местном сленге. Слов машина или автоматика, математика и физика в мире Великой реки не знали. Поначалу я частенько попадал впросак, меня банально не понимали. Понемногу выучил здешние слова, которые, будете смеяться, зачастую достались местным от их продвинутых предшественников. Первоначальные насельники Вортюги происходили родом из более индустриальной эпохи. Именно кусок их мироздания свалился первым на правый берег реки. И потому их запасы и «закладки» мы находили чаще всего. Жаль, не выжили бедолаги. Интересно почему.

— Как самочувствие?

Радей присел рядом и подал мне кружку горячего цая. Напиток был крепким и подслащенным. Очень щедро со стороны кормчего. Он завозится издалека и стоит немало денег.