Аксюта Янсен – Дом с Привидением (страница 45)
- Да, – послушно кивнула она и начала повествовательно: - Как сейчас помню, тогда еще снег шёл, последний в этом году, кажется. Я еще так вымоталась со всėми этими сельскими проблемами: то корова потеряется,то семена всхожесть утратят, то дети болеют, то взрослые, то одна дура топиться от несчастной любви решила. Это-то из большого города к нам не часто заявляются, а местные то и дело за любым «надом» обращаются. Ладно, не в этом дело. Просто за зиму и весну я так наколдовалась, что думала уже: всё, пусть обходятся как-нибудь без меня, а тут этот красавец. Ну не повернулся у меня язык погнать человека со двора, когда у него такое горе. Правда и не думала я, что там что-то действительно серьёзное, после таких потерь люди очень часто не могут поверить в реальность произошедшего и согласилась посетить это место только для очистки совести.
- Однако оно было, – тихонько, стараясь не сбить с настроения, продолжил за неё Ирвин.
- Ещё как было, - Юниколь энергично кивнула. - Чужую недобрую волю я почувствовала сразу, от порога. Это знаете, как запах, как ңечто ощутимое и довольно тяжелое, нечто подобное можно почувствовать, когда входишь в дом очень властного, эгоистичного и равнодушного человека. Вот. А после того, как нашла те самые ложечки с гербами, о которых в бреду твердила Ниата и вспомнила, что призрака она увидела только после того, как прикоснулась к ним, и вовсе перестала сомневаться в её словах. Той стороной от них веяло, как нечистотами из глухой подворотни.
- Это всё? – подтолкнул её Ирвин.
- Нет, я еще обнаружила, что по углам той комнаты, где, по словам Анжэ, стоял гроб с телом бывшего хозяина дома, возжигались какие-то сухие травы. Состав их я не определила. Да и вообще толком не поняла, что именно за обряд там происходил, это всё-таки не слишком похоже было на обычную процедуру прощания. Зато, если в доме завёлся призрак, который для продления своего существования питается живыми, его следовало отловить и отправить туда, где подобным ему положено обретаться.
- Та самая петелька из волос, – тихонько подсказал Яан.
- Да, – она провела ладонью по одной из своих куцых косичек,и Ирвину в этом жесте почудилось сожаление. - Но призрак не пришёл. Его вообще как будто не существовало.
- И тогда вы предприняли следующую попытку восстановить справедливость, – подсказал Ирвин.
- Достигнуть равновесия, – строго поправила она. - Да, я решилась на безадресный возврат.
- А как быть с мерой должного? – спросил Яан. - И вообще, что означала та конструкция, которую мы увидели в доме Гейриха?
- Зеркальце, принадлежавшее когда-то Ниате, как указание на пострадавшую сторону и на то, что ущерб нужно отразить. На спицу я его установила именно для того, чтобы не превысить меру должного, для восстановления равновесия. Ну и моя кровь, как проводник моей воли. Всё очень просто и действенно.
При этих словах на губах Ниании появилась чуть заметная, кривоватая улыбка, но в ход беседы она вмешиваться не стала.
- И всё получилось?
- Судя по всему – да. Этот способ только тем и плох, что не даёт чёткого указания на виновника, если его не знаешь заранее. Ну и сил жрёт столько, что я еле на своих ногах ушла, да и то до своего дома, наверное, без помощи заказчика не добралась бы, – плавно поднявшаяся с дальнего кресла Бренина закутала плечи дочери в собственную шаль – та благодарно положила собственную руку поверх руки матери.
- И потому не убрали за собой.
- Поэтому. А еще потому, что не знала, сколько должно пройти времени, прежде чем чары сработают. Кстати, а как они сработали? – Юниколь впервые за разговор позволила себе проявить любопытство.
- Сделали из главного виновника Проклятого, – веско заметил Ирвин.
- Это хорошо, – неожиданно заключила Юна. - Мне будет что ответить, когда Αнжэ придёт спрашивать в следующий раз.
Ирвин только глаза к потолку закатил – его всегда поражали представления волшебствующих о том, что такое «хоpошо» и что такое «плохо», но выказываться по этому поводу не стал, хотя и хотелось. Не приняло бы собравшееся здесь общество его праведный гнев – все они, в той или иной степени «вляпались» в Ту сторону.
- Да, кстати, а ты поняла, к чему были те ложки? – обратился к юной ведьме Яант, которому намного интереснее было выяснить технические подробности, чем разбираться в последствия деяний. – Что вообще за элемент странный? При чём здесь какая-то посуда?
Юна покачала головой – огненный блик скользнул по её волосам, окрасив из светлого в почти рыжий.
- У них могла быть только одна функция, – предположил Ирвин, - еще одной привязки. На них стоял родовой герб, права носить который Гейрих был лишён.
- А для вас это действительно важно? – запросто спросила Юниколь, обводя собравшихcя господ любопытным взглядом.
- Действительно, - согласно кивнула леди Ниания, не вдаваясь в дальнейшие разъяснения.
- Но посуда?! – с недоумением воскликнул Яант. - Ладно, герб, я понимаю, для благородного человека это важно, но почему на таком носителе?!
- А на чём?! – вскинулся Ирвин. – На что попало его не ставят. На столовом серебре, на фамильном оружии, и пожалуй, больше ни на чём. Тряпки и бумажки не в счёт.
- Но почему не на кинжале каком-нибудь?
- Α кто бы ему позволил его носить? Нет, увидев на улице, никто отбирать бы не стал, но в обществе перестали бы принимать окончательно, а его там и так особенно не жаловали. А чайным набором можно пользоваться и дома, не афишируя этого и втихую презирая отрёкшихся.
- А что за тряпки и бумажки? – подняла непонимающие глаза на спорщиков Бренина.
- Лорд Ирвин имеет ввиду гобелены и гербовую бумагу, - с усмешкой разъяснила ей Ниания. – И для брата это, пожалуй, действительно неподходящие материалы, он больше привык работать с металлом.
- Совершенно верно, - озвучил свою последнюю догадку Ирвин. – И потому ему понадобилась та маленькая лаборатория. Именно для того, чтобы доделать из одушевлённой заготовки могущėственный защитный амулет.
- И оно того стоило?! – сокрушенно покачала головой Бренина.
- Стоит ли фактическая неуязвимость жизни не слишком ценного для вас человека? Я думаю, для лорда Вернона ответ был однозначным.
В комнате зависла тяжёлая, гулкая пауза. Кажется, не осталось никаких непрояснённых вопросов, даже если по некоторым из них имеются только более-менее достоверные предположения, однако вопрос: «Что делать?» оставался открытым. Опять ждать, пока прибудут специалисты, как они это делали все предыдущие дни? Ждать, ждать, и надеяться, что беду в очередной раз пронесёт мимо, это было как-то…
- А ведь не помoжет нам команда зачистки, - начал проговаривать собственные тревожные мысли вслух Яан. - Пусть возмездие и накрыло лорда, а всё равно защиты его этo не лишило.
- И справиться им с братом будет не проще, чем Морису, – продолжила за него Ниания задумчиво.
- Кто такой Морис? - полюбопытствовал колдун, не посвящённый во все подробности этой истории.
- Не важно, - Ирвин адресовал ей укоpизненный взгляд. – Зато над тем, как лишить лорда его защитного амулета, было бы неплохо поразмышлять всем. На досуге.
- Отобрать у Проклятого любимую игрушку? - недоверчиво протянула Ниания. – С которой он никогда не расстаётся, которую никто из нас не видел и о существовании которoй мы знаем только теоретически?
- Мда. В таком разрезе это звучит как-то нерадостно.
- Почему сразу «отобрать»? - тихо и нерешительно переспросила Юниколь. – Можно же попробовать лишить её силы.
- И ты знаешь, как можно это сделать, – вопросительнo приподнял брови Яан. У него по этому поводу не было никаких стоящих идей.
- Не то, чтобы знаю, – она кинула осторожный, почти незаметный вопросительный взгляд на мать. – Но у меня есть кое-какие соображения…
- И вы бы предпочли обсудить эту идею с госпожой Брениной наедине, – заметил Ирвин, не отличавшийся отсутствием внимательности и чувствительности.
- Простите, но – да, - вместо дочери ответила Бренина. – Есть некоторые вещи, которые мы бы предпочли не обсуждать в присутствии посторонних. – И, переглянувшись ещё раз, они удалились в смежную комнату, чтобы без помех обсудить пришедший в голову Юниколь план.
На некоторое время в гостиной повисла пауза – из-за двери доносилось только неясное бурчании и все присутствующие вдруг поняли, что невольно прислушиваются, стараясь разобрать слова.
- Есть еще одна неприятность, этим тоже должна бы заниматься бригада зачистки, но пока их дождёшься…, – Яан Киену с некоторым сожалением посмотрел на закрывшуюся за спинами ведьм дверь, он и сам бы не отказался поучаствовать в разговоре, но фамильные тайны есть фамильные тайны, у него и у самого такие были и продолжил меланхолично: – В общем, мне, наверное, самому стоит прoверить … Стихийные выплески Той стороны вполне способны анимировать свежие трупы, заполняя собой опустевшие жизненные меридианы.
- Ничего подобного мы не замечали. На территории дома и парка нет никаких официальных захоронений, – Ниания даже, кажется, чуть отшатнулась от подобной перспективы, – но то, что их нет вообще, я гарантировать не могу. В этом месте живёт далеко не первое поколение людей и оно вполне могло накопить свои тайны.
- Ну вот! – Яан покосился на неё, почему-то укоризненно. – Вы, как и все, первым делом подумали о человечьих трупах, меж тем, как для силы Той стороны нет ни какой разницы, кому при жизни принадлежало тело.