Аксинья Карпова – Любовь без пересдачи (страница 3)

Я поморщилась – с этим у меня и правда не очень. Из всех мероприятий в институте я была только на осеннем балу. Тайком. Один раз.

– Ты ни в чем не участвуешь, ведь так?

– Да.

– Это плохо. Нужно исправлять ситуацию.

Я судорожно пыталась припомнить ближайшие подходящие мероприятия. Но все было тщетно. Жуков прав: общественная деятельность никогда меня не интересовала. Значит, из-за этого я рисковала пролететь с поездкой? Представив рассерженное лицо отца, я пробормотала:

– Знать бы, как это исправить в кратчайшие сроки…

– Сделать какое-то дело на благо любимого института, Скворцова. Как иначе?

– Какое? В правком вступить? Или поучаствовать в создании стенгазеты?

– Нет, – покачал головой мужчина. – А что, если…

Жуков встал из-за стола и подошел к двери.

– Котовский, – громко позвал он, – иди сюда.

Парень вошел в кабинет и выжидающе посмотрел на преподавателя.

– Котовский, я знаю, что с тобой делать!

– Ну и?

– Тебе нужно, чтобы над тобой взяли шефство! – чуть ли не хлопая в ладоши, произнес Жуков.

– Чего? – удивился парень.

– Что слышал, Котовский! Будем из тебя человека делать!

Меня начали терзать смутные догадки…

– Господа студенты! Вы поможете друг другу. Скворцова, ты будешь следить за Котовским, чтобы он ходил на пары и выполнял все задания. Это пойдет ему в плюс – может, хоть что-то путное из него получится. А тебе нужно, чтобы обязательно получилось. Мы представим его успехи как твои достижения для комиссии. Мол, ты не только умница, но еще и вон какой подвиг совершила! Из такого лоботряса человека воспитала.

– Я же не на педагогическом учусь, – вырвалось у меня.

– И что? Ты знаешь, какая это большая и серьезная работа? Если у тебя получится, ты многого сможешь потом в жизни добиться. Ты мне поверь, я его хорошо знаю, раздолбая этого.

– Я вообще-то здесь и все слышу, – хмыкнул Котовский.

– И правильно! Слушай!

– И я не согласен, чтобы мной кто попало командовал. Не хочу, чтобы из меня «человека делали».

– Я тоже не согласна с ним нянчиться.

– Тебя, Котовский, никто не спрашивает. А ты, Скворцова, сама смотри. Значит, поездка в столицу тебе не так уж сильно и нужна.

Я закусила губу. Слова преподавателя походили на шантаж. Вот это я влипла! Если откажусь, то поездки мне точно не видать. Зачем я вообще пришла сюда сегодня? Кажется, раньше у меня и то больше шансов было.

– Не переживай ты так, – ободряюще улыбнулся Жуков, – тебе до мая продержаться надо. Потом представим твои результаты комиссии, думаю, они будут довольны. А после праздников поедешь в Москву.

– А если они свой выбор сделают раньше?

– Об этом можешь не переживать. Так что? Берешься за дело?

– Таисия, ты же не собираешься участвовать в этом бреде? – обратился ко мне парень.

– Я… Мне очень нужно поехать, – я вздохнула, – а тебе важно не вылететь из института, да?

– Да мне по барабану, – резко бросил Котовский, – хоть сейчас готов вылететь и лететь куда угодно.

– Скворцова, оставь нас на пару минут, пожалуйста, – пробормотал Жуков.

Я послушно вышла из кабинета. Ну и дела! Теперь буду нянькой для этого парня? Странный такой. Стоп, он что, меня по имени назвал? И откуда он меня знает вообще? Жуков ведь не говорил, как меня зовут. Он вообще всегда всех студентов по фамилии называет. А этот Котовский явно сказал – Таисия. Как он узнал мое имя?

– Заходи, Скворцова, – послышалось из кабинета.

Я открыла дверь и вошла. Парень почему-то выглядел расстроенным. Что такого сказал ему Георгий Федорович?

– Скворцова, согласен твой подопечный. Теперь все в твоих руках. Лепи из него человека.

– Если бы я знала как.

Будущее пугало. Я совершенно не понимала, во что ввязывалась. Ведь вечером папа будет спрашивать, узнала ли о поездке. А я даже не знала, что ему ответить. Как быть с этим Котовским? Что мне с ним делать? И почему он вообще так быстро согласился? Все же я надеялась, что он до последнего будет противиться. Эх…

– Ничего, – ободряюще улыбнулся Жуков, – придумаешь. Ты же отличница. Вот и делай все на отлично. А сейчас прошу меня простить – дела.

Мы попрощались с преподавателем и вышли из кабинета.

– И что теперь делать? – спросила я у своего товарища по несчастью.

– Откуда я знаю? Мне это вообще все до лампочки.

Приехали! Только что мы оба были в кабинете, и он в итоге принял идею Жукова.

– А зачем тогда согласился?

– Тебя не касается, – резко бросил Котовский.

– Ты понимаешь, что теперь от тебя зависит моя судьба?

– Плевать. – Он пожал плечами и пошел прочь.

Я стояла и растерянно смотрела ему вслед. Казалось, словно моя возможность поехать в столицу ускользала вместе с ним.

Глава 4

Я медленно брела в сторону дома, пытаясь придумать, что скажу отцу. Он ведь обязательно спросит, как прошел разговор с Жуковым. И что мне делать? Что?

Чувствуя свою беспомощность, я не удержалась и пнула валявшуюся на тротуаре стеклянную бутылку. Нога отозвалась резкой болью, и я взвыла. Ну что за день-то такой?

Если бы папа оказался рядом, то непременно прокомментировал бы эту ситуацию: «Таисия, ты сама виновата. Нечего пинать все подряд, лучше бы, наоборот, убрала мусор с дороги».

Я тяжело вздохнула. И почему эти мысли вообще пришли мне в голову? Да и с чего бы он так сказал? Не я ведь эту бутылку на дороге оставила, не мне ее и убирать. Покачав головой, я пошла прочь. Но сделав всего пару шагов (которые дались мне с трудом, ведь нога продолжала побаливать), я остановилась. Если просто пройду мимо, эта бутылка будет сниться мне в кошмарах! Вернувшись на «место преступления», я достала из рюкзака чистый платок. Обхватив им горлышко бутылки, подняла ее и отнесла к ближайшему мусорному контейнеру.

– Таисия, здравствуй, – прозвучал голос позади меня. Я обернулась.

– Здравствуйте, Лилия Семеновна.

– Какая ты молодец, мусор во дворе убираешь, – улыбнулась соседка. – Не то что обычная молодежь, которая его разбрасывает. Какое хорошее воспитание! Твои родители молодцы, могут тобой гордиться!

Я смущенно опустила глаза. Да уж, было бы чем гордиться.

– Ну что ты, что ты, – по-своему поняла мою реакцию Лилия Семеновна. – Похвалу надо уметь принимать.

«Если она уместна», – хотелось добавить мне.

– Ладно, я пойду. Мне пора, еще по учебе готовиться надо, – пробормотала я.

– Иди, деточка, учись. Без учебы никак нельзя, – закивала соседка. – Я тебе так скажу: нам жизнь дана, чтобы учиться. Вот папа твой говорит, что ты в столицу собралась от института? Может, потом насовсем туда переберешься? Ты такой случай не упускай! Там возможностей для учебы побольше будет.

Ага, будет. Только не у меня. Знали бы вы, Лилия Семеновна, какое условие мне поставили в нашем «храме науки», по-другому бы заговорили.

– Ладно, не буду тебя задерживать, беги, – тепло улыбнулась она.