Аиша Саид – Да, нет, возможно (страница 39)

– К лешему? – скромно улыбаюсь я.

– Нет, первое направление мне понравилось. Я просто в шоке. – Она снова смеется, на этот раз удивленно, а потом снова меня обнимает. – Только ты можешь сказать «к черту», и это будет звучать мило.

Я, наверное, ужасный человек. У Майи выдался один из худших дней в жизни, а я счастлив как никогда. Нет, меня радует не то, что она расстроена. Такое в принципе невозможно. Но раньше у меня не было возможности так держать ее за руку, да и вообще общаться с ней так, как я общаюсь сегодня.

– Думаю, мне нужно отвлечься, – говорит Майя.

– Отвлечься. Хм. Смотри, белка! – Бумер тут же напрягается и натягивает поводок. – Что ж, по крайней мере на Бумере сработало.

– А чем занята твоя бабушка? – с улыбкой спрашивает Майя. – Сейчас все крутится вокруг Россума, да?

– Да, Гейб, по-моему, полностью захватил ее свободное время. Завтра он собирается устроить ей, Бумеру и Россуму фотосессию. – Я пожимаю плечами. – У Гейба навязчивая идея: он хочет, чтобы ее посты стали вирусными.

Майя с улыбкой смотрит на Бумера.

– И кто тут везунчик? Кто тут пойдет встречаться с Россумом?

– Они уже встречались! У Бумера хорошие связи.

– Я бы прыгала от счастья, если бы мне повезло так же, – говорит Майя. – Так жалею, что на том вечере в мечети не подошла познакомиться! Но я тогда не понимала, кто он. Мама заставила меня туда прийти.

– И меня.

– Ты не встречался с Россумом? – удивляется Майя.

– В некотором роде. В основном он сидит в штабе в Данвуди. Я часто хожу на мероприятия в рамках его кампании, но ни разу не подходил к нему поговорить.

– А теперь подошел бы?

– Не знаю. У меня язык к небу присохнет, наверное.

– Мне кажется, все пройдет отлично. Ты намного храбрее, чем думаешь.

Я поворачиваюсь к ней, пытаясь понять, нет ли в этих словах насмешки, но она смотрит на меня совершенно искренне. Думаю, в этом вся Майя. Она всегда говорит о том, что думает или чувствует. Иногда это немного пугает, особенно если она на тебя злится или если ты персонаж неприятный – вроде Купа Трупа или директора Дикерс, – которому нужно указать на его ошибки. Но зато она и о хорошем не молчит. Я могу вспомнить сотни моментов, когда она поражала меня своей откровенностью, доброжелательностью или ясным умом. У меня вот не хватает смелости говорить такое. А Майя не молчит никогда.

Сейчас она так уверена в моей храбрости, что я ей почти верю.

– Для меня важно услышать это именно от тебя, – отвечаю я.

Майя улыбается и, клянусь, смотрит мне в глаза чуточку дольше, чем обычно.

– Спасибо.

Пару секунд мы просто стоим и улыбаемся друг другу, а Бумер постепенно уходит вперед.

– Как думаешь, Софи уже выиграла у парней? – спрашиваю наконец я.

– Мне она ужасно нравится, – смеется Майя.

– Это взаимно, поверь. Она только о тебе и говорит с тех пор, как съездила с нами на агитацию.

– Я помню ее совсем малышкой! Твоя мама разрешила мне ее подержать, а я потом вернулась домой и закатила жуткую истерику, потому что тоже хотела младшую сестру. И так завидовала тебе. Помню, мне она показалась ужасно милой. А теперь она уже взрослая – и очень классная. И агитировать у нее получалось от- лично!

– Может, лучше ты скажешь речь на ее бат-мицве? – предлагаю я.

– Хорошая попытка, – усмехается Майя. – Но я позже помогу тебе написать ее.

Мы возвращаемся домой, где выясняется, что парни и Софи отказались от «Колонизаторов» ради бургеров и крекеров-«рыбок». Фелипе и Нолан вместе устроились на большом кресле, Дрю и Софи оккупировали диван. Между ними на нем стоит упаковка «рыбок». Стоит мне спустить Бумера с поводка, как он могучим прыжком ныряет в объятия моей сестры.

Мы с Майей на секунду замираем в дверях гостиной: у меня такое ощущение, словно я стою на сцене в свете прожекторов.

– Так… Парни, это Майя. Майя, это Фелипе, Нолан, Дрю и Софи, с которой вы уже виделись.

Фелипе подбегает, чтобы обнять Майю, и это ее одновременно пугает и радует. Нолан с улыбкой откидывается на подушку.

– Вы с Джейми собратья по агитации, верно?

– Собратья? – хмыкает Дрю.

Я делаю вид, что не слышу, и поворачиваюсь к Нолану.

– Да!

Майя тем временем разглядывает коробку печенья.

– Вы что, тоже поклонники этих крекеров?

– Нет. Но это официальный перекус, принятый в семействе Голдберг, – объясняет Фелипе. – Сам-то я больше люблю кукурузные палочки.

– Еще как, – поддакивает Нолан.

– А я – хлопья, – встревает Дрю.

– Но вы же в курсе, что перекусить можно не чем-то одним, а всем сразу, да? – спрашивает Майя, склонив голову набок.

– Я моногамен во всем, что касается хлопьев, – заявляет Дрю, закидывая в рот горсть печенья.

– Не похоже.

Дрю улыбается и шепчет мне – впрочем, довольно ясно: «Она мне нравится».

– Я очень рада наконец познакомиться с вами, – говорит Майя. – Простите, что приехала в таком виде…

– Ты не… – начинаю возражать я.

– А теперь мне, наверное, пора.

– Нет! – Дрю тут же вскакивает на ноги, кидая Софи коробку печенья. – Не пора. Это мы сейчас уходим, да, ребята?

– Ага. – Фелипе и Нолан, поднимаясь со своего кресла, берутся за руки.

Дрю поворачивается к Майе.

– Тебе придется остаться и составить Джейми компанию.

– Определенно, – добавляет Фелипе.

– Несомненно, – вставляет Нолан.

– Ты это слово из приложения Bitmoji подцепил? – подозрительно прищурившись, спрашивает Софи.

Майя поворачивается ко мне.

– Оставайся! – подтверждаю я. – Если хочешь. Если не хочешь, не оставайся. Но остаться можно. Даже нужно. Это будет здорово. Если только ты не…

Тут Дрю пихает меня, призывая замолчать.

– Ладно, – кивает Майя.

– Отлично. Мы тогда пойдем, – говорит Дрю. – Побудете наедине.

Ого. Не знаю, хочу я сейчас придушить его или обнять. Возможно, и то и другое.

Время наедине. Наедине с Майей. У меня дома, где есть моя комната, моя… Так, про кровать я думать не буду. Это глупо. Нет смысла думать ни про кровати, ни про Майю, ни про Майю и кровати в одном предложении…

– Отлично! – восклицает Софи. – Джейми, давай тогда в твою комнату перейдем?

В итоге мы втроем садимся писать тост. Я-то думал, это будет настоящее мучение, но все не так плохо. Софи уползает ко мне на кровать, неустанно подбрасывая новые и новые идеи того, как я могу отзываться о ее выдающихся талантах.