Aili Kraft – Радиация (страница 8)
Выйдя из полуразрушенного подъезда многоэтажки, Райан заторможенно осмотрелся. В ушах еще звенело после взрыва, от которого он спрятался в последний момент за стальной дверью. Мозг не мог принять смерть друга. Джек погиб на его глазах, и он даже не попробовал его спасти. А должен был! Он был обязан вытолкнуть его первым! После всего, что Джек для него сделал, он просто оставил его умирать в чертовом микроавтобусе!
Над городом по-прежнему кружили истребители. Мимо проехал танк, словно игнорируя происходящее. Люди бросались к нему, пытались запрыгнуть, но солдаты сбрасывали их вниз, ударяя ружьями по рукам и лицам. Доехав до перекрестка, танк остановился, и его дуло выстрелило в еще не разрушенную высотку. Раздался уже ставший привычным грохот, посыпались стекло и бетон. Пара крупных булыжников угодила в танк. Один из них сбил солдата и придавил его к земле. Тут же от толпы отделились трое и захромали в сторону несчастного. Словно бешеные собаки, они набросились на него. Райан отвернулся, чтобы не видеть подробностей пиршества.
Над головой загрохотал винт вертолета. Это был один из тех геликоптеров, что сообщали об эвакуации. Райан узнал его по зелено-красной пятнистой раскраске. Он завис над Лэрдом, и в рупор заговорили:
— Просим прощения за обстрелы, но мы не можем поступить иначе. В городе очень много зараженных. Мы были вынуждены прекратить эвакуацию, потому что поток беженцев несет большую угрозу стране в целом. Власти отдали приказ уничтожить Айлэнд-сити вместе с населением. Они не могут рисковать миллионами людей. Город находится под карантином и объявлен не пригодным для жизни.
И все. Больше никаких слов, оправданий, сочувствия,
В этот момент Райан понял, как сильно любит жизнь.
Рита прослушала сообщение трижды, но так и не смогла усвоить его смысл. Их просто решили убить? Стереть с лица планеты мегаполис вместе с жителями?! А как же гуманизм, о котором не уставали вещать с экранов телевизоров представители правящей коалиции? Как же права человека? Выходит, все, чем им засоряли мозг ежедневно — вранье? В конечном итоге их просто уничтожат, как тараканов?!
Вот уже и конечный пункт. Место, куда спешила Рита, надеясь на чудо. Но чуда не случится. Здесь людей было еще больше, чем на улицах. Они толпились и кричали. Слов Рита не могла разобрать.
Из последних сил девушка пробилась сквозь толпу. Еще не достигнув цели, она уже знала, что увидит. И предчувствие не подвело. Взору предстал огромный мост, соединяющий город-остров с континентом. Он был полностью разрушен. Не сразу Рита смогла окончательно принять правду: полтора миллиона человек отрезали от внешнего мира и оставили умирать.
VI. Возвращение в Ад
Каково это — возвращаться туда, откуда с таким трудом удалось бежать? Каково осознавать, что усилия и надежды были напрасными? Каково заставить себя поверить, что теперь ты все равно умрешь, что бы еще ни предпринял?
Рита вытиснулась из толпы и посмотрела на город. Над ним еще, подобно стервятникам, кружили истребители, и сбрасывали вниз бомбы. Где-то там, среди высоких, разрушающихся зданий, царил хаос. И теперь ей придется вернуться в сердце Айлэнд-сити, где люди заражены неизвестной болезнью, умирают и встают снова, чтобы наброситься на себе подобных.
Когда Рита бежала к мосту, она видела измененных стариков, детей. Маленькая девочка прямо посреди улицы ела убитую кошку, старик гнался за молодым человеком, издавая рвотные звуки и размахивая клюкой. Вирус не пощадил никого. Вчера люди занимались своими делами, а сегодня превратились в существ, определения которым Рита не знала.
И она пошла. Опустив голову, с чувством безысходности медленно побрела назад — в город, где любой встречный мог оказаться ее смертью. Может быть, повезет, и на нее упадет бомба. Тогда гибель будет мгновенной, и не придется мучиться. Но если укусит зараженный, значит, велик риск, что Рита пополнит их ряды и станет бродить по улицам в поисках свежего мяса.
Ей не хотелось об этом думать. Хотелось вычеркнуть из памяти последние сутки. Снова проснуться утром от звона будильника, обрадоваться, что случившееся всего лишь сон, и собираться на работу.
Рита не думала, что так быстро соскучится по работе. Сколько помнила, она ее ненавидела. Но теперь захотела продать душу, только бы оказаться в «улье», где самое страшное, что может случиться — это чья-то сплетня или выговор Жюстин. Рита была готова стерпеть сотню таких выговоров подряд.
Но больше никогда в ее жизни не будет ни Жюстин, ни офисных сплетников, ни работы. Теперь не надо вставать чуть свет с ощущением давящей ответственности. А еще не будет ночных сидений у окна и разглядываний придорожного казино. Оно разрушено бомбой. К нему уже никогда не подъедут лимузины с разряженными в дорогую одежду и драгоценности состоятельными людьми.
По мере того, как Рита входила в город, обстановка вокруг становилась мрачнее и опаснее. Почти не слышался уже гул истребителей. Что ж, они выполнили бессердечный приказ властей. Больше им тут нечего делать.
Рита подумала о континенте, с которым их разделяет пролив. Знают ли его жители, что творится в Айлэнд-сити? Конечно, знают. Сидят сейчас в тепле и комфорте у экранов своих телевизоров и смотрят, как самолеты разрушают город-остров. Водители слушают последние новости по радио у себя в машинах, кто-то читает в Сети или смотрит любительские видео, снятые на камеры мобильных телефонов. И, конечно, все болтают о судьбе некогда красивого и прогрессировавшего мегаполиса.
Последняя надежда выбраться из Айлэнд-сити и примкнуть к тем беззаботным людям рухнула каменным градом в пролив Джиллиан и потонула в нем навеки. То, что осталось от некогда величественного моста Вида Нуэва, изуродованным обломком стояло на берегу, скрипя порванными, покачивающимися тросами.
Убежать из города не представлялось возможности. Со всех сторон Айлэнд-сити окружала вода. Пролив шириной шестьдесят три мили нельзя переплыть своим ходом. Рита видела людей, в отчаянии бросавшихся в воду, но все были обречены. Одни утонут, выбившись из сил, а других расстреляют с катеров, патрулировавших побережье. Все выходы отрезаны. Представители военных сил страны не шли на переговоры. Им поручили уничтожить это место, и они блестяще выполняли работу.
Кому это все понадобилось? Кто отдал приказ разрушить целый город? Конечно, президент. Кто же еще? Чем он руководствовался, подписывая этот приказ? Дрогнуло ли его сердце?
Теперь у Риты достаточно времени, чтобы поискать у себя в голове ответы на вопросы. Она в который раз осмотрелась. Где-то, среди всех этих людей бродила Эйприл. Рита знала, что будет скучать по ней, пока бьется сердце. В обычной жизни она презирала Эйприл, но после того, как та спасла ее от сумасшествия и на короткое время стала ей подругой, мнение Риты поменялось. Под красивой и глупой оболочкой скрывалась ранимая и добрая душа, вспоминая которую, Рита начинала плакать. За короткое время девушка потеряла всех, кого любила. Теперь она одна в городе, ставшем чужим. Глядя на то, что от него осталось, она горько улыбалась, осознавая, как нелепо звучат теперь патриотические лозунги о том, что родной дом — это крепость, где с тобой ничего не случится. Крепость Риты и тех несчастных, что еще живы, захвачена самой Смертью. Здесь больше нет безопасных мест. Никто не защитит тебя от неизбежного. Люди будут просто умирать один за другим до тех пор, пока в Айлэнд-сити не останется ни одного живого. Потом они, возможно, погибнут от голода или станут пожирать друг друга. Со временем это место превратится в город-призрак, а лет через десять, возможно, по этим улицам будут водить туристов с глупыми лицами, фотографирующих все подряд.
И, может быть, кто-то из них найдет паспорт на имя Риты Мэйсон, погребенный под обломками дома. Люди будут интересоваться ею, придумывать свои истории о судьбе девушки, а, может, просто отбросят документ в сторону и продолжат путь. Рита Мэйсон доживала последние дни, — может быть, часы, — и вряд ли после нее останется что-то, способное кого-нибудь заинтересовать.
***
Райан знал, куда бегут люди, но также знал, что это бесполезно. Грохот от разрушения моста и последовавшие за ним многочисленные крики ужаса в этой части Айлэнд-сити не слышал разве что глухой. Райан не был глупым, чтобы не понять, что на континент теперь не попасть никому. То и дело со стороны побережья доносились взрывы, — это уничтожались суда тех, кто пытался переплыть пролив. В планы военных не входило выпускать людей из города.
Зараженных на улицах становилось больше. Они уже не пугали Райана так, как в самом начале. За короткое время их стало слишком много, и теперь он смотрел на них, как на бешеных собак, от которых лучше держаться подальше.
Город больше не бомбили. Превратив его в уродливые руины, истребители, наконец, улетели, и выжившие сумели выйти из укрытий. Сам Райан чудом спасся после нескольких обвалов, отделавшись незначительными царапинами и ушибом левой руки. Сейчас он шел по изрытой кратерами дороге, сам не зная, куда.
Девушка с небольшим рюкзаком за спиной, сидящая на обломке каменной плиты и плачущая, бросилась ему в глаза. Она никуда не бежала. Было похоже, что она сдалась. Опустив голову, роняла слезы и не обращала внимания на зараженного, который медленно приближался к ней.