Aili Kraft – Радиация. Реальный мир (страница 38)
— Кажется, там кто-то есть. — Ракель на цыпочках, чтобы не создавать лишнего шума, побежала в сторону одноэтажного здания с выбитыми витринами. Судя по уцелевшей вывеске, раньше там продавали фирменную обувь.
Блэйк, ругая себя последними словами за согласие играть в детектива, побежала следом. Ракель, полная энтузиазма, уверенно продвигалась к обувному магазину. Подойдя ближе, Блэйк, к собственному удивлению, услышала шорохи, которые не могли издавать зомби или животные.
Внутри магазина находились люди.
— Это рискованно, Лорен. — До ушей с трудом доходили приглушенные голоса. Девушки устроились за стеной без витрин, в которой нашлось вентиляционное окошко. Благодаря ему и уничтоженным витринам они могли слышать разговоры, и то — лишь потому, что вокруг было слишком тихо. — Последнее время мы стали часто это делать. Возникнут подозрения.
Ракель и Блэйк отчаянно пытались вспомнить, кому принадлежит голос. То, что в магазине члены их группы, они уже не сомневались, но что искатели продуктов там забыли? Решили запастись крутыми кроссовками?
— Извини, но это не тебе решать, — полушепотом отозвалась лидер. — Я и так стараюсь делать это реже. Нам хватило истории с сестрами.
— Зря ты не избавилась от Блэйк, — произнес голос, который они услышали первым. Вроде бы, он принадлежал Стиву, которого Лорен звала мужем. — Она спелась с новенькой. Как бы чего ни наболтала.
Ракель и Блэйк переглянулись, но решили отложить обсуждение на потом. Снова прислушались.
— Что она может рассказать? — усмехнулась Лорен. — Меня не пугают ее предположения. Не забивай голову ерундой, лучше помоги.
Шорохов стало больше, а потом прозвучал громкий удар. Блэйк подпрыгнула, и Ракель вовремя успела зажать ей рот. Следом за первым ударом последовал второй, за ним третий, четвертый, пятый…
Подруги едва успели прижаться спинами к стене, — из магазина вышел человек. Боковым зрением Ракель увидела, что он одет в костюм химзащиты, испачканный… кровью?
Что здесь, черт подери, творится?!
Удары прекратились. После громкого «Эй! Мы закончили!» тот, кто стоял снаружи и, видимо, следил, чтобы не появились посторонние, вернулся в магазин. После серии громких шорохов группа вышла, беззаботно переговариваясь. Из-за мусорного бака Ракель и Блэйк увидели у мужчин два черных полиэтиленовых мешка. В таких чаще всего приносили добычу. Стив вышел последним, на ходу выбрасывая дымящийся окурок.
— Что скажем новеньким?
Группа остановилась. Лорен с гордо выпрямленной спиной подошла к нему и подтянула за воротник куртки.
— То же самое, что и стареньким. Несчастный случай.
— Два несчастных случая подряд? — прищурился мужчина.
— Я не поняла, — Лорен оттолкнула его, — тебя что-то не устраивает? — Внезапно у нее в руке оказался охотничий нож. — Может, хочешь стать следующим? Остальные, знаешь ли, не обрадуются, если придется месяц или два сидеть на овощах и крупах. Или ты, как эта кучка идиотов, веришь, что здесь еще шляются собаки с кошками? — Не опуская ножа, она обошла мужчину и толкнула в спину. — Живо пошел!
Ракель и Блэйк не смели даже пошевелиться, пока группа не отошла достаточно далеко. Собственная кровь казалась им ледяной, а мозги не желали принимать услышанное за правду. Ракель трясло от ужаса. Хотелось бежать без оглядки в неизвестном направлении, но она не могла оставить невинных людей в адском логове. Она еще долго прокручивала в памяти Лорен и ее команду. Пять человек возвращались домой с добычей.
Одноглазого Джеймса с ними не было.
XXVIII. Франк
Звуки моторов стихли, но остались голоса, и они совсем не внушали спокойствия. Люди внизу громко переговаривались, кричали и улюлюкали. Даже не видя, можно было понять, что это — не обычные выжившие, ищущие приют.
— Рекс, сидеть! — шепотом приказала Хайди и подползла к окну. Какое счастье, что Франк со своей паранойей настоял на плотных, непрозрачных шторах!
Осторожно отогнув край шторы, Хайди посмотрела в окно. На дороге, вдоль которой располагались дома, стояло пять машин: два военных джипа, две легковушки и пикап. Из них, громко хлопая дверцами, выходили люди. Почти все — восточного типа. Белокожих было ничтожно мало, от силы три-четыре человека. Девушка старательно пыталась рассмотреть среди них женщин и детей, но все оказались мужчинами далеко за двадцать. А, нет, вон там обнаружилась пара женщин, но выглядели они мужеподобно. У одной на плече висела винтовка, а вторая была стрижена под ноль. Если бы не грудь, то Хайди спутала бы ее с мужчиной.
— Что там? — прозвучал за спиной приглушенный вопрос Франка.
Девушка повернулась к нему.
— Проблемы.
Она старалась оставаться спокойной. Франк не привык к подобным вещам и мог впасть в панику. Тогда их точно убьют. Вряд ли прибывшие станут вести с ними дружеские беседы. Они здесь с очевидной целью: присвоить поселок себе. В лучшем случае текущих жильцов просто вышвырнут за ворота.
Хайди раздраженно вздохнула. Недолго табличка отпугивала желающих здесь обосноваться. А отпугнула ли она хоть кого-нибудь? Dein Traum построили незадолго до всемирной катастрофы; многие дома здесь еще не успели выкупить. О новом коттеджном поселке мало кто знал. А те, кто знали, не хотели сюда ехать. Не каждому ведь доложили о количестве продуктов в местном магазине. Когда все рухнуло, люди старались держаться в черте города, рядом с супермаркетами. Кто поедет в глушь, где, возможно, нечего есть?
Видимо, только такие ребята, как эти.
— Что будем делать? — спросил Франк.
Хайди отвернулась от окна и села удобнее.
— Нельзя им показываться, — сказала она. — Не внушают доверия.
Мужчина согласно кивнул.
— Мне тоже. Значит, придется бежать?
— Подожди. — Хайди снова заняла позицию у окна. — Может, уедут.
Франк в это не верил. Не для того мародеры ломали ворота, чтобы развернуться и уехать. Они приехали сюда с конкретной целью: обосноваться. А что? Один из немногих кусочков мира, не тронутый разрушениями и очищенный от зараженных. Места хватит всем, а при наличии людей и машин за продуктами можно ездить в город хоть каждый день.
— Ну, и где зомби? — весело прокричал высокий мужчина с бородой. — Ни одного не вижу!
— Кто-то решил отхватить себе лакомый кусочек! — с хохотом выкрикнула бритоголовая женщина.
— Интересно, кто? — Бородатый явно был под градусом. — Ну же, выходите! Давайте знакомиться!
Франк почувствовал легкий страх. От этой толпы можно было ждать чего угодно. Будь они все коренными немцами, с ними еще можно было попробовать договориться. Конечно, за последние месяцы озлобились даже самые дружелюбные, но врожденный менталитет просто так не выбросишь. Что касается вторгшихся, так они даже тогда, когда еще действовали законы, не отличались особыми тактом и послушанием.
Германия содрогнулась в 2015-м, когда возник Европейский миграционный кризис. Именно тогда в страны Евросоюза начали массово прибывать беженцы с Востока и Африки. Из-за нестабильной обстановки в родных государствах эти люди стали искать убежище в Европе. И нашли. Власти Германии и ряда нескольких других стран, входящих в состав Евросоюза, открыли двери перед «бедными и несчастными», еще не подозревая, к чему приведет скоропалительное решение.
С тех пор о привычной жизни пришлось забыть. Франк, как и многие другие, делал вид, что это не его забота; продолжал работать и убеждал себя, что ничего не изменилось. Намеренно игнорировал жуткие новости о беспределе, учиняемом мигрантами, и считал, что не обязан вариться в этом котле. Ему удалось абстрагироваться от всеобщей проблемы, но это не означало, что он ее не видел или не чувствовал. Будь так, Франк не отказывался бы от услуг такси, видя за рулем темнокожего; не боялся бы ходить ночью по малолюдным районам; не искал бы причин отказать в приеме пациентам с восточной наружностью. И уж точно не ставил бы «лайки» видео с расистским уклоном.
Легче всего игнорировать неудобство, когда оно тебя почти не касается. Легче отводить взгляд на улице, чем смотреть в упор, тем самым провоцируя человека на конфликт. Легче спрятаться от мира, чем жить в нем. Таковой была позиция Франка: выбирать путь, который
Только вся проблема текущей ситуации в том, что от нее не абстрагируешься. Люди, которых и раньше-то не особо ограничивали в правах, теперь обрели полную свободу. Страшно было представить, на что они стали способны.
Немецкая речь мешалась с арабской (или на каком они там языке говорили?), Франк едва их понимал. Еще и стены приглушали голоса. Однако стало ясно: они не собираются уезжать. Тем более сейчас, когда поняли, что кто-то специально повесил табличку на ворота, чтобы отпугивать нежеланных гостей. Такие люди привыкли брать то, что им не принадлежит, поэтому обязательно займут поселок, но прежде обшарят каждый угол в каждом доме.