Аида Византийская – Сбежавшая невеста дракона (СИ) (страница 16)

Возможно, что в той пещере, как раз, их нора. А я к ним приду аккурат на ужин. Их ужин.

Я готова была разреветься от досады, но это не поможет мне сейчас. Поэтому я решительно двинулась вниз, прихватив свободной рукой камень поувесистее.

Если мне встретятся волчаки, это будут их проблемы!

Долго спускалась вниз, но наконец-то дошла до нужной цели. Вон и пещера. Вода с прибоем не достает до ее входа и это очень радует. Не хочу проснуться, дрейфуя в открытом море, окруженная принюхивающимися акулами. Если они здесь есть.

Хотя в этом мире, наверное, водится нечто пострашнее кархародонов.

Стою сбоку от входа в грот и боюсь заглянуть внутрь. Отложила свой мешок с едой и удобнее взяла камень. На счет три… один, два… три все никак не желал наступать.

Выдохнула, и пересилив себя, заглянула. Меня встретила абсолютная пустота. Небольшое, но подходящее углубление, чтобы провести ночь.

Перетащила туда свой мешок и положила на землю камень. Все, можно отдохнуть. Только сейчас на меня резко навалилась усталость и понимание, что же происходит, и где я нахожусь.

Развести костер мне было нечем, поэтому я медленно грызла какой-то сырой овощ.

К своему стыду признаюсь, за все дни, проведенные в этом мире, я совсем не разобралась в их еде. Во-первых, мне никто не объяснял и не рассказывал, как называется тот или иной продукт, а спрашивать о таких вещах, известных даже ребенку, было опасно. Во-вторых, здешняя пища по вкусу и виду сильно отличалась от нашей, т.е. не было привычных нам картошки с рисом или гречки.

С трудом дожевав нечто, похожее на кабачок, и закусив небольшим кусочком хлеба, я начала расчищать землю под собой. Нужно приготовить место для сна.

Выметая ногами мелкие камушки, ветки и другой мусор, я с ужасом представляла, как мне сегодня будет холодно спать на голой земле.

Закончив с уборкой, села на землю, прислонившись к стене. Стресс, жалость к себе, страх за то, что будет дальше, моментально вырубили меня. Я даже не успела прилечь.

Спала чутким и тревожным сном, потому смогла услышать чье-то рычание у себя над ухом.

Открываю глаза и в кромешной темноте вижу множество парных желтых огоньков. Спросонья пытаюсь получше разглядеть их, но слышу только «грррхх» в разных тональностях.

Обладатель ближайших ко мне желтых глаз щелкнул перед моим носом зубами. Звук вышел почти, как лязганье металла.

Волчаки. Много волчаков стояли передо мной.

Единственным желанием было издать крик погромче, а потом зажмуриться, и когда открою глаза, чтобы никого рядом не было.

Испуг был очень сильным, поэтому я начала отодвигаться вглубь пещеры по стеночке. Волчак, что стоял рядом со мной, не оценил мой ход, и глухо зарычал. А я замерла на месте, шаря рукой по земле в поисках припасенного камня.

Нащупав средство защиты подняла его и быстро бросила в ближайшего ко мне зверя. Тот ловко увернулся и сделал быстрый выпад в мою сторону. Я как раз закрыла голову руками, когда почувствовала, что в мою конечность вцепились его острые зубы.

На этот раз я не жалела горло для крика. От острой боли в руке все тело скрутило в спазм, а потом пришел на помощь он… огонь.

За считанные доли секунды по венам разлилось уже хорошо знакомое тепло, которое моментально превратилось в жар. Но была ощутимая разница между тем, как я это испытывала в своем мире, и здесь.

Мне было просто жарко, словно я лежу в горячей ванне, а не в кипятке.

Волчак, чьи зубы до сих пор трепали мою руку, в надежде оставить ее себе на память, испуганно взвизгнул и отпрыгнул от меня, крутясь на месте. Знакомая картина. С Мортоном мы это уже проходили.

Я может, умею плеваться пламенем? Или испускать его руками? Не может же моя способность заключаться лишь в том, что когда меня кусают, я сильно нагреваюсь?! Этак на мне живого места потом не найдешь!

Как выпустить огонь? Ведь поджечь же дом как-то удалось во сне. Я хаотично трясу руками, а в этот момент к моей ноге подскакивает следующий мохнатый и клыкастый смельчак, вгрызаясь в лодыжку. От испуга и боли я со всей силы бью его по голове двумя руками.

И тут… из ладоней равномерно полился огонь. Шкуры нескольких волчаков заполыхали и они с визгом унеслись из пещеры.

Я выставила перед собой руки, отгоняя оставшихся. Но их энтузиазм заметно поутих. Бросив на меня по последнему плотоядному взгляду, они развернулись и убежали.

В пещере было светло. Огонь прекратил идти, но ладони продолжали сиять, освещая грот.

Разглядывая свои конечности, я ужасалась. Было видно каждую венку и косточку. Как убрать тебе это сияние?

Хотя… Я допинала ногами несколько больших бревен и сухих веток поменьше ближе к пещере. Постаралась свалить все это горкой, а потом дотронулась рукой до нескольких тонких веток. Они загорелись моментально. Разложив их так, чтобы они смогли разжечь другие деревянные оковалки, я успокоилась.

Отлично! Теперь у меня есть костер.

По ощущениям, кстати, я не испытывала ни боль, ни дискомфорт от рук-зажигалок. Но было страшно, так как я не понимала, как вернуть их в прежнее состояние.

Посмотрела на море и подумала, может вода поможет мне. Вдалеке начинало вставать солнышко и было уже не так темно, как ночью.

Зайдя по колено в теплую воду, с надеждой опустила в нее свои конечности.

Раздалось возмущенное шипение, как от раскаленной сковородки, погружаемой в бочку с водой.

Сначала ничего не происходило, и руки также светились оранжевым светом, будто внутри них полыхает пожар. Через десять секунд, свет начал становиться менее интенсивным, после чего совсем погас. Мои ручки вернулись в прежнее состояние.

От радости и облегчения я упала в воду и с наслаждением побарахталась в ней, остужая себя.

Кажется, мое проклятие из одного мира перекочевало в другой. Как жаль, что рядом нет никого, кто мог бы мне объяснить, что со мной происходит. Я умру и в этом мире? Снова от огненной горячки?

Вода в море была на удивление пресной, поэтому мои кровоточащие раны сильно не болели. Я аккуратно их промыла и начала думать чем бы перевязать. Никаких тряпок с собой не было. Только платье. Жадно оглядев его, решила скинуть этот наряд прислуги и постирать. А потом оторвать несколько кусков ткани от подола и перевязать укусы.

Еще раз огляделась. Ранним утром здесь никого не было, как впрочем, и вчера вечером. Надеюсь, никто не появится и дальше.

Выполнив все, что хотела, я разложила платье на берегу. Когда поднимется солнце, думаю, оно быстро высохнет.

Из ран, полученных в честном бою, уже не шла кровь, но выглядели они весьма ужасающе. Хотя на своей работе я видела вещи гораздо хуже и печальнее.

 Я присела у костра в костюме Евы и задумалась. За последние сутки из моей жизни я думала столько, сколько не приходилось еще у себя дома раскидывать мозгами.

Главный вопрос: что делать дальше?

У меня было подозрение, что волчаки сюда больше не вернутся. Любое животное запоминает боль, которую ему причинили, дрессируя или вкладывая в его мозг какие-нибудь команды. Если они не захотят, чтобы их шкурка снова загорелась, то будут обходить этот «дикий пляж» по косой дуге за десять километров.

Думая в этом направлении, я решила остаться в пещере еще на день. Мне некуда идти и некуда спешить. Еда есть, пресная вода тоже имеется. Пусть заживают раны.

В итоге, в таком расслабленном режиме я провела в гроте еще пять дней.

Я отдыхала в свое удовольствие: купалась голышом (просто платье ветхое, если развалится после высушивания, то ходить мне постоянно голой), загорала, собирала ракушки.

За все эти дни, не появилось ни одного человека в зоне видимости, чему я крайне радовалась. Мои ранки затянулись и прекрасно заживали. Я переживала, что от этих блохастых могу получить заражение крови, но все обошлось. Возможно, зараза не прижилась в горячей крови.

Костер я старательно поддерживала собственными силами, собирая по всему берегу ветки и поленья. К своей не изученной способности старалась не обращаться. Я только поняла, как мирными действиями можно призвать огонь, не спалив все в округе.

Нужно кончиками пальцев испытать легкое покалывание, представляя, что огонь сам бежит к ним внутри тела. Сосредоточившись, раза с десятого я вызвала скромное пламя, как от зажигалки. Моей радости не было предела.

Я владею магией! Если это она конечно, а не проклятие, которое убьет меня, как вещала бабка Федора.

Свой внеплановый отдых я решила заканчивать тогда, когда обнаружила в мешке четыре оставшиеся корнеплода. Мои припасы подошли к концу. А это значит, что пора покидать это уютное гнездышко и идти в соседний город за пропитанием, жильем и работой.

Напоследок еще поплавав в море, ранним утром я начала подъем по каменистому берегу, ведущему наверх, к деревням.

За спиной котомка уже с тремя клубнями. К завтрашнему дню у меня должна быть либо еда, благо деньги есть, либо нормальное жилье с работой.

Мортон, тебе придется долго извиняться, чтобы я не подпалила твой хвост!

10

Продвигаясь все ближе и выше к цивилизации, я раздумывала в какую сторону направиться. Выйдя на плато, встала спиной к той дороге, откуда пришла из деревни. Туда, к этим дикарям, даже нечего соваться.

Сейчас передо мной был только один путь – прямо, в неизвестность. Вовремя вспомнились слова из сказки: «Налево пойдешь - коня потеряешь, направо пойдешь - себя потеряешь, прямо пойдешь - счастье найдешь».