Агния Арро – Даже если ты меня ненавидишь (страница 4)
И мне насрать на причины их побега. В итоге я здесь, отрабатываю непонятный долг, а он развозит заказы по клиентам. Хреновая вышла дружба, но на другую я давно не рассчитываю.
Серега в этот район тоже гоняет. Есть постоянные клиенты. И вот он нас заверял, что хозяина точно не будет, а влезть в дом не так уж и трудно. Затея оказалась довольно азартной. Хапнуть адреналина, потусить с пацанами. Почему нет?
Я практически не пью. С моими нагрузками это фатальная история. Пара банок легкого пива в редкие выходные. И то не всегда. Так что я был вменяем до самого конца. Точно помню, что пожар начался с задней части дома и очень-очень быстро стал охватывать все пространство. Откуда взялся огонь? По камерам тоже не посмотришь. Сервак в утиль, как и все на территории Калинина.
Попахивает… Да нет, воняет откровенной подставой! Если свои, им лучше уехать из города. Из страны, блядь!
Где там мое солнце?
Снова поднимаю взгляд на окна дома напротив. Даже занавески закрыла. Жаль. От нее тепло. Мне нравится. А еще я хочу знать, какого все же цвета глаза у этого забавного Огонька. Голубые или серые?
Мужики стоят в стороне, курят и обсуждают футбол.
– Будешь? – Один предлагает мне сигарету.
– Не курю, – морщусь я.
– Спортсмен, что ли? – оценивающе смотрят на мое телосложение.
– Можно и так сказать.
Прислонившись голой спиной к бетонному столбу уличного освещения, щурясь, гипнотизирую закрытые занавески.
Огонек высовывает свой любопытный нос в окно. Видит меня. Улыбаюсь, она застывает и отскакивает назад, а я смеюсь под удивленными взглядами мужиков из бригады.
Трусишка мелкая! Я близко не подойду, не бойся.
Там у нее в комнате что-то происходит. Занавеска то и дело дергается. Ворота открываются. Водитель или охранник, хрен их разберешь, выгоняет машину на улицу.
Присев на корточки, упираюсь в столб затылком. Прикрываю глаза и сквозь ресницы смотрю как выходит Снежная королева – мать семейства, за ней в брючном костюме, задрав нос, семенит еще одно неприятное создание, так похожее на свою родительницу.
– Мам, – долетает до меня. – Ну мама! Почему мне нельзя было то голубое платье? Почему она в нем поедет? – ноет девчонка.
– Потому что оно идеально подходит к ее глазам. Садись в машину. Не устраивай сцен на улице.
Мне достается еще один колючий взгляд от Снежной королевы. Мне кажется, была бы ее воля, она бы вызвала дезинсекторов, чтобы нас всех отсюда вытравить. Так смешно за этим наблюдать. Я скалюсь, она резко дергает голову выше и подталкивает дочь к машине.
– Амалия, ну, где ты там? – смотрит во двор.
М-м-м, так вот как зовут Огонька. А-ма-ли-я.
– Вау, – выдыхаю, увидев спешащую по дорожке девушку в платье цвета весеннего неба.
Юбка рваными краями где-то касается икр, где-то колена, похожа на перевернутый цветок. Тонкие бретельки только подчеркивают узкие плечи и красивые длинные руки, а я думаю, что через пару часов эта девочка замерзнет в таком виде.
Что в голове у ее пришибленной матери?
Рыжие волосы Огонька собраны в прическу, и лишь пара прядей, заметно короче остальных, закрученными пружинками касаются бледного лица.
Далеко опять. Я не могу поймать точный оттенок ее глаз, но уверен, это платье к ним точно подходит, но я бы накинул на ее плечи куртку…
Цокая каблучками серебряных босоножек, Огонек доходит до матери и получает тихий выговор, судя по мимике на лице женщины. Бледнеет.
«Посмотри на меня, – мысленно прошу ее. – Ты же знаешь, что я все еще тут».
Огонек идет к машине. Водитель открывает для нее дверь. Она находит меня, случайно обернувшись. Или почувствовав, что я смотрю слишком пристально. Ее щеки меняют оттенок на розовый, а я отворачиваюсь, чтобы наша странная игра не стала слишком очевидной.
Еще около трех часов после их отъезда мы разбираем место пожара и расходимся. Так вышло, что сегодня вечером у меня снова бой. Один из бойцов внезапно выбыл на время, а мне теперь бабки нужны позарез, так что я договорился с Ильханом, одним из владельцев «Клетки», что заберу это окно себе.
Он предлагал дать бабла в долг. Но я лучше буду должен Калинину, чем ему. Это все равно, что подписаться на пожизненное рабство. Ильхан давно ищет способ, как привязать меня к клубу. Но однажды я пришел туда сам и не принадлежу никому из них.
Еду сначала домой. Ну как домой. Старая дача на другом конце города. Вместо дома вагончик, сортир на улице. Из внутрянки односпальная кровать, компьютерный стол, пара книжных полок в этом же углу, а в другом что-то вроде кухни с необходимым минимумом и самодельный душ.
Во дворе прямо среди таких же старых фруктовых деревьев у меня оборудован тренировочный плац и парковочное место для моей повидавшей жизнь бэхи. Зато весь этот шик и блеск мои. От бабушки по наследству достался, предки продать не смогли. Я из интерната сразу переехал сюда. Так что, наверное, это место все же можно назвать домом, хоть и с натяжкой.
Смыв с себя пот и сажу, ныряю в ворот однотонной белой футболки. Застегиваю ремень на штанах «белая ночь» с удобными карманами чуть выше колена. Затягиваю шнуровку на берцах. В спортивную сумку складываю высушенную форму, сверху кладу маску, бутылку с водой, напичканной витаминами, аптечку.
Простые правила, которые помогают выжить в таком месте как бойцовский клуб «Клетка». Даже ватные тампоны и перекись лучше иметь свои.
Закрыв вагончик, сажусь в тачку и гоню в сторону столицы. Встаю в круглосуточную пробку на въезде. Она заложена в общий тайминг перемещения. Потом ловлю еще одну. И еще. В итоге добираюсь до места, когда уже все началось, но я не первый выхожу. Там на разогреве пацаны послабее бьются. Есть время на подготовку.
– Здоро́во, – поочередно жму руки охранникам на входе.
Обхожу гостей, разместившихся в ложах и за столиками в зале. Чем меньше народу меня сейчас видит, тем лучше.
В раздевалке готовятся очередные. Здесь уже другой принцип. Человек человеку зверь, но с некоторыми мы нормально общаемся. И то только потому, что нас не ставят друг против друга. Но все может измениться в любой момент.
Парни выходят, я остаюсь один. Переодеваюсь в удобные шорты, меняю носки на гетры, сверху защита на колени и локти. Торс голый, чтобы ухватить было не за что. Да и элемент шоу. Мои татухи возбуждают женщин и впечатляют мужиков. За это тоже платят.
Здесь вообще за многое платят…
Разогреваюсь. Достаю из сумки маску.
– Дан-те. – Теплые женские руки скользят по прессу.
– Это мужская раздевалка, Дана, – закрываю глаза.
Весь настрой мне сбивает, дура!
– Все уже вышли, – мурлычет в лопатки. Ее ладонь скользит по шортам и сжимает член. – Ты же хочешь меня…
– Я не трахаюсь перед боем. Это правило, – напоминаю ей.
– Так много правил… – хнычет она.
Да, у меня дохрена правил. Иначе сдох бы здесь в первую же неделю, а я бьюсь в этом клубе уже полгода.
– Благодаря им я все еще жив. Удачи в поисках легкого секса, – надеваю маску, пока фиксируя на подбородке, чтобы не мешала говорить.
– Я соскучилась, – начинает откровенно бесить своим нытьем.
– Если не терпится, могу подкинуть бабла на вибратор, – развернувшись, огрызаюсь на Дану.
Иногда она страшно раздражает своей глупостью и навязчивостью, но я ведь держу ее рядом не за интеллект.
– Фу! – лупит меня ладонью в плечо.
Заржав над ее искривившимся лицом, выхожу в зал. Там большой босс собственной персоной. Замечает меня. Зовет, подняв руку.
– Данте, иди сюда. Разговор есть.
– Мне за разговоры не платят, – ухмыляюсь, снова стянув маску на подбородок.
– Умный, да? – улыбается Ильхан.
– Не жалуюсь, – смеюсь и протягиваю ему ладонь. Пожимает и кивает мне в сторону своего кабинета.
– Пойдем. Это надо решить до боя.
Глава 5
Ильхан вальяжно разваливается в кресле с высокой спинкой, всем своим видом показывая, кто здесь хозяин. Взмахом руки позволяет мне сесть. Усмехнувшись, копирую его позу на стуле напротив.
– Ты знаешь про НХЛ – ночную хоккейную лигу?
Моргаю, думая, что мне послышалось.