Аглая Отрада – Беги от него (страница 2)

- Мне нравится твоя реакция. Но мы с этим справимся.

Он макнул указательный палец в жидкость, окружающую устрицу и провел им по моей нижней губе, присоединил большой, сминая ее и размазывая устричный сок. Затем продвинулся в рот, поглаживая язык.

- Вот видишь?! Вкусно же?!

Я замерла. Да, я почувствовала солоноватый и совсем непротивный вкус. Но то, что он проделал с моим ртом, было за гранью. Я едва удержалась, чтобы не обхватить палец губами. Мне хотелось, чтоб он продолжил. И это неизведанное, острое желание было для меня новым. И оттого будоражащим. Дыхание вдруг стало тяжелым. И я невольно сдвинула ноги, потому что почувствовала, как в низу живота томительно заныло. В мозгу огненным сполохом пронеслась мысль: «Беги от него! Он только что тебя поимел!» Но магнетизм этого мужчины перевесил и природную стыдливость, и чувство самосохранения.

А Олег делал вид, что ничего не заметил.

- А сейчас всасывай. Не спеши глотать. Подержи во рту. Ты должна распробовать, почувствовать нежную, бархатистую структуру, насладиться мягким, сливочным вкусом. Пожуй немного. Давай на раз-два-три.

Я послушно втянула в себя устрицу. Вкус можно было перетерпеть. Но скользкую, медузью субстанцию тут же хотелось выплюнуть, чтоб не случилось чего хуже.

Но Олег не дал этого сделать.

- Глубоко вдохни носом. А теперь глотай! – приказал он.

Я подчинилась и с облегчением выдохнула. Мне казалось, что кровь прилила к вискам и билась там в истерике.

- Ты должна научиться преодолевать рвотный рефлекс, - одобряюще погладил он меня по руке. - Все большие девочки должны уметь глотать. Это важно для мужчины. Запивай вином!

- Что?! – с округлившимися глазами от пережитых эмоций едва выдавила я из себя. Мне показалось или он сейчас намекнул на то, чего он ждет в дальнейшем? А у меня даже волоски поднялись на руках, настолько меня все это выбило из реальности.

- Молодец, говорю, - он как-то хищно улыбнулся, а мне было не до смеха. Что со мной? Если бы за устрицей последовал поцелуй, я бы не отстранилась, а наоборот, еще бы и прижалась к нему, напрашиваясь, как кошка, на ласки. Краска стыда залила щеки. И хотя полумрак немного скрывал мою реакцию, легче от этого не становилось. А Олег вел себя как ни в чем не бывало. Я поспешно сделала несколько глотков и выдохнула. Сердце колотилось от новых ощущений.

Со второй устрицей я справилась самостоятельно – под внимательным и провоцирующим взглядом Олега и сразу же запивая вином.

- Можно я третью не буду? – жалобно спросила я и прикусила губу, чтоб удержать эмоции под контролем.

- Нельзя. Навык нужно закрепить. Я и так выбрал S.

- Что значит S? – опять я продемонстрировала свою неосведомленность, но теперь я должна была узнать о них все.

- Это значит стандарт. Бывают M medium, L large, J jumbo и SJ SuperJumbo – это деление по размерам от макушки до широкого края. - Олег объяснил спокойно, чуть снисходительно. Как взрослый. – Давай. Ты справишься. Это важно.

И только я поднесла к губам раковину, собираясь совершить акт уничтожения неприятеля, как Олег опять вернул в наше общение эротическую провокацию.

- Мне нравится смотреть, как ты это делаешь.

- Что делаю?!

- Ешь устрицу.

Я едва не поперхнулась, снова почувствовав себя падшей женщиной, потому что первый опыт поглощения деликатесного моллюска до сих пор отзывается сердцебиением.

- Тогда десерт?

- А ты опять будешь смотреть, как я ем? – едва скрывая нервозность, спросила я.

- Могу не смотреть. Хочешь, покормлю с ложечки? – откровенно провоцировал Олег.

Глава 2

Я понимаю, что наблюдению за тем, как женщина облизывает ложку, тоже можно придать эротический контекст, но я была не готова продолжать. На сегодня хватит. Мне нужно переварить это все. Хотя чего тут переваривать. Если еще по дороге из аэропорта я думала, что на этом наши пути разойдутся, то теперь уверена, что Олег доведет дело до логического завершения. То есть до постели. А там. Как сказала Улька: «Не случится роман, значит, получишь опыт».

В теории я с ней была согласна, на практике – никогда не позволяла себе одноразовых отношений. Как только понимала, что мужчина нацелен чисто на секс, сразу же уходила в тень. Но если честно, то и попыток таких было по пальцам пересчитать. Ведь не зря меня Борис называет Снежной королевой. Хоть и в шутку. Но мы с ним друзья, с ним легко. Можно болтать о чем угодно и не бояться, что скажу что-то не то.

С Олегом все по-другому. Он будоражит меня. Заставляет краснеть, теряться, сердце рядом с ним начинает сбоить. Одного его касания хватает, чтоб по телу острые импульсы возбуждения пробежали.

- Давай десерт на другой раз отложим? – без задней мысли предложила я и почувствовала, как внутри все перевернулось от страха. Получилось, что я рассчитываю на второе свидание и сама на него напрашиваюсь. Божечки! Что я творю?!

Но Олег невозмутимо посмотрел на меня.

- Хорошо. Другой раз так другой раз. Да, у тебя сегодня еще одно мероприятие? – напомнил он.

Я же под впечатлением даже забыла, что клятвенно обещала Ульке вернуться в отель к двадцати двум. Но Олег, оказывается, все держал под контролем.

- Чуть не забыла. Спасибо, что не допустил падения моего морального облика из-за несдержанного обещания, - неловко отшутилась я. Хотя моральный облик уже знатно зашатался.

Сдержанным жестом, без намека на высокомерие или фамильярность, Олег подозвал официанта, расплатился картой и оставил в папочке для счета чаевые.

Мы вышли на улицу. Прошлись вдоль моря до отеля. Меня потряхивало и от свежего воздуха, и от пережитых эмоций, и от страха, что он начнет расспрашивать о работе, хобби, и я признаюсь, кто я есть на самом деле. А он развернется и уйдет. Или нет. Как джентльмен, проведет меня и сотрет мой номер телефона за ненадобностью. К счастью, дорога была недолгой, и Олег предпочел разговор о море, о том, что он любит арендовывать яхту и на несколько дней уходить от суеты.

Я даже боялась, что в какой-то момент у меня просто отвиснет челюсть от неконтролируемого любования своим спутником. Каждое его движение наполнено достоинством, аристократизмом и вместе с этим – естественностью.

И в нарушение всех Улькиных заповедей, мы поцеловались. Вернее, меня никто и не спрашивал.

Олег довел меня почти до дверей отеля, но непод самый козырек, а в соблазняющую полутьму. Мало заботясь, что нас могут увидеть, притянул меня к себе и властно, по-хозяйски поцеловал. Недолго, каких-то несколько секунд, но я готова была умереть от блаженства, заполнившего каждую клеточку моего тела. В глубине живота все скрутило от сладостного, на грани с болью, спазма. Я даже не успела ответить на поцелуй, как Олег отстранился, посмотрел на меня, любуясь достигнутым эффектом и снова поцеловал. Теперь коротко, целомудренно.

- Хорошо отдохнуть. Я завтра позвоню, - придерживая меня под локоть, подвел к стеклянным дверям, которые разъехалась в стороны, будто от заклинания «Сим-сим, откройся!»

Вино, выпитое в ресторане, эмоции, размотавшие меня в лохмотья кружили голову. Я даже не заметила, как оказалась перед дверью нашего номера. И удивительно, что не заблудилась и не стала ломиться в какой-нибудь чужой номер. Ноги, в отличие от головы, дорогу запомнили.

- Ну и как? – докрашивая глаз перед роскошным зеркалом, спросила Улька.

- Так не бывает, - я обессиленно плюхнулась на пуфик в прихожей и прислонилась к стене, блаженно закрыв глаза. – Он нереальный. Как в сказке.

Улька хмыкнула.

- Так, может, он, как в сказке, тебе и зелья любовного подлил? Или это с голодухи тебя так пробрало? А я говорила, что воздержание вредно для здоровья! Вот ты и бросилась на первого встречного, как собака на кость.

Но меня ее слова не задевали от слова «совсем».

- Твоя система дала сбой! Он знаешь, что он сказал? Что терпеть не может манипуляции и сам этой фигней не страдает. И у нас во всем мысли сходятся. У меня такое ощущение, будто мы знакомы сто лет. Вернее, наши души знакомы. А тела только-только встретились.

Я замолчала, мечтательно смакуя все подробности нашего чудесного свидания. А потом не удержалась и выдала:

- Он т-а-ак целуется! У меня до сих пор каждая клеточка вибрирует! – я не стала говорить, что, кроме поцелуя, я получила другой опыт, рядом с которым поцелуй, даже глубокий – это как детсадовские игры в песочнице.

- О май гад! – Улька картинно шлепнула себя по лбу. – Девушка, как чекист, должна иметь горячее сердце и холодную голову!

Действительно, гад. Май или не май. Что бы она сказала, если бы узнала, что Олег творил с моим ртом. От этих мыслей мне стало жарко, и я пошла за бутылкой воды, стоявшей на столе. Сделав несколько глотков, выдохнула. Способность рассуждать осторожно вернулась, опасаясь, что я снова скачусь «в прелесть».

- Дзержинский еще и про чистые руки говорил. А в твоей теории явно не про чистые руки, - поправила я подругу. – Некрасиво манипулировать человеком.

- Это другое. Еще один факт из военного дела. Девушка, как сапер, не имеет права на ошибку. Поэтому, моя дорогая, все средства хороши в борьбе за свое счастье. И потом. Ты уверена, что у него самого руки чистые и самые добрые намерения?! Что он не играет тобой?! Вы знакомы меньше суток, а ты уже детям имена выбираешь! Включи голову!