Аглая Беккер – Одно Желание, или Вернуть Любовь (страница 5)

— Алин, — кричала подруга по другую сторону двери. — тебе не кажется, что твое состояние требует внимания врача? Это уже совсем не смешно.

— Ты права. — у меня уже не было сил бороться со своим организмом. — я сейчас же пойду к Марине Михайловне и может быть даже свалю на больничный. Я после этой учебы вообще как мочалка.

— Слушай, а ты думаешь тут тебе терапевт поможет? Я бы на твоем месте все-таки к гинекологу сходила. — Таня говорила очень серьезно. И меня это только разозлило.

— Тань, причем тут гинеколог! Он не лечит пищевые расстройства!

— Расстройства нет! А вот ранний токсикоз беременных очень даже! Или ты хочешь сказать что у тебя с твоим Орловым не было ничего?

— Было ну и что? Ты как никто другой знаешь, что я не могу забеременеть! Все тема закрыта. Совесть у тебя есть вообще или нет!

— Тогда пошли вместе и прямо сейчас к Михайловой. — Подруга была более чем решительна. — Нет сил больше смотреть на твою зеленую морду и помирающий вид.

Танька схватила меня за руку и в буквальном смысле потащила в кабинет к нашему терапевту.

Марина Михайловна Михайлова была женщиной доброй и прямолинейной. Всегда старалась помочь пациентам и коллегам. Муж ее тоже работал в нашей больнице неврологом. Дочь у них училась тоже на медицинском, поэтому сама Марина Михайловна относилась к нам, молодым девчонкам по матерински. Этим сейчас мы и воспользовались в полной мере.

— Мариночка Михайловна, посмотрите пожалуйста Алину. Ей вторую неделю нездоровится, а она все никак не хочет меры принимать. — Таня с места в карьер, как говориться, взяла дело в свои руки, когда мы буквально влетели в ее кабинет. Точнее подруга влетела и втащила меня за собой.

— Да уж, — поверх очков посмотрела на меня Михайлова, — выглядишь и правда не фонтан. В чем дело?

Я в двух словах пересказала свои симптомы, и по мере их перечисления, Марина Михайловна как- то смягчалась и начала подозрительно улыбаться.

— Осипова, скажи, когда у тебя были последние месячные? Задержка есть?

— Ну есть, только это не причем. У меня цикл после выкидыша так и не восстановился. Я просто наелась морепродуктов и до сих пор отойти не могу. — Я была уверена, что виноваты чертовы дары моря, которыми я злоупотребляла последние несколько недель.

— Ну спорить я не буду, а уж тем более диагнозы ставить раньше времени. Может и правда какую-то страшную кишечную инфекцию привезла из своей Москвы. Будем разбираться, пока ты вся в унитаз не стекла. Дуй на анализы, потом придешь.

Марина Михайловна вручила мне направления, с пометкой «cito», что означало, что анализы срочные и будут готовы буквально через пару часов. Неужели и правда что-то серьезное.

Девчонки в лаборатории сделали все быстро. Я правда ждать результатов не стала, пошла работать, пока меня слегка попустило. Все равно результаты у нас вносятся в программу и врач видит их стразу, как только готов результат.

Я смогла даже немного отвлечься работой и совершенно забыла о времени. Но Марина Михайловна напомнила о себе сама.

— Осипова, — совершенно спокойно говорила она мне в трубку, — подойди к Ларцевой в кабинет. Тебе пять минут на сборы.

Ларцева Ирина Анатольевна была гинекологом о бога и моим лечащим врачом, когда я восстанавливалась после выкидыша. Именно она мне тогда сообщила, что детей у меня не будет. «Шанс один из ста» — сказала она тогда. И это стало для меня большим ударом. Потерять ребенка и услышать такой приговор — это было просто невыносимо. Не знаю, как я справилась тогда.

Я вошла в кабинет и увидела, как они обе разглядывают мои анализы и о чем то спорят.

— Заходи, не бойся, — Ирина Анатольевна не отрываясь от монитора указала мне на кушетку, — ложись, освобождай живот.

— Мне кто-нибудь объяснит в чем дело. С каких пор у нас терапевт и гинеколог работают в одном кабинете. — я спорить конечно не стала и выполнила все, что от меня требуется, в надежде, что все это уже скоро закончится, мне наконец выдадут волшебную таблетку и я снова буду радоваться жизни.

— А вот мы сейчас посмотрим. — Ларцева быстро провела нужные манипуляции и через минуту улыбалась во все свои тридцать два. — ну что ж, Осипова, поздравляю. Твоему отравлению около шести недель.

— В каком смысле? — я вообще не понимала, о чем она говорит. — с каких пор отравления в неделях измеряется?

— С таких пор, как мужик появляется хороший. Что даже такие проблемы с зачатием, как у тебя перестают быть проблемами.

— Ирина Анатольевна, вы что говорите? — Я не верила своим ушам, — вы же сами мне сказали, что у меня не будет детей!

Я соскочила с кушетки и тут же пожалела об этом — голова закружилась и мне пришлось снова присесть.

— Нет. Я говорила, что шанс один на сто. И вот он тебе выпал этот шанс. Один из ста. Поздравляю!

Я была шоке. Нет, я была просто ошарашена. Слов не было от слова «совсем». Как такое вообще могло случится? Она ночь! Всего одна!

Я машинально положила руку на свое пока еще плоский живот и посмотрела на доктора. Она улыбалась. Нет она просто светилась от счастья. Радовалась больше меня.

— Осипова, ты чего? Не рада чтоли? — ей было непонятно мое состояние. Я просто еще никак не могла осознать, что это и правда произошло со мной.

— Нет, рада. — я сидела как заторможенная и пыталась осознать новую реальность. — просто не верится.

— А придется. Ребенок вполне реальный. Надеюсь, вопрос сохранения беременности даже не стоит? — с подозрением посмотрела на меня она.

— Конечно! — я вдруг как будто проснулась. Мысль об аборте для меня подобна смерти. Даже в моей непростой ситуации. — Вы что!

— Ну вот и славненько. Значит сейчас оформим все необходимые документы. Встанешь на учет. Учитывая твой анамнез, надо будет убедиться что нет угрозы выкидыша. И вообще, — Ирина Анатольевна еще что-то говорила, много и быстро, но я ее уже не слушала. Я продолжала сидеть на кушетке и уже обеими руками обнимал себя, свой живот, в котором поселилась маленькая жизнь. Слезы сами катились по щекам. Но на этот раз от радости. Я просто не могла поверить, что это случилось. — Алин, ты слышишь меня?

— Простите, Я задумалась, — я вернулась в реальность, и переключила внимание на доктора.

— Я говорю, нужно будет завтра утром натощак сдать все эти анализы, — Ирина Анатольевна вручила мне довольно внушительную пачку направлений, и тут же протянула вторую, — а эти для отца ребенка. Ему тоже надо сдать кое-что.

И тут я впала в ступор. Орлов! Ему совершенно не нужно знать об этом!

— В чем дело? — моя реакция не укрылась от всевидящего ока Ларцевой.

— Нет отца. — еле-еле смогла выдавить я.

— Ну так не бывает. Как врач могу сказать, что беременность от святого духа наступить не может.

— Ну у меня видимо как раз редкий случай. Ирина Анатольевна, у меня нет возможности связаться с отцом. Давайте как нибудь без него.

— Ох, девки, девки. — помахала она головой, но настаивать не стала. И я была ей благодарна. — держи тогда свои и дуй домой. Тебе надо выспаться и отдохнуть как следует. Открою больничный с сегодняшнего дня на неделю. Но завтра жду после того как сдашь все это. Все иди!

Я направилась к выходу, полностью погруженная в свои мысли. Марина Михайловна осталась в кабинете и не спешила уходить. Впрочем, это сейчас волновало меня меньше всего.

У меня будет ребенок! Вот о чем я думала сейчас. и пусть срок совсем не большой, но я уже сейчас понимала, что жизнь моя круто измениться. И снова причиной этому был Орлов. Но сейчас я была ему безмерно благодарна. Ему и судьбе, которая свела меня с ним.

Но как сохранить мой маленький секрет? Я не имею права разрушать его жизнь.

— Не бойся малыш, — я облокотилась на стену и кабинета и снова обхватила свой живот. — Мама не даст тебя в обиду. Мы с тобой со всем справимся!

— Привет! — знакомый голос заставил меня вздрогнуть. — Давно не виделись. Ты как? Заболела?

Вот черт! Надо срочно выкручиваться.

Глава 6 Игорь

Я весь вечер после возвращения к себе в квартиру размышлял над словами Али.

Мне было непонятно, о какой измене она говорит. Я сам себя корил за проявление слабости с Никой, а тут еще и обвинения от ведьмочки. Вообще голова кругом.

Но главное, чего я не мог переварить — это ее слова обо мне. Неужели в ее глазах я настолько эгоист, тиран и изверг? Я задумался сам над своими поступками.

Когда я спрашивал чье-то мнение?

Наверное, никогда.

Когда я спрашивал мнение женщины, перед тем как уложить ее на лопатки?

Я просто брал, что мне было нужно и все.

Никогда я никого ни о чем не спрашивал и считал это нормальным.

Это эгоизм?

Чистой воды!

Но я так привык, и только Аля сейчас щелкнула меня по носу. Если бы мне сказал это кто-то другой, я бы рассмеялся ему в лицо. Но ее мнение значило для меня гораздо больше, чем я сам мог предположить. Мне не хотелось выглядеть в ее глазах циничной сволочью.

Оправдывая себя в своих же глазах, я был уверен, что с ней я себя так не вел. Если только с самого начала. Но потом, я был готов не единожды переступить через свои принципы. И ведь делал это. Но она видимо не оценила.

С Никой мы в этот же вечер разругались окончательно. Я бросил ее в ресторане, дав денег на такси. Каково было мое удивление, когда, вернувшись домой от Алины, я застал ее у себя в квартире. Посте продолжительного скандала я силой выставил ее за дверь.