Мои крылья распахнулись, черные перья взметнулись, окутали меня тьмой. Вторая ипостась проснулась, наполняя меня нечеловеческой силой. Я отомщу за Люцифера, за нашу любовь, за мою жизнь, которую он разрушил.
Люциан опять попытался удержать меня. Он встал на моем пути, но я отбросила его в сторону, словно пушинку. Моя цель – Рафаил!
Я чуть ли не бегом шла по коридорам замка. Спустилась по лестнице, где находится тюрьма. Во мне все больше кипело эмоций. А мне вторило все вокруг. Ощущение, что меня слышат все: стены, мои драканы, которых я стала слышать.
Стены царства Тьмы, где заточен предатель, были не просто камнем и цементом. И не просто холодный камень, и не серая штукатурка. Они словно были живой плотью темного царства. Они сейчас пульсировали от боли и ярости. Дышали злобой, шептали проклятиями, вырывая из горла рвущиеся вопли ярости, которая клокотала во мне. Каждый кирпич, каждая трещина в этой гнилой кладке хранила отпечаток страданий, каждый камень был пропитан кровью и слезами грешников. Каждая трещина была шрамом от яростных битв, остатками бунтов, подавленных в крови и пепле.
Гул внутри и снаружи был вездесущим, всепоглощающим. Он вибрировал в воздухе, проникал в кости, раздирал душу. Я питалась этими эмоциями подземелья. Они приносили моей израненной душе какое-то мифическое удовлетворение.
глава 8
Когда я уже спускалась ниже по лестнице, стены задрожали, словно живые существа, почувствовав мое присутствие. Королевы Тьмы. Из глубин недр я почувствовала, как начали вздыматься стоны, хрипы и проклятия. Они сливались в оглушительный хор отчаяния. Крик о потере Владыки, о расколе в сердце царства Тьмы, о ярости, пожирающей всё на своём пути. Мой же собственный крик, полный боли и отчаяния, растворился в этом темном оре, словно капля дождя в бушующем океане. драканы, мои верные стражи, вторили мне своим хриплым рычанием. Я видела их горящие глаза, которые отражали пламя ненависти к предателю.
– Люциан! – прорычала я, голос мой был хриплым от гнева. – В какой камере ты его держишь?
– В дальней, малышка, – произнес сын Люция. И попытался загородить собой проход. Бедняга пытался меня удержать, словно мог остановить ураган.
– Чего ты боишься, Люциан? Что я убью его сейчас? – он кивнул, но продолжал стоять, – Нет, дорогой я ещё заставлю его помучиться, как он меня. – усмехнулась и оттолкнула его с такой силой, что он врезался в стену камеры, крыло его затрещало.
Пройдя к дальней камере, я увидела предателя, который и стал тем, кто нарушил равновесие в царстве Тьмы. Он был спокоен, как будто не чувствовал всю эту удушающую обстановку. Сидел, прислонившись к двери. Презрительно взглянул на меня. Во мне же опять стали подниматься, гнев, ярость, боль. Стены темного царства опять закричали вместе со мной. А их древний, бесчеловечный голос проник во тьму, неся весть о беде и мести. Я словно губка впитывала эти эмоции. Они были словно музыка для моей души. Они стали ключом, к моему неконтролируемому гневу. Я уже не сдерживала себя.
– Ну что, Рафаил, поговорим? – прошипела я, мои слова были острые, как лезвия.
– Какие мы злые, – прошептал он и усмехнулся, этот мерзкий ублюдок! – Давно не видел тебя такой, ваше величество.
Его слова словно нож в сердце. Он знал, что Люцифер был моим всем, моей жизнью, и он это использовал! Я бросилась на него, моя драканическая сущность пульсировала, наполняя камеру ненавистью. Удары следовали один за другим, я не могла остановиться, пока не выбью из него всю боль, весь гнев, который он мне причинил!
– Ты заслуживаешь смерти! – прорычала я Рафаилу, врываясь в камеру.
Его взгляд был холодным и вызывающим. Он знал, что я не шучу. Но все равно смело принимал от меня побои.
Каждый удар мой был наполнен болью, ненавистью, отчаянием. Я хотела знать, где прячутся его сообщники, те, кто помог ему убить моего любимого.
– Где они?! Кто ещё повинен в смерти Люцифера? Говори! – кричала я, сжимая его окровавленную рубашку в кулаке.
– Драканы всегда были слабаками, – прошипел он. – Поверь мне, у Валака остались сторонники среди драканов. – выплюнул он кровь, и посмотрел на меня с жалостью, – Они придут лично за тобой. Берегись, Кэсси. Тебя ждет та же участь, что и Люцифера, – прошептал он.
Я била его снова и снова, пока кровь не залила пол. Он не смел говорить с таким презрением о моем любимом Владыке.
Внезапно две фигуры бросились на меня, отталкивая от Рафаила.
– Кэсси, успокойся! Это не поможет!
Люциан и мой отец, Асмодей, пытались успокоить меня, но я их не слышала. Моя душа была поглощена мраком отчаяния и ненависти. Я чуть не потеряла контроль снова. Но сейчас со мной не было Люция, который бы потушил этот огонь отчаяния и боли.
– Люциан, а скажи, пожалуйста. А где Шакс? – обратилась я к сыну Люцифера, уже почти успокаиваясь.
– Только не ругайся на меня, малышка! Я убил его.
– Я не малышка, а Королева Тьмы, если ты не забыл, мой дорогой, – прошипела я Люциану, а после, уже поразмыслив и успокоившись, проговорила, – Одним предателем меньше. Это радует. Сегодня вечером казним этого! Пойдемте на воздух. Здесь душно.
Люциан попытался взять меня за руку, чтобы проводить меня. Я оттолкнула его. И с решимостью двинулась из этих стен. Отец смотрел на меня и ничего не говорил. Он знал, что ко мне сейчас лучше не обращаться.
Мы с отцом поднялись в кабинет Люцифера. Люциан же ушел, как он сказал, по делам.
В кабинете моего Владыки все было также, как в тот день, когда я пришла к нему. Когда просила, чтобы стать воином в его армии. Даже не так. Здесь все было также, когда тогда, когда состоялось последнее собрание. На столе находилась карта нашего мира: области, города. Я подошла поближе и провела рукой над ней. И она словно ожила. Показывая мне, что сейчас происходит в том или ином месте нашей большой империи. драканы отстраивали свои дома после разрушительной войны с ангелами. Дети же не обращали внимания на своих родителей и играли в войну. В ту самую, которую они видели, когда прятались. Но сейчас они сражались вместо старшего поколения.
«Смена подрастает хорошая», я словно услышала, как эти слова произнес Люций.
Отошла от стола и присела на диван. Мое сердце заколотилось в груди. Оно рвалось наружу, как безумный дракан из тюрьмы, которую я несколько минут назад посетила. И как-то незаметно ко мне на колени пробрался мой маленький Драко. Он, как кот, стал выпрашивать ласки. Я гладила его бока. Он мурлыкал. Расслабиться все равно не получалось. Отец присел со мной рядом. Молчал, как и я. В кабинете повисла оглушительная тишина.
– Отец, а ты уверен, что мы с Люцианом должны стать Королем и Королевой Тьмы? – проговорила я, все также гладя Драко.
– Да, Кэсси, ты должна понять, что это не просто предложение. Это шанс. Ты – единственная, кто смогла добиться того, что считалось невозможным. Поверь своему отцу, который много что видел на своем таком не маленьком веку.
– Но, папа, я не хочу постоянно быть рядом с Люцианом, – пробормотала, поджав губы. – Он может снова забыть о границах. И очень радует, что мы с ним не поженимся.
– Я не прошу тебя любить его. – Отец вздохнул, прикрыв глаза, словно искал правильные слова. – Я только прошу подумать о том, что ты можешь принести мир в царство Тьмы. Ты – для драканов свет в темноте, и, если ты откажешься, последствия могут быть ужасными.
Я подняла голову и встретила взгляд отца. Его глаза светились беспокойством, но в них также был и настойчивый призыв. Почувствовала, как внутри меня борются страх и неуверенность.
глава 9
Глубоко вздохнула, пытаясь успокоить бурю эмоций. Мои мысли метались между желанием избегать Люциана и необходимостью принять свою судьбу. Внутренний голос шептал, что я могу оказать влияние на всех. И именно я способна изменить ситуацию.
– Я знаю, что у тебя проявилась сила, которая присуще только Королеве Тьмы, – продолжал отец, его голос стал мягче, словно он понимал, что каждое слово может стать решающим. – Но ты должна помнить, что ты не одна. У тебя есть поддержка. Мы все с тобой, Кэсси.
Прикусила губу, в моей голове рождались образы будущего. Мир темного царства мог быть Люциана, полностью. Но я также понимала, что на кону стояло мое собственное счастье. Смогу ли я остаться независимой от Короля?
И тихо произнесла:
– Если я пойду к нему, то это будет не просто задание. Это будет испытанием для меня.
– Да, – согласился отец, – но помни, что испытания укрепляют нас. Иногда нам нужно пройти через тьму, чтобы увидеть свет.
– Папа, я понимаю, что это важно, – произнесла, потирая лоб. – Но как я могу доверять ему? В прошлом он не раз давал поводы для сомнений. И думаешь, что он не будет пытаться сделать так, чтоб я вышла за него замуж?
Отец наклонился ближе, и его голос стал мягче.
– Многие великие вещи начинаются с недоверия. Ты ведь не знаешь, но он тоже боится. Стремление к власти может обмануть самого сильного дракана, даже такого как Люциан. Но ты, дочка, обладаешь силой, которая может направить Люциана на правильный путь. Замуж за него я тебя сам не выдам, уж поверь старому дракану.
