Агата Вебер – Источник силы Тьма. Наследник престола (страница 3)

Мы отошли подальше, чтобы нас никто не слышал.

– Люциан, скажи мне правду, – потребовал я, глядя ему в глаза. – Что случилось с нашим отцом? Почему мама всегда грустит? – Он замолчал, бросив на меня уклончивый взгляд. – Не отводи взгляд, скажи пожалуйста, где наш отец? И можешь мне не врать, я все вижу, и как смотрит мама на меня и как многие на меня смотрят. Я все понимаю. И тебе лучше рассказать, потому что от мамы я похоже правды еще не скоро добьюсь, она меня считает маленьким. Так что?

Люциан грустно посмотрел на меня. Его глаза, обычно сверкающие озорством, сейчас были тусклыми и полными какой-то тайны.

– Ого, брат, да ты уже вырос, – пробормотал он, – Я, конечно, мог бы тебе рассказать, но это лучше все же тебе расскажет твоя мама, да и смотрят на тебя косо не просто так, ты маленькая копия отца, такой же сильный и умный не по годам. И рожки выдают твою значимость к нашему роду, они обычно у правителей появляются, когда они дают клятву, а у тебя они с рождения.

Я стиснул кулаки.

– Ой, не заливай мне. Давай рассказывай. Я же знаю, что ты тоже знаешь. И что произошло между тобой и мамой, я вижу, что ты на нее смотришь совсем по-другому, не как на мать!

Люциан вздохнул, словно хотел сказать что-то важное, но потом передумал.

– Не могу я тебе всего рассказать, а про мать, что я смотрю на нее не так, это тоже у нее спроси, если захочет – скажет, а теперь пошли уже праздновать твой день рождения!

Он попытался замаскировать свою вину веселым тоном, но я видел его беспокойство. Знал, что он что-то скрывает.

– Хорошо, спрошу у мамы, но, если она мне не ответит, ты мне расскажешь.

Люциан снова засмеялся, но на этот раз смех был неестественным.

– Я подумаю, Арес, – сказал он, и я почувствовал, что он что-то скрывает. Он знает, что я не успокоюсь, пока не узнаю правду. И я узнаю! Если мама мне не скажет, я сам все выясню. У меня есть сила отца, и я научусь ею пользоваться.

Я знал, что он всё равно мне скажет. Он не сможет устоять против моего взгляда, против моей воли. Да и сам понимает, что я узнаю правду. Ведь год назад у меня проявилась сила отца. Сила, которая позволяет читать мысли. Люциан не любит, когда я копаюсь в его голове. Но выбора у него нет.

Люциан знает об этом, он боится, что я смогу прочитать его мысли. Но я не буду использовать силу против него. Я хочу знать правду, но я хочу ее услышать от него или от мамы.

Вечером после дня рождения я ворвался в кабинет брата, где он обычно проводил собрания. Люциан сидел в кресле, расслабленно попивая виски. Я сразу же начал его закидывать вопросами.

– Ну, скажи наконец, как погиб наш отец! – проговорил я с порога, глядя на него с угрозой. – Не юли, я все равно узнаю рано или поздно, но лучше именно сейчас.

– Ладно, брат. Слушай. – Люциан спокойно пригладил волосы и посмотрел на меня. – Рассказ будет долгим. Тебе не предлагаю, так ты еще малой. – Он встал и прошел к бару, взял бутылку виски, налил себе два стакана. – Задавай вопросы, которые тебя интересуют, постараюсь ответить на них.

– Первый вопрос: кто виноват в смерти отца? – Я начал с самого главного, пытаясь выяснить все детали.

– Отца убили ангелы, точнее, Валак – полукровка, – ответил он, медленно попивая горячительный напиток, – он возродился благодаря какому то ритуалу. Он был вторым существом по силе, уступающей только Владыке.

– Как это возможно? Как какой-то полукровка смог убить Владыку, древнейшего дракана, которого не могли свергнуть поколения?

– Там все не так просто, брат. – Люциан вздохнул. Выпил стакан, опять налил, – Покушение и война были спланированы заранее. Когда отец дрался с Валаком, в него попала стрела, выпущенная одним из Серафимов.

– Стрела? Кто это сделал? – Я был в ярости.

– Во время битвы один из Серафимов подстрелил отца. Рафаил, недоделанный директор небесного воинства.

– А мама? – Я сжал кулаки.

– Твоя мать сражалась как львица, защищая нашего отца. Но… Валак был сильнее их. Он сумел убить отца. Ранил твою мать. Но… там на поле боя что-то произошло, я сам не понял. Да и забыл уже. Но, может, вспомню.

– И что же произошло дальше? – Люциан рассказал мне о том, как мама в гневе активировала свою вторую ипостась.

Он рассказал о войне с Серафимами, о силе и мужестве мамы, которая не побоялась встать против них.

– Твоя мама убила Валака. А после она поймала Рафаила, – произнес Люциан. – И все ангелы, даже те, кто хотел посадить на трон своего полукровку, испугались ее гнева. Это было очень даже эпично.

Я слушал его, пораженный силой и решительностью моей матери.

– А как вы с мамой стали Королем и Королевой?

– Благодаря твоей матери меня короновали Королем, – Люциан усмехнулся, – а твою мать Королевой. Ей слова против боялись сказать.

– Но мама не должна была стать Королевой? Ведь вторая ипостась у женщин это случается очень редко…

– Я давно заметил, что твоя мать особенная, – пояснил Люциан с какой то грустью в голосе. А после тихо добавил, – Но я ее упустил, – после продолжил, – Она была так зла на Валака, видел бы ты ее тогда. Ее сила пробудилась как раз во время битвы. И теперь она – самая могущественная драканица в царстве Тьмы.

Я был поражен. Моя мать – не просто Королева Тьмы! Она защитница всех драканов от карающих рук ангелов.

– Может все-таки поделишься, что случилось между тобой и мамой? Почему вы не ладите?

Я хотел знать все, что могло повлиять на наши отношения.

– Это уже другой разговор, брат, – Люциан посмотрел на меня с грустью. – Возможно, когда-нибудь мама сама тебе расскажет?

Он похлопал меня по плечу. Показал мне жестом, что разговор завершен. Я вышел из кабинета. Стоял около двери и переваривая услышанное. Моя мать – настоящий воин, настоящая Королева. И я хочу быть таким же сильным, как она.

Глава 3

Кэсси

Сегодня день рождения наших детей. Сижу около источника. Пью вино. Драко сидит рядом. Смотрю на источник, который мне показывал наши воспоминания….

Сколько лет я без любимого дракана? Я уже, честно, сбилась со счета…

Я часто стала проводить дни в одиночестве. Я полюбила его. И либо сидела в нашей комнате с Люцием, или в глубине темного царства, около Источника силы. Дракончик рядом со мной, мурлыкая словно кот, позволял себя гладить. Я этому даже радовалась. Ведь не помню, когда он позволял это делать раньше. Странно было, но я обычно на это не обращала внимания. Ну, ведь у каждого бывают дни, когда он не в духе. Ну, вот как я сейчас. И да, я до сих пор продолжаю жить в тени своей вины, воспоминаний о любимом, о нас. Я помню его глаза, полные боли и отчаяния, когда он пал под ударами своего брата Валака. Люциан, сын моего любимого Люцифера правит темным царством. А … я просто помогаю ему.

Источник Тьмы меня всегда радовал, когда я мысленно его просила показать тот или иной эпизод из нашей жизни с Люцием.

Ах, какие мы были. Молодые. Счастливые. Я смотрела на ту себя. Я – та веселая драканица, которая на свадьбе в Париже пела и радовалась. Прижималась к любимому дракану и танцевала. Вот мы с Люцифером проводим время в «Париже». Да и нас источник поженил под песню, которую сочинил для меня сам Люций… Музыку исполнял источник, словно мы на земле. На которой я никогда и не была. Нет, хотя один раз меня каким-то ветром туда занесло. Я и думала, что и тогда любимый дракан организовал мне все там на Земле. Какая красивая иллюзия. Он даже, как оказалось с источником даже больше иллюзионист, чем я.

Сейчас источник показывает мне другой момент, как я лежала с детками.

Рассматривала их и понимала, что эта страсть, этот огонь, он живёт в них. Они мои единственные лучики света – наши – сын Арес и дочка Сиерра. Они плоды нашей короткой любви.

Близнецы, которые родились с разницей в девять минут. Дети! Маленькие драканята! И по их дням рождениям я только и знала, что ещё один год прошел без любимого Люция.

В тот момент, когда я впервые увидела Ареса и Сиерру, сердце моё наполнилось любовью за Люцифера, за то, что он подарил мне таких чудесных детей. А также гордостью за себя, что я смогла выносить и родить их. Но в тоже время, там же образовалась и боль от того, что эти крошечные комочки напоминали мне о том, что мы с их отцом уже никогда не будем вместе. Арес – крошечное, хрупкое существо. Он свернулся калачиком на моей груди. Его кожа была нежно-розовой, а пухлые губки чуть приоткрыты, словно он только что закончил путешествие во сне. Но больше всего меня поразило его лицо, так похоже на отца. Лежащая рядом со мной Сиерра, которая причмокивала мою грудь, была противоположностью брата. Дочка была похожа на меня. Близнецы, но они были такими разными. Но такие одинаковые.

Когда впервые сын открыл глаза, то я увидела тот же огонь, ту же страсть, что и у Люцифера. Я видела в нём черты любимого: решительность в подбородке, силу во взгляде, даже маленькие кулачки, сжатые как будто готовы к битве. Но в то же время, я видела и себя в нём: нежность губ, лукавый блеск в глазах и кроткую улыбку, которая расцветала во сне.

А вот в глазах Сиерры не видно было ничего. Но они напоминали мне источник силы. Тот, около которого я часто стала проводить дальнейшие дни своего существования без любимого Владыки. И тот, кто нас поженил и сделал нам татуировки на спинах. Я об этом узнала позже, когда смотрела как-то в зеркало. Спросила у Люция, он ответил, что это как раз и есть татуировка истинной пары.