Агата Полуночная – Из сказки да в реальность (страница 2)

– Не суть. Предлагаю тебе сто тысяч за ночь со мной, ну а если понравится, мне естественно, можем и продлить контракт. Как на это смотришь?

У Алины помутилось перед глазами. Она растерялась на столько, что схватила папку с документами и ни слова не сказав, выбежала из кабинета, словно ошпаренная.

Спустя три минуты на ее сотовый номер пришло сообщение от неизвестного абонента:

«Предложение действует сутки!»

Григорий тем временем ленивой походкой изящного хищника закрыл за собой дверь, входя в кабинет босса.

– Итак, она сбежала. Видел, видел. Не удивлен. Такта хоть немного проявил?

– Такт- это по твоей части. – ответил Александр. – Сказал, как есть, играть с ней в игры нет желания. У нее сутки.

Затем тема прервалась и потекли рабочие вопросы.

Алина бежала сломя голову и успокоилась только в спасительной комнате родного офиса. Телефон жег карман, напоминая ей о непристойном предложении. И кому он предложил, ей, той, которая специально одевалась в серый мешок, лишь бы не отсвечивать у Северса в офисе. И идишь ты, все равно заметил.

– Тьфу, пропасть. – выругалась она. – Вот козел.

Но, сейчас ей было не до него, она несла папку с исписанными полями, на которых красными чернилами пестрели надписи с восклицательными знаками.

– Москвина, это еще что? – спросил босс.

– Северс посоветовал, по-братски, нанять юриста.

По комнате начальника пронесся мат в адрес советчика.

– Ну, он ведь прав на самом деле. Данные сырые. – отметила Алина, когда поток ругательств иссяк. – И еще, я отказываюсь к нему ездить, он предложил мне тоже самое, что и Иринке, которая до меня возила. Так что, это без меня.

– Реши проблему. Он в этот раз просил тебя лично привезти документы. Кстати, Ирина как-то удержалась у него на три дня и даже перешла работать в одну из его компашек.

– А, тебе не кажется, Вадюсик, что это слишком? Три дня? Серьезно?

– Я не пойму, Алин, тебе что, денег не надо? Ну, подумаешь, ночь с богатеньким «папиком». К тому же, он не урод.

– Он-урод. Как снаружи, так и внутри. Замороженная котлета.

– Одного понять не могу – девки что ли красивые кончились, что он позарился на твой серый кафтан. Фу, сними его, он портит мою карму.

– Твою карму, Вадичек, уже ничего не испортит. Нечего портить. Думаю, что тут дело в чем-то помимо моей «неземной» красоты. И потом, ты же помнишь, про слухи, которые появились с год назад про него. Ирина удивительно удачно проскочила. А тем, другим, не повезло. И еще не факт, что их было три.

– Послушай, доказать не смогли? НЕ смогли. Ну спал он с ними, с кем не бывает. И наверняка не он один. Может это, и не его вина.

– Слушай, а давай Инге позвоним из «Крепости Столицы», может у нее какой компромат есть на этого вершителя судеб?

– Инга тебе точно ничего не даст, ей после статьи про Силевского до сих пор прилетает. И даже если и есть, ты голуба моя, вряд ли станешь тягаться с Северсом. Не по зубам он тебе, детка. Или хочешь стать четвертой жемчужинкой в его смертельной коллекции?

– Типун тебе на говорилку.

– Согласен. Так, что думаешь делать?

– Передам проект Кате, она замужняя, может ее пронесет от его домогательств. Хотя, за сотку тыщ, может и нет.

– Злая ты, Москвина, совсем к товарищам не добрая. Проект бросить не дам, слишком много времени убито на него тобой, да и мысли свои ты еще не до конца уложила на бумагу и чертежи.

– Ладно, подумаю, что можно сделать. И это не я злая, а ты. Кидаешь меня в пекло огненное, раскидываешься жизнями ценных кадров.

– Ой, да не прикидывайся, тоже мне овечка. Я, кстати слышал от одной секретной секретарши, что ты в одном известном офисе, хочешь получить Оскара, за роль забитой, запуганной мыши.

– И она, Вадичек, права. Во мне погибла актриса! Задушили меня циферки меркантильные, а ведь могла бы играть в Большом, ну или в Малом.

– Все, иди, дорогая. Мне еще с красным морем разбираться.

Алина вышла с улыбкой на лице из кабинета босса. После их дружеских перепалок, жизнь становилась гораздо светлее.

Они приехали из одного города, жили на соседних улицах. Уже тогда, Вадик стремился в столицу и у него получилось закрепиться и даже достичь успеха. А затем он подтянул и Алину, которая к тому времени закончила местный институт.

Девушка шла по коридору, мысли витали над очередной серией популярного сериала, которую она с нетерпением ждала. И сегодня ее выпустили в переводе. Добравшись до дома, она скинула свои серые тряпки, оделась в пижаму с розовыми фламинго и забыв обо всем на свете, погрузилась в хитрые перипетии сюжета про отношения между богатыми и бедными, которые хотели вырваться из своего мирка и любить, но тайные враги каждую серию вставляли им палки в колеса.

На утро, она схватив мобильник, увидела еще два сообщения. Одно из них от Вадика, второе опять с неизвестного номера. Открывая второе сообщение, она внутренне сжалась, вдруг от Северса. Однако, с некой долей разочарования, это оказалось сообщение от Ирины. Она писала, что такого шанса от Северса и ему подобных, может никогда больше не случиться в жизни Алины, надо ловить момент и так далее. Удалив все сладкие изречения от бывшей подруги, которая после ночи с Северсом задрала нос выше потолка, Алина помчалась в офис.

По пути к кабинету ее настиг окрик Вадика:

– Алинка, топай по-быстрому ко мне.

Войдя в его кабинет, она приготовилась выслушивать протесты или снова ругань.

– Короче, я просмотрел вчера пометки, все исправил. Дополнил базу и распечатал все заново. С утра звонила Анжела, просила, чтобы документы были сегодня к четырем дня. И так же, они настаивают на твоем присутствии.

– Черт, Вадик, ну это ни в какие ворота. Как девочка по вызову, бежать к ним спотыкаясь на всех парах. Нет, конечно проект мой, и они хороши в оплате расходов, но в конце концом на мне еще и Корякин с проектом, который тоже не прочь обсудить сметы и проекты.

– Алинк, это дело понятное, но придется идти и желательно не опоздать.

Не сказав ни слова, она развернулась и покинула кабинет начальника, матерясь себе под нос.

Глава 4

– Итак, если я правильно понял, то это отказ? – облокотившись на спинку кресла произнес Северс.

– Да. – тихо проговорила Алина.

Она ловила себя на мысли, что в этом кабинете ей не до актерского творчества, ее реально пугает этот тип.

– Причина?

– Не сплю за деньги. – выдавила она.

– Значит сумма маленькая. Окей, удвоим?

– Нет.

– Послушай, тройной цены, так же, как и двойной ты не стоишь. Значит, есть другой аспект, который тебя может склонить. Пожалуй, предложу тебе сто тысяч и место в моей организации. Сумму зарплаты сама назовешь.

Алина задумалась, ей казалось, что это сон. Сюда, в эту компанию Северса, попасть было не возможно. Тут работали только лучшие. И вот сейчас, как бы банально это не звучало, у нее проснулся интерес. Да, это можно назвать как угодно, спасть за деньги или ради места, но такое предлагали не всем и вообще никогда. Борьба происходила внутри нее не шуточная.

В это же время мужчина следил за ее выражением лица. Он почти торжествовал победу. Ее слабым местом оказалась работа у него. Его всегда поражало, что человека можно толкнуть на любое дело, даже то, которое ему не нравиться или не в его принципах, если предложить ему грамотную мотивацию.

– Я согласна. – вдруг услышал он рядом с собой. – Только у меня дома.

Он вопросительно поднял бровь. Мало кто мог диктовать ему свои условия.

– Что бы избежать камер.

– Не понял.

– На моей территории или никак.

– Хорошо. – нехотя согласился он. – В пятницу в девять.

Она кивнула, опасаясь, что произнесет слова отказа, которые так и вертелись у нее на языке. Он ведь не угрожал ее жизни, не шантажировал, не прессовал, лишь предложил осуществить мечту. Стоило ли это место ее жизни и последующих угрызений совести, оставалось загадкой. Но хуже этого всего было только одно – она часто представляла себе, каково это было бы оказаться в его объятьях.

**

Вечер пятницы наступил стремительно. Алина заранее отпросилась у Вадика после обеда, попутно непрозрачно намекнув, что у нее сегодня свидание. Он понял все с первого намека, махнул рукой в знак одобрения.

Убравшись в единственной комнате, она принялась отсчитывать минуты, до обозначенного времени. Нервы ее скрипели, казалось она слышит, как они бьются в истерике. Сердце бьется так, что кажется оно уже где-то снаружи. Она молилась, чтобы он не захотел есть, в холодильнике еда не его уровня, а до зарплаты еще далеко. Сотни мандражных мыслей летали в ее голове.

В который раз поправив плед на кровати, под которым было постелено новое шелковое белье, она не выдержала, ушла в ванну. Налив в нее воды, запустила шарик в солью и погрузилась в негу, заткнув уши наушниками с любимыми мелодиями, попутно поставив будильник на полдевятого.