Агата Лель – В постели с врагом (страница 2)

— А как же крылатая фраза, что у природы нет плохой погоды? — он широко улыбнулся, и я не смогла не отметить, что улыбка у него замечательная. Открытая. А зубы... предел мечтаний. И волосы прекрасные – густые, послушные.

"Идеальный генофонд" — мелькнула глупая мысль, и тут же я разозлилась на саму себя. С некоторых пор все темы у меня сводятся к одному, ещё чуть-чуть – и загремлю в психушку.

— По-моему, вы слишком нервничаете из-за ерунды. У вас что-то стряслось?

— А по-моему, вы лезете куда вас не просят! — оборвала его грубо, даже слегка агрессивно. — Если у вас отличное настроение – я за вас рада. Держите его при себе.

— Нет, у вас определённо приключилось что-то не очень хорошее, — покачал головой он, а потом потянулся к приборной панели, на которой стоял стакан кофе. — Будете? Поможет взбодриться. Я его не пил, клянусь.

— Да оставьте вы меня уже в покое, Бога ради! — нажала на стеклоподъёмник, радуясь возможности отвязаться от разговорчивого попутчика. — Болван.

— Осторожно, я умею читать по губам, — услышала его насмешливую реплику и закатила глаза.

Я прекрасно понимаю, что он не сделал мне ничего плохого, и нужно быть добрее к людям, нужно учиться быть сдержаннее и всякое такое, но... как можно радоваться жизни, когда ты в очередном пролёте?!

Как искренне улыбаться окружающим, когда в душе одни слёзы?!

Двенадцать месяцев в году, всего двенадцать шансов зачать ребёнка, пять из которых уже мимо, ведь на дворе середина мая. Это выматывает, вытягивает все соки. Из месяца в месяц, из года в год.

Три попытки ЭКО, и все три раза отторжение эмбрионов.

Сегодня я твёрдо решила, что пора прекращать тешить себя иллюзиями – я не могу забеременеть, а значит, настало время серьёзно обдумать вариант с суррогатным материнством. Игорь категорически против, поэтому мне предстоит большая работа – уговорить его. А потом готовиться морально и самой.

Спустя несколько минут помятый автомобиль забрал эвакуатор, движение наконец возобновилось, и, обогнав мистера "идеальный генофонд", я поехала сразу в клинику. Даже не подозревая, какой меня там ждал "сюрприз".

Часть 3

***

— Стелла Миллер?

— Да, это я.

— Можете проходить, доктор сейчас подойдёт, — молоденькая медсестра любезно открыла передо мной дверь кабинета, а сама ушла, удерживая под мышкой стопку карточек.

Поправив на плече ручку сумки, я уверенно вошла в просторный кабинет и приземлилась в удобное кресло. Если посчитать, сколько раз за свою жизнь я посетила различных гинекологов – не хватит пальцев на руках и ногах у десяти человек. Конкретно здесь я уже раз в двадцатый, и это только за один год жизни в пригороде!

Несмотря на то, что это далеко не центр, клиника тут превосходит все самые высокие требования и ожидания: новая, современная, с первоклассным дизайном и лучшими специалистами из разных областей медицины, начиная от лаборантов и заканчивая супер-профессиональными нейрохирургами. Поправить здоровье сюда приезжают люди со всей страны, ведь тут не только прекрасное медицинское обслуживание, но и шикарная природа. А воздух... “Генофонд" был прав – свежий, чистый, без примесей выхлопных газов и ядовитого чада из многотысячных труб заводов.

Идеальное место для семей с детьми. Как же я надеялась…

Вздохнув, от нечего делать ещё раз осмотрела кабинет. Тут всё стало немного иначе, чем было при прежнем докторе – миловидной шатенке, которой пришлось временно передать пост другому врачу, так как сама она ушла... в декрет. Ирония. Было бы всё это не так тоскливо, я бы обязательно улыбнулась.

Мой новый врач Задойнов Михаил Олегович, я не видела его прежде, но читала отзывы – женщины были в восторге от его деликатности, строчили километровые оды "золотым рукам". Ну, проверим. Мне уж точно есть с чем сравнить.

— Добрый день, — донёсся из-за спины мужской голос, и я, сразу же заподозрив неладное, обернулась.

— Вы?..

— Представьте себе, — "идеальный генофонд" в голубом костюме врача (который невероятно шёл к его синим глазам), неторопливо закрыл за собой дверь и, миновав кабинет, сел напротив меня на место доктора.

Если и может быть в жизни неловкая ситуация – это она. Я просто готова сгореть со стыда.

Как я его там назвала? Болван? Ох, дьявол.

Часть 4

— Простите, я... — вздохнув, вымучила сконфуженную улыбку, — в общем, извините меня. Ну... за…

— Болвана?

— Вы всё-таки слышали...

— Само собой.

— Простите ещё раз, я была слегка не в духе, — убрала за ухо прядь волос, ощущая, как горит это самое ухо. И от неловкости сложившейся ситуации, и немного от того, что доктор оказался весьма хорош собой. Теперь-то я смогла его как следует рассмотреть: высокий, плечистый, с хорошей кожей и густыми волосами. А его синие глаза... тихий океан не сравнится с ними по насыщенности цвета.

По причине вечно растущей горы комплексов в юные годы я никогда не пользовалась популярностью среди шикарных парней, все мои ухажёры были... симпатичными, но не более того. В обществе красивых парней я неизменно робела, терялась и несла всякую чушь, поэтому, когда Игорь обратил на меня внимание, я была просто на седьмом небе от счастья. Тогда я считала его невероятным красавцем.

Сейчас доктор Задойнов почему-то разбудил во мне ту вечно краснеющую старшеклассницу, ведь он объективно дал бы фору моему однозначно видному мужу.

Подумав о том, что мне придётся сначала рассказать ему о своих деликатных проблемах, а потом раздвинуть ноги – я испытала вторую волну неловкости. Хотя странно: ведь меня осматривали мужчины, и прежде и мне было совершенно всё равно.

А вот сейчас... нет.

— Миллер Стелла Аркадьевна... — удерживая в руках мою закрытую карту, едва не нараспев протянул он. — Какое красивое у вас сочетание имени и фамилии.

— Это фамилия моего мужа, девичья была Рябинина, ничего особенного.

Что? Зачем я ему это рассказала?!

Кажется, что он подумал о том же самом – выдала плохо скрываемая улыбка.

Положив мою карту на стол, так её и не открыв, Михаил Олегович сложил пальцы рук в замок, рассматривая меня, как мне показалось, слишком пристально. Так, что мне почему-то захотелось заёрзать на стуле.

Он молчит, я молчу, и эта пауза кажется вечностью.

— Итак, — произнёс он преувеличенно бодро, — начнём со стандартной процедуры. Нам же надо познакомиться, верно?

— Ну... да, — пожала плечом.

— Расскажите, Стелла Аркадьевна, какие-то хронические заболевания есть?

— В общем-то нет, ничего серьёзного. К счастью.

— Аллергия?

— На коровий белок. Немного... сыпь, — зачем-то опустила взгляд на свои оголённые предплечья, словно пытаясь найти на них доказательства в виде красных точек. — Ну и всё.

— В каком возрасте вы лишились девственности?

Вот оно – время неудобных вопросов.

— В девятнадцать.

— И сколько у вас было половых партнёров?

— Всё, что необходимо, написано там, — кивнула на стол, — в карточке.

— Я хочу услышать это от вас, — произнёс он, чуть наклонив голову вправо.

Мне двадцать шесть, я замужем, но я ненавижу подобные откровения.

— Один, — гордо задрала подбородок, как бы говоря – ну да. И?..

— Один? — переспросил он и, может, мне снова показалось – очень удивился.

— Да. Только мой муж.

Густые брови слегка взмыли вверх.

Перекатывая в пальцах ручку, Михаил Олегович откинулся на спинку кресла и сощурил глаза.

— Сколько раз в неделю у вас половой акт?

— Простите?

— Секс. Как часто вы со своим мужем занимаетесь сексом?