Агата Лав – Жестокие чувства (страница 20)
На этом моя фантазия иссякает.
Но и времени набегает прилично. Я поворачиваю обратно к лифту и отмечаю, что на этот раз охранник входит в одну кабинку со мной.
– Я заберу пакеты, – произносит он глухо и протягивает широченные ладони.
На них набегают черные татуировки, которые выглядывают из-под строгого пиджака.
– Да, спасибо, – я киваю. – Жарко в костюме?
– Есть немного, – не отрицает он и нажимает кнопку на панели. – Но я на работе, а не на отдыхе.
– Поэтому дресс-код обязателен, – заканчиваю за него и оборачиваюсь к единственной стенке, которая не прозрачная, а зеркальная.
В голову ударяет мысль, что я тоже придерживаюсь дресс-кода. Выгляжу так, чтобы понравиться Лебедеву.
– Роман в номере? – спрашиваю охранника.
– Мой босс пока занят, – отвечает он и пропускает меня вперед, когда створки лифта распахиваются. – Вы можете сходить на массаж, который вам предложили.
– Да, конечно, – я киваю, хотя это не входило в мои планы. – Только сперва переоденусь.
Охранник провожает меня и ставит пакеты на стеклянный столик рядом с ванной комнатой.
– Можете сходить за пропуском? – спрашиваю его, вдруг понимая, что не взяла пригласительный пропуск на процедуры, который мне предлагали в отделе купальников. – Я забыла его на стойке.
Парень хмурится, но соглашается. Он отлучается, а я ухожу в ванную, чтобы выбрать другой наряд. Моя нежная кожа уже получила хорошую дозу солнца на завтраке, и хочется немного прикрыться.
Вдруг раздается хлопок двери. Автоматика притягивает ее с излишней силой. Потом доносятся уверенные мужские шаги.
– …у них новые условия, – голос Лебедева напитан злыми интонациями. – Турки не хотят, чтобы в сделку входил Третьяков. Они уверены, что он ведет свою игру и хочет всех кинуть. Меня в том числе. Его нужно проверить.
Лебедев делает паузы. По шорохам становится ясно, что он открывает ящик и что-то ищет в нем.
– На методы плевать, сейчас не до изящества, время слишком дорого стоит, – продолжает он холодным голосом, которым выносят приговор. – Из Третьякова нужно достать правду. И если он вздумал играть со мной, он пожалеет.
Снова пауза.
И новые шорохи.
– Да, – Лебедев соглашается с невидимым собеседником. – Девчонку тоже надо проверить. Не трогать, а только пробить информацию. Я хочу забрать ее, но ее привели люди Третьякова. Я должен быть уверен, что она без фокусов.
Я замираю, стараюсь даже не дышать лишний раз. Лебедев же пересекает огромный люкс в обратном направлении и покидает его. С очередным громким хлопком двери.
Глава 15
Я долго не выхожу из ванной. Стою, прижавшись к холодной мраморной стене, и пытаюсь дышать ровно.
В голове хаос. Слова Лебедева врезались в меня, как пули.
Я сжимаю халат на груди, будто это может защитить от холода, которого на самом деле нет. Я боюсь. Но больше всего пугает то, что какой-то части меня не все равно, что может случиться с Германом. Словно мне мало всего того, что он сделал, и связь между нами остается…
Я выпрямляюсь. Нужно собраться. Лицо в зеркале все еще бледное, но я крашусь машинально, как в забытьи. Ровная линия подводки, легкий оттенок румян… и пустой взгляд. Так выглядит женщина, играющая роль с полустертых страниц.
Я выбираю платье из легкой ткани, оно закрывает плечи и декольте, не провоцирует. А я хочу сейчас быть незаметной, слиться со стенами, чтобы меня хоть на несколько часов оставили в покое. Я открываю дверь и выхожу из номера. В этот момент из лифта выходит охранник. Он держит в руке конверт и, завидев меня, направляется навстречу.
– Вот. – Он протягивает приглашение. – Ваш пропуск на процедуры. Вам уже назначили массаж.
Я киваю, понимая, что на процедуру все-таки придется сходить. Охрана Лебедева явно не собирается терять меня из виду.
– Спасибо, – киваю с наигранной легкой улыбкой.
Я захожу в кабинку лифта и позволяю охраннику проявить инициативу. Он уже знает нужный этаж, кнопку которого нажимает, после чего провожает меня в салон. Я на автомате выслушиваю приветственную речь администратора и ухожу в другую комнату, чтобы переодеться.
Массажный кабинет погружен в полумрак. Пахнет эфирными маслами и дорогой косметикой. Все вокруг нарочно создано для расслабления: музыка, приглушенный свет, мягкий голос девушки, которая приглашает меня лечь на стол лицом вниз.
Я послушно раздеваюсь до белья, укрываюсь полотенцем и ложусь.
Тело как ватное. Сердце продолжает стучать быстро-быстро. Глубокое дыхание – единственное, что держит меня в моменте.
– С вами все в порядке? – спрашивает массажистка, мягко касаясь плеч.
– Да… Просто устала, – выдыхаю я.
Она начинает с шеи. Круговыми движениями, плавно, словно не хочет спугнуть. Но напряжение никуда не уходит. Я сжата изнутри.
Мысли роятся.
Герман…
Если он узнает, что Лебедев собирается его «проверить», он не станет отмалчиваться. Он взорвется. А Лебедев не из тех, кто прощает угрозы. Они стоят друг друга, они схлестнутся не на жизнь, а на смерть.
И что Лебедев имел в виду? Проверить меня? Как? Поставить ловушку? Или уже поставил?
Я вспоминаю ту ночь… когда Герман чуть не выстрелил, очнувшись среди кошмара.
Как я с трудом вернула его в равновесие, как на долю секунду поверила, что он может нажать на курок в сонном бреду и выстрелить в любую точку в комнате. Даже в меня.
Он опасен. Даже когда нежно обнимает.
Как и Роман. Как можно рассказать ему правду? Все как есть. Что я была с Германом. Что я сбежала от него, но он силой вернул меня в свой мир.
Что я запуталась и не знаю, чью сторону выбрать… Черт! Я и правда не знаю.
Или бежать?
Но как?
Мой телефон давно выброшен. Камеры повсюду, а охранник будет следовать за мной, даже если я просто решу выпить кофе.
Массажистка переходит к пояснице.
Мои мышцы чуть поддаются, но это облегчение иллюзорно.
Я в западне.
И что дальше? Мне все-таки придется выбрать сторону?
Меньшее зло?
Я лежу на столе, закрыв глаза, но покоя нет. Руки массажистки скользят по спине, прогревая зажимы, но меня не отпускает.
К черту!
Я ведь знаю ответ.
Я не могу просто лежать и тянуть время, когда от этого зависит слишком многое. Это не игра во флирт, где я могу спрятаться за улыбкой или кокетливым взглядом. Это война. И пусть я всего лишь пешка в ней, у меня нет времени на запасные ходы.
Я выберу Германа.
Просто из-за того, что знаю его по-настоящему. Знаю, как он смотрит, как держит за талию, как касается губами, как теряет самообладание, как ломает. Да, я знаю о нем почти все. Он может быть чудовищем, но он мое чудовище.
А Лебедев может оказаться кем угодно под маской респектабельного бизнесмена. Это как сделать ставку в казино: можно получить освобождение, а можно клетку еще теснее и мрачнее. Он ведь тоже хищник. Уверенный в себе, проницательный, закрытый. Он тоже использует людей как фигуры. И он ведет игру за спиной Германа. Он хочет избавиться от Третьякова, подставить его или вышвырнуть с рынка силой. И если я молчу – значит, я помогаю.