Агата Кристи – Мисс Марпл в Вест-Индии (страница 26)

— Ну, женщины, — фыркнул мистер Рейфил, — вы все одним миром мазаны, только глазами хлопаете! Вы не можете быть аккуратными! Вы никогда ни в чем не уверены. А теперь, — добавил он сердито, — иди свищи! Эвелин, Хиллингдон или эта Лаки? Одна чехарда!

Раздался тихий извиняющийся кашель. Рядом с креслом мистера Рейфила откуда ни возьмись вырос Артур Джексон. Он подошел столь бесшумно, что никто и не заметил.

Глава 18

Без неусыпного духовенства

Этим утром на пляже было немноголюдно. Грег производил, как обычно, много шуму, буйно бултыхаясь в воде. Лаки лежала на песке, подставив солнцу загорелую блестящую спину, и ее золотистые волосы рассыпались по плечам. Хиллингдонов не было. Сеньора де Каспеаро в компании разношерстных джентльменов лежала лицом вверх и с большим удовольствием говорила на своем горловом испанском. Несколько французских и итальянских детишек, смеясь, играли на мелководье. Каноник и мисс Прескотт, сидя в креслах, обозревали происходящее. Каноник надвинул на глаза шляпу и, казалось, задремал. Рядом с мисс Прескотт был как раз подходящий стул, и мисс Марпл направилась прямо к нему и села.

— О, господи, — проговорила она с глубоким вздохом.

— Я знаю… — сказала мисс Прескотт.

— Бедная девочка, — вздохнула мисс Марпл.

— Очень печально, — отозвался каноник. — Наипрескорбнейший случай.

— В какой-то момент, — заговорила мисс Прескотт, — мы с Джереми и в самом деле подумали об отъезде. Но потом мы передумали. Я почувствовала, что это и вправду было бы нехорошо по отношению к Кендалам. В конце концов, это ведь не их вина — такое может случиться где угодно.

— Минуя середину жизни, мы уже на пороге смерти, — торжественно изрек священник.

— Вы знаете, — продолжала мисс Прескотт, — для них очень важно добиться успеха с этим отелем. Они вложили в него весь свой капитал.

— Эта девушка — совершеннейшая прелесть, но в последние дни она не очень хорошо выглядит.

— Очень нервная, — согласилась мисс Прескотт. — Конечно же, в такой семье… — она покачала головой.

— Я искренне полагаю, Джоан, — прервал ее каноник с мягким укором, — что о некоторых вещах…

— Про это все знают. Ее семья живет где-то в наших краях. Двоюродная бабка у нее — очень странная, и один из дядюшек на какой-то станции метро взял и попросту разделся догола. По-моему, это было в «Грин-парке».

— Весьма плачевно, — сказала, качая головой, мисс Марпл, — хотя это и не совсем уж редкая форма безумия. Помню, когда мы работали в помощь армянским беженцам — еще до первой мировой войны, очень респектабельный старый священник огорчил нас точно таким же образом. Пришлось позвонить его жене, она приехала немедля и забрала его домой в кэбе, закутав в одеяло.

— Конечно, близкая родня у Молли вся нормальная, — пояснила мисс Прескотт. — Правда, она никогда не ладила со своей матерью, но в наше время, кажется, только немногим девушкам удается поладить со своими родителями.

— Ах, какая жалость, — мисс Марпл покачала головой. — Вы знаете, ведь Молли — молодая девушка и нуждается в материнских советах.

— Именно так, — с чувством сказала мисс Прескотт. — Вы знаете, ведь Молли увлеклась каким-то мужчиной. Совершенно неподобающим, как я понимаю.

— Это так часто случается, — ответила мисс Марпл.

— Естественно, что семья ее не одобрила. Сама она им не сказала, но они услыхали об этом от кого-то постороннего. Конечно, ее мать стала настаивать, чтобы она привела его в дом и представила как полагается. Насколько я понимаю, она отказалась и заявила, что для него это было бы унизительным. Начались всяческие оскорбления. Молли пытались принудить, чтобы ока показала его семье, а те бы уж разобрались, что к чему. Она потом сама говорила, что будто они лошадь покупали…

— Когда имеешь дело с молодежью, нужно столько деликатности, — прошептала мисс Марпл.

— Что там началось! Ей не позволили с ним встречаться.

— Но в наше время это невозможно, — сказала мисс Марпл. — Девушки теперь ходят на работу и встречаются с кем хотят, запрещай, не запрещай.

— А потом, к великому счастью, — продолжала мисс Прескотт, — она встретила Тима Кендала, и тот, другой, со сцены исчез. Я вам передать не могу, как все легко вздохнули.

— Надеюсь, они откровенно этого не выказали, — заметила мисс Марпл. — Это так часто уводит девушек от подходящего выбора.

— Да, да.

— А если вспомнить себя, — прошептала мисс Марпл, вернувшись на мгновение в прошлое… Молодой человек, с которым она познакомилась, играя в крокет, казалось, был таким милым, таким веселым, почти богемным во взглядах. Ее отец принял его с неожиданным радушием и неоднократно приглашал заходить к ним запросто. Ах, этот молодой человек был таким подобающим, таким подходящим по всем статьям, пока мисс Марпл не поняла, что он глуп.

Каноник, казалось, благополучно посапывал, и мисс Марпл решила бросить пробный шар, переходя к предмету, который больше всего ее сейчас занимал.

— Конечно, вы так много знаете обо всех этих местах, — прошептала она. — Ведь вы уже несколько раз, наверное, здесь, побывали?

— Ну, да, и в прошлом году, и двумя годами раньше. Мы очень полюбили Сент-Оноре. Тут всегда такие приятные люди. Не то что вся показуха, куда съезжаются миллионеры.

— Тогда, я полагаю, вы прекрасно знаете Хиллингдонов и Дайсонов.

— Да, неплохо.

Мисс Марпл кашлянула и слегка понизила голос.

— Майор Полгрейв такое мне рассказывал… — проторила она.

— У него был огромный репертуар всяких рассказов, правда? Конечно, он необычайно много путешествовал. Африка, Индия, даже, по-моему, Китай.

— Да, да, — оживилась мисс Марпл, — но я имею в виду не это. Он мне рассказывал кое-что про одного из этих, о которых я только что упоминала.

— О, — понимающе произнесла мисс Прескотт.

— Да. И теперь меня интересует… — мисс Марпл обвела пляж кроткими глазами и остановила взгляд там, где ничком лежала на солнце Лаки. — Правда, какой восхитительный загар. И волосы. Очень красивые. Почти одного цвета с Молли, вы не находите?

— Только разница в том, что у Молли они свои такие, а у Лаки — из бутылочки!

— Послушай, Джоан, — возразил каноник. — Разве ты не находишь, что говорить вот так — довольно неприлично?

— Почему же, — ехидно сказала мисс Прескотт, — если так оно и есть.

— Мне, например, смотреть на нее очень нравится, — улыбнулся священник.

— Еще бы! Вот почему она и старается! Но уверяю тебя, мой дорогой Джереми, что ни одну женщину это не собьет с толку ни на секунду. Разве нет? — обратилась она за поддержкой к мисс Марпл.

— Конечно, у меня нет такого опыта, как у вас, но я боюсь, что волосы у нее, я бы сказала, определенно не натуральные. Это видно по корням на пятнадцатый или шестнадцатый день… — Они с мисс Прескотт переглянулись и кивнули друг другу в спокойном женском согласии.

Каноник, видимо, снова заснул.

— Майор Полгрейв рассказывал мне что-то совершенно невероятное, — зашептала мисс Марпл, — про… Я не могла себе толком уяснить, потому что бываю глуховата. Он то ли говорил, то ли намекал… — мисс Марпл сделала паузу.

— Я знаю о чем вы говорите. Здесь было столько разговоров об этом в свое время…

— Вы имеете в виду в то время, когда…

— Когда скончалась первая миссис Дайсон. Это было так неожиданно. Фактически все ведь знали, что у нее мнимые болезни, ну… ипохондрия. Поэтому, когда у нее был приступ и она так внезапно умерла, то, конечно, об этом все заговорили.

— А там не было какой-нибудь… ну… неприятности в то время?

— Доктор был в затруднении. Он был совершенно молодой человек и еще не имел большого опыта. Видимо, это оказался один из тех, кого я называю «антибиотики». Знаете, такие, которые не в силах как следует посмотреть пациента и которым совершенно все равно, жив он пока или помер. Они ему просто выписывают какие-нибудь пилюли, и если эти пилюли не действуют, выписывают другие. Да, по-моему, врач был озадачен, однако у нее перед этим, кажется, болел живот. По крайней мере, так утверждал ее муж, и, вроде бы, никаких событий, особых причин сомневаться, что там не все чисто, не было…

— Но сами вы думаете…

— Я всегда стараюсь иметь непредвзятое мнение, но, знаете ли, можно только удивляться, потому что из всего того, что говорили люди…

— Джоан! — священник сел, как солдат, готовый к рукопашной. — Я не хочу, я действительно не хочу, чтобы ты повторяла все эти злобные сплетни. Мы с тобой всегда держались подальше от вещей подобного рода. Не смотри во зло, не слушай во зло, не говори во зло, и, более того, не думай во зло! Вот что должно быть заповедью любого христианина и любой христианки.

Обе женщины замолчали. Им сделали выговор, и они, в силу своего воспитания, уступили мужскому мнению. Но в душе своей чувствуя, что все рушится, они отнюдь не раскаялись и сидели до крайности раздраженные. Мисс Прескотт смотрела на брата с нескрываемой злостью. К счастью для них, на этот раз удача им улыбнулась.

— Отец мой, — раздался пронзительный детский голосок. Это была французская девчушка из тех детей, которые играли на мелководье. Она подошла никем не замеченная и теперь стояла у кресла священника.

— Отец мой, — повторила она высоко и звонко.

— А? Да, моя дорогая? Ну, что случилось, моя малютка?

Девочка объяснила. У детей вышел спор, кому из них следующему плавать на спасательном круге, и кроме того, у них накопились и другие вопросы. Каноник Прескотт чрезвычайно любил детей, особенно маленьких девочек, и всегда с удовольствием становился арбитром в детских спорах. А потому он с готовностью тотчас вскочил и вместе с девочкой отправился к берегу. Мисс Марпл и мисс Прескотт с облегчением вздохнули и повернулись друг к другу.