Агата Кристи – Мисс Марпл в Вест-Индии (страница 2)

Мисс Марпл выронила клубок. Майор нагнулся и поднял.

— Если уж говорить об убийствах, — продолжал он, — то я однажды столкнулся с очень любопытным случаем, правда, не так, чтобы самолично.

Мисс Марпл подбодрила его улыбкой.

— Знаете ли, сколько народу болтает в клубе, и один малый — он был медик — начал рассказывать какой-то случай из своей практики. К нему среди ночи приехал молодой парень. Жена его удавилась, а телефона у них не было. Поэтому парень этот ее снял, сделал там, что смог, и привез на машине прямо к доктору. Еще чуть-чуть, и она бы отдала богу душу. Короче, они ее откачали. Паренек, видать, ее обожал — плакал, как ребенок. Он заметил, что в последнее время она стала чудить — депрессия и все такое. Ну, потом все вроде бы наладилось, как вдруг спустя месяц… Прискорбный случай.

Полгрейв замолчал и для пущей важности покивал головой.

— Ну и что ж из этого, скажете вы, — ничего особенного, просто невротичка? Но примерно через год этот медик общался с другим медиком, и тот рассказал ему про женщину, которая пыталась утопиться, однако муж ее спас, доставил к врачу, они ее выходили, а недельки через три она отравилась газом. Совпадение, а? По-моему, очень сходно. Мой знакомый и говорит: «У меня был почти такой же случай. Звали его Джонс (или еще там как-то), а твоего как зовут?» «Да не помню, — говорит, — вроде, Робинсон». Ну, ребята посмотрели друг на друга и сказали, что все это очень странно. И тут мой приятель вытаскивает фотокарточку и показывает тому, другому. «Вот, — говорит, — этот парень. Я поехал к ним на следующий день выяснить подробности, смотрю, а прямо у входа в дом растет потрясающий гибискус. Я такого, мол, здесь отродясь не видал. Фотоаппарат у меня был с собой, ну я и щелкнул, и именно в этот момент вышел тот самый муж и попал в кадр. Сам он, видно, этого даже не заметил. Я спросил его о гибискусе, а он и названия толком не знал». Второй медик поглядел на снимок и сказал: «Тут фокус немного размыт, но я могу поклясться — во всяком случае, я почти уверен — это тот же самый человек». Не знаю, чем бы кончилось, если б они за него взялись, но, думаю, навряд ли у них что-нибудь вышло. Видно, этот Джонс или Робинсон или как его там — здорово спрятал концы в воду. Однако странная история. В жизни не подумаешь, что такое бывает.

— Ну, что вы, — безмятежно сказала мисс Марпл. — Каждый божий день.

— Не скажите. Это все равно необычно.

— Если кто-нибудь начал действовать подобным образом, то уже не остановится — он будет продолжать.

— Новобрачные в ванной[1], что ли?

— Примерно, да.

— Доктор отдал мне этот снимок…

Майор начал рыться в своем битком набитом бумажнике, тихонько приговаривая себе под нос:

— Здесь всего такая куча — и не знаю, зачем я все это таскаю с собой…

Мисс Марпл подумала, что она-то знает. Это был реквизит, используемый в репертуаре майора. То, что рассказывал обычно майор, как она подозревала, не отличалось большой оригинальностью, и тоскливые многозначительные повторы требовали некой законченности.

Майор поерзал и забормотал:

— Совсем позабыл про это дело. Красавица была — в жизни не заподозришь — и где теперь… А! Это возвращает меня в прошлое. Что за бивни! Я просто должен вам показать…

Он вынул маленькую фотографию и вгляделся в нее.

Он протянул ей карточку и вдруг застыл. Как никогда похожий на раскормленную лягушку, майор Полгрейв уставился куда-то поверх правого плеча мисс Марпл. Оттуда донеслись голоса и звук приближающихся шагов.

— А, черт меня возьми, так я имею в виду… — Он запихнул все обратно и засунул бумажник в карман. Лицо его побагровело, и он воскликнул неестественно громко: — Как я говорил, мне бы очень хотелось показать вам эти бивни. Какого громадного слона я тогда подстрелил. А, привет! — и в голосе майора прозвучала притворно сердечная нота. — Вы посмотрите, кто здесь! Наш великий квартет — Флора и Фауна. Ну что, повезло вам сегодня, а?

Шаги принадлежали четырем курортникам, которых мисс Марпл знала в лицо. Это были две супружеские пары, и хотя она не была с ними знакома, она вспомнила, что крупного мужчину с густым ежиком седых волос зовут Грегом, золотистую блондинку — его жену — Лаки, и что двое других — темноволосый худой мужчина и красивая, по всему видать, закаленная в житейских передрягах женщина — это Эдвард и Эвелин. Как она поняла, они были ботаниками, а заодно изучали птиц.

— Нет счастья в жизни, — сказал Грег. — По крайней мере, в нашей жалкой доле.

— Вы не знакомы с мисс Марпл? Полковник и миссис Хиллингдон, а это Грег и Лаки Дайсон.

Они весело с ней раскланялись, и Лаки во всеуслышание заявила, что умрет, если немедленно не выпьет. Грег окликнул Тима Кендала, который сидел неподалеку вместе с Молли, склонившись над конторскими книгами:

— Эй, Тим, дайте-ка нам выпить, — и, обращаясь к остальным, спросил: — «Плантаторского пуншу»?

Те согласились.

— А вам то же самое, мисс Марпл?

Она поблагодарила, но сказала, что предпочла бы свежего лимонного соку.

— Значит, лимонный сок, — сказал Тим Кендал, — и пять пуншей.

— А вы не хотите с нами, Тим?

— Я бы с удовольствием, но мне нужно разобраться со счетами. Я не могу все сваливать на Молли. Кстати, сегодня вечером будет джаз-банд.

— Здорово! — завопила Лаки. — Тьфу ты, черт! — Она поморщилась.— Я вся в колючках. Ой-ой! Эдвард нарочно затащил меня в этот чертов кустарник.

— С прелестными розовыми цветочками, — ответил Эдвард.

— И с упоительными здоровенными шипами. Да ты ведь у нас садист, а, Эдвард?

— Не то, что я, — сказал, ухмыляясь, Грег. — Я просто полон благостного млека[2].

Эвелин Хиллингдон подсела к мисс Марпл и непринужденно с ней заговорила.

Мисс Марпл сложила на колени вязанье. Из-за ревматизма шеи она очень осторожно и с трудом повернула голову направо. Неподалеку находилось большое бунгало мистера Рейфила, но там не было никаких признаков жизни.

Тогда она, реагируя соответственно на реплики Эвелин (и в самом деле, как они все милы с ней!), стала внимательно наблюдать за лицами обоих мужчин. Эдвард Хиллингдон ей понравился. Спокойный, но сколько в нем очарования! И Грег — большой и шумный — жизнь так и бурлит в нем. Они с Лаки, наверное, канадцы или американцы, — подумала мисс Марпл.

Она посмотрела на майора Полгрейва, чья простота оказалась хуже воровства.

Интересно…

Глава 2

Мисс Марпл сопоставляет

Это был один из самых веселых вечеров в «Золотой пальме».

Сидя за своим угловым столиком, мисс Марпл с интересом поглядывала вокруг. Ресторанный зал, открытый с трех сторон, был напоен ароматами Вест-Индии. На столиках неярко светились разноцветные фонарики. Женщины были в вечерних платьях — светлые набивные ситцы, из которых выступали бронзовые плечи и руки. Жена племянника Джоан самым любезным образом убедила мисс Марпл принять от нее «небольшой чек». «Там будет жарко, тетя Джейн, а я не уверена, есть ли у вас что-нибудь летнее».

Мисс Марпл поблагодарила и приняла чек. Она вступила уже в тот возраст, когда поддержка должна быть обоюдной: для стариков естественно помогать молодым, но пора и среднему поколению позаботиться о старых людях. Правда, она никак не смогла заставить себя купить что-нибудь по-настоящему легкое. Возраст сказывался, и она редко страдала от духоты даже в жаркую погоду, а климат в Сент-Оноре не был, что называется, тропическим. И к вечеру она в лучших традициях английской провинции надела платье из серого кружева.

Здесь находились представители всех возрастов. Престарелые магнаты с молодыми женами, веселое семейство из Каракаса вместе с детьми, пожилые пары с севера Англии. Громко болтали по-португальски и по-испански выходцы из разных концов Южной Америки. Даже была семья из Китая. А прочный английский фон создавали двое священников, врач и судья в отставке. Ресторан обслуживали в основном женщины — высокие темнокожие девушки с величавой осанкой в белых крахмальных передниках, но метрдотель был итальянец, а официант по винам — француз. Предупредительный Тим Кендал, за всем внимательно наблюдая, останавливался то тут, то там перемолвиться словечком с гостями. Молли умело ему вторила. Она была очень хороша — натуральная золотистая блондинка с легко смеющимся щедрым ртом, почти никогда не унывающая. Ее штат работал на нее с восторгом, и сама она тонко подстраивалась под каждого гостя: со стариками смеялась и кокетничала, а женщинам расхваливала их наряды:

— О, миссис Дайсон, сегодня у вас потрясающее платье! Я просто лопаюсь от зависти.

При этом сама Молли была превосходно одета (или так казалось мисс Марпл). Ей очень шло узкое и длинное белое платье с накинутой на плечи бледно-зеленой расшитой шалью. Лаки, указав пальцем, заявила, что хочет такую же.

— Вы можете приобрести ее в здешнем магазине, — ответила Молли и прошла дальше, не задерживаясь у столика мисс Марпл. Старых дам она поручала мужу: «Мужчина старушкам гораздо приятнее», — говорила она обычно.

Подошел Тим Кендал и склонился к мисс Марпл:

— Не хотите ли чего-нибудь особого? Только намекните, и все будет сделано. У нас ведь подают совсем не то, к чему вы привыкли дома, — тут все полутропическое.

Мисс Марпл, улыбаясь, ответила, что в этом и есть прелесть путешествий.