Агата Чернышова – Я тебе не враг (страница 13)

И всё же, когда я представляла лицо Ледовского, хватившегося пропаж, улыбалась во весь рот и глупо хихикала. Было бы здорово нанести ему такой тройной удар, заслужил, но если я сбегу, то уже счёт будет два ноль в мою пользу.

Перед выходом я взглянула на себя в зеркало и заметила, что у меня выражения лица полубезумной маньячки, чудом ускользнувшей от полиции после первого громкого дела. И понимающей, что теперь-то она способна на большее.

План был такой: выйдем за ворота, и я побегу, вроде бы рядом с Самсоном, а потом брошу ему косточку, собака мне доверяет, и сама ринусь в противоположную сторону. Заплутать не страшно, боязно, что нагонят и вернут.

Почему-то я была уверена в благоприятном исходе авантюры, но внезапно Виктор, когда нас выпустили за ворота дома, произнёс:

— Слушайте, но не оборачивайтесь и не тормозите. До Желудка доберётесь сами, тут я вам не помощник. А там возьмёте такси и скажите адрес: улица Дзержинского 22, квартира 5. Она пустая, но пересидеть можно. Там есть стационарный телефон. Дальше сами. Возьмите деньги, их немного, но на первое время хватит. Дольше, чем два дня в квартире не сидите.

Он говорил спокойным тоном, то и дело наклоняясь к собаке, рвавшейся вперёд, поправить поводок. В какой-то момент я сделала то же самое и зажала в руке банкноты. Много ли это или мало, разберусь позже. Главное — Вселенная меня услышала и послала помощь.

Мы шли пешком уже полчаса, углубляясь в лес, пока Виктор не показал на еле приметную тропинку.

— Прямо около километра, потом резко направо, там указатель будет. К трассе выйдете, но попутки не ловите, попадётесь. Дойдёте до Желудка, это небольшой посёлок городского типа, там отдохнёте. Удачи вам, барышня!

— Почему вы решили мне помочь? — спросила я то, что мучило меня всю дорогу.

Я всё ждала, что вот-вот меня схватят люди Ледовского и потащат назад, но и этого не произошло. Вокруг было тихо. Леса и сумерек я не боялась, страшное осталось позади.

— Не спрашивайте, это не помощь совсем. Так, ложная надежда. Лучше бы вам передумать и вернуться, барышня. Ну а там, решайте сами.

— Вам попадёт? Он вас не убьёт?

— Ну, форы я вам много не дам. Покричу в лесу и побегу обратно, охрану поднимать. Всё, решайтесь. Или вперёд, или возвращаемся.

Я уже побежала на свободу, махнув Виктору рукой. Меня переполняли чувства, которые я и описать не могла. Какое-то ощущение огонька в груди. По мере бега он разгорался всё ярче, и вскоре мне сделалось так легко, что, казалось, ещё немного, — и воспарю.

Остановилась только когда совсем выбилась из сил. Настало время оглядеться и действовать по обстоятельствам. Это я умела, я теперь была способна на многое.

Потому что оказалась свободной.

6.1

Я шла, пока совсем не выбилась из сил, и перед глазами не пошли радужные круги.

И всё же мне было легко и весело. Я задыхалась от быстрой ходьбы, иногда останавливалась передохнуть и прислушаться, не бегут ли собаки по следу. Чувствовала себя так, словно стала героиней какого-нибудь шпионского фильма, и от этой нереальности происходящего чувство опасности притуплялось, сходило на нет.

Верилось, что я смогу выпутаться из этой ситуации, что ноги сами приведут, как в сказке о волшебном клубке, указывающем герою путь, к цели. И всё сложится. Обязательно. Не зря же я сбежала! Смогла!

Я сильная. И Хитрая.

Правда, воды и еды не было, тем скорее мне хотелось выйти на трассу. Вот уже и ориентиры, про которые говорил Виктор, я всё запомнила и наконец увидела автомобильное шоссе. Первым порывом было выбежать перед машинами и замахать руками, чтобы остановились.

Не хотелось даже думать, что могу попасть в ловушку. Ну разве случайно проезжающие люди могут быть связаны с домом в лесу и его хозяином? Меня обогреют, дадут поесть и отвезут в полицию.

А дальше… с вероятностью в девяносто процентов вместо российского посольства я попаду в дом Ледовского.

Эта мысль остудила голову, и в душу снова закрался страх. Нельзя мне обратно, лучше… не скажу, что смерть, но много что лучше. Голод, скитания по вокзалам и прочее. Что-то подсказывало, что если вернусь, то условия мои резко ухудшатся.

О свободе, понятно, речь не пойдёт. А если Якову отдадут? Как игрушку? Или даже не ему, а кому похуже?

Слышала я в «Дорожном патруле» и прочих передачах и пострашнее истории, когда девушку насиловали до тех пор, пока в сознании была. И после тоже.

Тут уж и смерти в когтях и клыках дикого зверя рад будешь.

В общем, до самой ночи я хоть и шла параллельно с шоссе, но пряталась за деревьями. Когда солнце село и стало прохладней, решила забраться на дерево и переночевать.

В реальности у меня это не получилось. Городская девушка до мозга костей только в кровь руки разодрала и в конце концов решила заночевать, прислонившись к стволу огромного ясеня.

Сначала думала, буду спать урывками, к тому же вскоре замёрзла и стала дрожать, глаза сами закрылись, а когда проснулась, солнце было уже высоко. Пора было двигать дальше.

Вероятно, из-за накопившейся усталости или схлынувшей эйфории, уступившей место тупому безразличию, идти было тяжелее, чем вчера. И всё же после полудня я добралась по Желудка.

Посёлок оказался небольшим. Я шла, обхватив себя руками, и постоянно дрожала от холода. Он проникал в самое сердце, хотелось лечь куда-нибудь, хоть на лавочку, закрыть глаза и спать. Тело ломило от усталости, я чувствовала те мышцы, о существовании которых в своём теле и не догадывалась.

Осторожность, опасения погони как-то отошли на второй план. Не было ничего, кроме тумана в голове, где шевелились тяжёлые, неповоротливые мысли, совсем не трогавшие за живое. Поймают? Пусть.

Наконец, я взяла такси. Почти не выбирала, подошла к какому-то бомбиле и назвала адрес.

— С вами всё в порядке, девушка? — спросил он как-то недоброжелательно.

Надо было отойти и взять другую машину, но усталость и дрожь в теле не позволяли упустить шанс скорее добраться до квартиры.

— Да, немного замёрзла.

Он посмотрел на меня внимательно, но в пассажиры взял. Я ехала, бессмысленно смотря в окно, и думая о том, что так и не купила бутылку воды. Безумно хотелось пить, во рту была словно выжженная пустыня, даже губы потрескались.

Ничего, до места доберусь и напьюсь до краёв. Виктор говорил, что квартира пуста, сейчас это совсем не казалось проблемой. Я была готова лечь и на пол, только бы закрыть глаза и забыться. И перестать дрожать.

Согреться. Сейчас бы выпить тёплого чая с лимоном.

— Девушка, мы приехали! — донёсся издалека грубый голос водилы.

Я разлепила веки и сунула ему денег. Похоже, больше, чем требовалось, потому что он даже соизволил открыть передо мною дверь и помог выйти.

— У вас багажа, сумки нет?

Некстати я вспомнила о золотой статуэтке, привязанной к ноге, и помотала головой. Утром она была на месте, а сейчас я даже ног не чувствовала.

— Помочь вам дойти до дома? Давайте ключ.

— Спасибо, я сама, — твёрдости в моём голосе хватило, чтобы водитель поджал губы и уехал, хлопнув дверью.

А я села на скамейку и посмотрела на солнце. Так и хотелось остаться здесь до скончания веков.

Дворик был ухоженным, почти пустым. Никто не лез с разговорами, и всё же сидеть и дальше я посчитала опасным.

Заставила себя подняться на этаж, долго вставляла ключ в замок обычной двери, которую можно сплеча открыть, и когда наконец попала в замочную скважину, пот со лба лил градом. Наверное, так ощущают себя наркоманы во время ломки, хотя кто их знает!

Что со мной происходило, я понимала смутно. Заболела, должно быть. Но ничего, отлежусь, выйду в аптеку и куплю парацетамола, станет легче.

Толкнув дверь, я нащупала выключатель и щёлкнула им со всей силой, а чувствовала себя так, словно камень на гору закатила.

Свет залил прихожую, и я оказалась нос к носу с Ледовским.

— Мне холодно, — прошептала я и рухнула ему на руки.

Последняя мысль, которая пришла мне в голову перед тем, как отключиться, была: «Хорошо, что теперь не придётся самой идти за парацетамолом».

Глава 7

Ледовский

— Всё будет в порядке. Поправится, — сказал толстый доктор в очках и принялся писать назначения.

Я всегда недолюбливал их: сытых, холёных эскулапов, знающих то, что было мне недоступно. Эту область жизни я контролировать не мог, и одно это вызывало глухое раздражение.

Словно кто-то стоял за спиной и отдавал невидимые приказы, и как не поворачивайся, лица не разглядеть.

За себя я в таких случаях не боялся, справлюсь, но теперь от меня, похоже, мало что зависело. И в этом была моя вина.

Не предусмотрел, думал, она сдастся и заблудится в лесу, а потом ей на помощь придут мои люди. И вернут незадачливую беглянку. Ко мне вернут.

— Это должно помочь.

— Мне нужно то, что поможет наверняка, — отрезал я и не повернулся в сторону говорившего.

Он что-то замямлил, я махнул рукой, чтобы он исчез.