Агата Чернышова – Только (не)любовь (страница 11)

Он говорил разумные вещи, я не могла этого не признать. Спорить глупо и самонадеянно, и всё же мне казалось, что всё это подстроено с какой-то чудовищной целью.

Внезапное наследство, новые родственники, при общении с которыми в моей жизни происходили незапланированные перемены.

Наверное, это неправильно, но события последних двух дней вывели меня из равновесия. Жизнь поменялась, и я должна это принять и перестать смотреть на каждого из них с подозрением. Наверное, это удастся только со временем, когда я окончательно удостоверюсь, что они не мошенники.

– И, кстати, о работе, – проронил Ярослав, когда мы уже встали и собирались  выйти из кабинета, чтобы присоединиться к Вике. – Когда ты займёшься делами фирмы?

Этот вопрос застал меня врасплох. Я и строительная фирма так же не сочетаемы, как велосипед и морское дно.

– И как ты себе это представляешь? – спросила я, не желая больше споить, но, похоже, именно этим мы сейчас и займёмся.

Ярослав пытался показать мне, что в строительной фирме мне делать нечего. Да я и сама понимала, что от меня будет больше вреда, чем пользы.

– Ты же не хочешь продавать свою долю? Или решила, что только прибыль делить будешь, а участвовать в работе не обязательно? – Ярослав перегородил мне путь к двери и стоял ко мне так близко, что я уловила горьковатый запах его парфюма. –  Сейчас положение у нас не очень, я могу отказаться от секретарши. На первых порах ты могла бы выполнять её функции. Или продать мне долю и заниматься своей жизнью. Решай быстрее и утром скажешь, что надумала.

Договорив, он с видом хозяина положения развернулся и толкнул дверь. Она распахнулась, чудом не стукнув ручкой по стене. Ярослав вышел и, не оглядываясь, отправился обратно в гостиную.

Я стояла и смотрела на его широкую спину, в душе проклиная тот миг, когда отец, не вспоминавший обо мне много лет, решил облагодетельствовать наследством.

Наверное, он хотел, как лучше, а вышло через… одно место. Возможно, спустя годы я буду думать, что всё к лучшему, но сейчас я чувствовала только усталость и головную боль.

И ярость от одной мысли о том, что могу работать бок о бок с таким неприятным типом, как пасынок отца.

Глава 7. Утренний кофе и ревность

Вика сначала даже обрадовалась, что мы останемся ночевать и вызвалась приготовить ужин.

– Где же взять продукты? – резонно возразила я, подняв бровь.

Я всегда так делала, когда задавала очевидный вопрос.

Тут Ярослав так пристально посмотрел на меня и нахмурился, что весь аппетит, уже порядком разгулявшийся, разом пропал.

– Часть есть в холодильнике на кухне, и кое-что я взяла с собой, – прощебетала Вика и улыбнулась. – Привыкла, знаешь ли, брать сюда еду на всякий случай. Магазинчик, конечно, здесь на три улицы выше, но Яр любит, когда я готовлю сама. Из того, что взяла из дома.

Ох, какие мы хозяйственные! Вика говорила так слащаво, скромно потупив глаза и застенчиво улыбаясь, что  это наводило на мысль о неискренности.

Нет, с виду всё было вполне естественно. Девушка из тех, кто задвигает свои желания подальше в угоду комфорту мужчины. Такие действительно существуют, правда, потом они приходят ко мне и плачутся, что муж и дети стали воспринимать их как бесплатную прислугу, но ведь это потом, через много лет.

А Снежная королева была иной, я видела это по ледяному блеску светло-голубых глаз. Не зря же я дала ей это прозвище.

По манере разговаривать, по её осторожным вопросам, стремлению быть везде, где находится объект её желания, и в то же время делать вид, будто всё получается само собой, она была именно с претензией на поклонение.

Только такие Вики обычно ничего не требуют, мужчины, руководствуясь чувством вины перед их липовой жертвенностью, сами кладут к ногам «королев» все дары.

Почему же я зову подобных Вике королевами? Потому что они имеют цель и знаю, как к ней дойти.  И ничего не делают просто так.

Вот и сейчас на моё предложение помочь, девушка улыбнулась и, скромно поблагодарив, отказалась.

– Отдыхайте. Я всё сделаю сама, – ответила она, не упуская из виду Ярослава, сидящего в кресле и что-то печатающего в телефоне. – Мне несложно. Пусть мы с Яром так и не попали в кино, зато поужинаем при свечах. У меня они припрятаны здесь в кухонном шкафу.

И девушка, мурлыкая себе под нос песню, удалилась.

Намёк был понят: я лишняя. Не только на сегодняшний вечер, но и в этом доме, который невеста Ярослава обустроила и обжила, даже не будучи официальной женой.

– Пожалуй, пойду наверх, ужинайте без меня, – произнесла я в сторону мажора, но тот, оторвавшись от телефона, сказал коротко и властно:

– Нет.

Не ожидавшая подобного ответа, я застыла на полпути к лестнице, ведущей на второй этаж. Как я уже изучила по плану, там находились три спальни и бильярдная.

– И почему это я не могу отказаться от ужина? – спросила я повернувшись.

Мажор уже убрал телефон и сейчас смотрел на меня, скрестив руки на груди:

– Потому что ты теперь здесь хозяйка, а не Вика. Она привыкнет к мысли, что больше не будет сюда приезжать. Но если ты сейчас уйдёшь, ужинать не будет никто.

– Что за глупости? – нахмурилась я, не понимая, куда это Ярослав клонит. – Почему вы с ней должны оставаться голодными из-за того, что я не хочу ужинать? Может, я вообще не ужинаю дома?

Это было неправдой. Есть я любила в любое время суток, но сидеть в компании двух влюблённых, собиравшихся до этого  провести вечер без меня, грозило потерей аппетита.

Да и пробовать стряпню Вики не было никакого желания, равно как и мило улыбаться им обоим.

– Значит, не будет ужинать никто, – подытожил Ярослав и направился было в кухню, чтобы остановить кулинарные порывы невесты.

– Нет, стой! Я согласна поужинать,  – крикнула я и мысленно махнула рукой, испытывая лёгкое чувство вины.

Глупое мужское упрямство: то он видеть меня не хочет, то настроен на совместную трапезу! Что за игру затеял мажор, и какую роль в ней отвёл мне? Третьего лишнего, наблюдателя?

– Вот и хорошо, – Ярослав развернулся и посмотрел так, будто я только что согласилась превратиться в мыльный пузырь и лопнуть на глазах изумлённых зрителей.

К счастью, Вика не тянула долго с приготовлениями, и уже через полчаса мы ужинали глазированным артишоком и свино-говяжьими котлетами на пару.

Готовила невеста моего сводного брата вполне вкусно, я только сейчас поняла, что голодна и налегала на еду, стараясь не участвовать в общем разговоре.

Вика несколько раз за вечер выразила сожаление, что они с женихом не попали в кинотеатр, как планировали ранее, но зато познакомились со мной.

Очень сомневаюсь, что невесте пасынка отца это доставило удовольствие, но утверждала она именно это.

– Мне нравится знакомиться с новыми людьми, это как заглядывать за кулисы театра. Каждый рано или поздно желает этого, – произнесла она с неизменной улыбкой, и мне снова захотелось сказать ей что-то неприятное, но зато искреннее.

– Вы, должно быть, знаете, я работаю помощником костюмера в Малом театре, – продолжала щебетать Вика, обращаясь исключительно ко мне, но время от времени нежно поглядывая в сторону жениха. – Это очень интересная работа. Когда-нибудь я проведу вас за кулисы и сделаю экскурсию. Если, конечно, вам это интересно…

Наверное, Вика хотела меня доконать и нарваться на грубость, чтобы оттенить этим самым собственную вежливость и общительность. Или просто была жуткой липучкой.

– Очень интересно, спасибо, – ответила я с лёгкой улыбкой, стараясь казаться искренней.

Участвовать в игре, что затеяла невеста Ярослава, я не собиралась, но и грубить не хотела.

Моё дело принять наследство и уйти в тень, жить своей жизнью и не общаться с так называемыми новыми родственниками. Симпатии друг к другу мы не питаем, так зачем продолжать знакомство?

– Вик, помолчи, пожалуйста, – весь ужин Ярослав ел без единого звука и только сейчас мягко сказал своё слово, с которым, кстати, я была полностью согласна.  – Мы все устали. Спокойной ночи! Не забудьте, завтра поднимаемся в пять.

И, довольно тепло поблагодарив невесту за ужин, мужчина кивнул мне и вышел из столовой.

Повисла довольно напряжённая пауза. Вика как-то разом вдруг скисла и уткнулась в тарелку.

Мне даже стало её немного жаль, сейчас она напоминала не королеву, а восточную  служанку, преображающуюся только под взглядом повелителя.

– Давай помогу убрать со стола, – предложила я, и невеста Ярослава, оторвав взгляд от тарелки, посмотрела на меня долгим взглядом, а потом размеренно ответила:

– Нет, спасибо. Я сама. Яр прав, завтра рано вставать, иди отдыхай.

Вика произнесла всё это, не глядя на меня, будто была расстроена и не хотела этого показывать.

Похоже, она была из тех женщин, которые предпочитают при самых тяжёлых ситуациях создавать иллюзию благополучности и прочности отношений.

Я пожала плечами и тоже встала, для порядка всё же собрав тарелки, и отнесла их на кухню, примыкавшую к столовой.

Вика шла за мной по пятам и чуть ли не силой вырвала из рук грязную посуду. А потом, повернувшись к раковине и, даже не надев передник, резко включила кран и схватила сухую губку для мытья посуды.

Пожелав спокойной ночи, я оставила невесту Ярослава в покое. Пусть сами разбираются, что у них там не заладилось! А для меня самое лучшее отправиться наверх и лечь спать.