Aelah – ДИКАЯ ОХОТА. ПОЛОТНО ДОРОГ (страница 52)

— Раньше, наверное, здесь железо затачивали… — она задумчиво остановилась возле огромного круглого бруска, надетого на странного вида деревянную конструкцию. Даэн видела рычаги, крепления для перетяжек, то ли истлевших, то ли лопнувших от времени — и лишь могла догадываться, как работал замысловатый механизм, — И бревна резали, видать.

Даэн с интересом наблюдала, как Меред обходит по кругу громадный станок с заржавевшим зазубренным лезвием, вонзившимся в прогнившее от времени дерево.

— У отца в мастерской был такой — разве что поменьше… Да и поновее, — девушка усмехнулась, почти любовно глядя на механизм, — Отец однажды даже позволил мне рычаг крутить — то-то я радовалась…

— Так что ж ты, порадуйся и сейчас, — язвительно отозвалась Атеа, — Покрути — видишь, в каком он хорошем состоянии, так и ждет тебя!..

Меред бросила на нее странный взгляд — Даэн почудилась в нем невыразимая тоска и немая обида. Атеа глядела на подругу с ухмылкой, но Коршун прекрасно понимала: девчонка хорохорится. Когда ей страшно, она всегда ведет себя вызывающе, не обращая никакого внимания на то, что может задевать чьи-то чувства.

— Перья не топорщи, — хмуро глядя на нее, молвила Даэн, — Слишком уж ты, дорогая, много говоришь не по делу. И не к месту.

Атеа с минуту сверлила ее пронзительным взглядом янтарных глаз, а затем отвернулась. Удовлетворенно кивнув, Даэн подошла к окну, становясь сбоку, чтоб тусклый звездный свет не выхватил ее силуэт. Черный лес был совсем рядом, и отсюда казалось, что он обступает мельницу со всех сторон, давит на нее. Белые пятна черепов, обращенных пустыми глазницами прямо к водяному колесу, пугали ее — но показывать свой страх Даэн не собиралась ни богине, ни девочкам, ни Мертволесью.

Отойдя от окна, Даэн вскинула голову, оглядывая потолок, которого по сути-то и не было. Там зияла огромная дыра, острые обломанные края которой казались лучами неправильной звезды. Сквозь прорехи в потолке струились редкие полосы света, и Коршун видела крохотные клочки неба, лоскутами проглядывающего через прохудившуюся крышу.

Что-то привлекло ее внимание, и Даэн тут же напряглась, становясь цельным ощущением. Дикие поблизости не бродили, но в висках набатом стучало: будет беда. Беда. Беда. В доме было спокойно — никого, кроме них, на старой мельнице не было. Даэн начала искать хоть какую-нибудь зацепку, которая могла так потревожить ее — и нашла.

На балках, когда-то поддерживающих лестницу, слой пыли был точно такой же, как и всюду в доме. Но не везде. На обломанной доске примерно на уровне ее глаз остался длинный смазанный след, избороздивший тонкое пылевое покрывало. Даэн похолодела — кто-то был здесь, и совсем недавно. И вряд ли этот кто-то передвигался на двух ногах, раз след остался так высоко.

Не паникуй. Это могла быть и птица. И доска, случайно упавшая сверху, да что угодно. Опасности рядом нет. Я же чувствую.

Меред тоже смотрела туда. Молодая Птица завертелась на месте, озираясь по сторонам, а потом тихо позвала Даэн:

— Вон еще, — Даэн, проследив за ее движением, уставилась на три борозды на балке пониже, — И вон там, — Меред указала на несколько крупных пятен на уцелевших лестничных ступенях. Атеа, прислушавшись к их разговору, подошла ближе и замерла, глядя на следы.

Да, это явно не птица и не зверь. И не доска. Даэн огляделась. Вдоль стены к выходу тянулась прерывающаяся цепочка следов, будто существо передвигалось рывками, то ли уходя, то ли наоборот, прячась где-то в здании. Птица осторожно приблизилась к следам. Судя по всему, неведомое создание действительно пришло сюда и по остаткам лестницы взобралось наверх. И, возможно, до сих пор там прячется.

Видимо, девочки пришли к тому же выводу. Атеа глядела вверх, и руки ее лежали на Крыльях — Даэн видела, как четко прорисовались костяшки напряженных пальцев. Меред растерянно взглянула на Даэн:

— И что теперь?

— Не знаю, — откликнулась Даэн, на всякий случай проверяя, хорошо ли выходят из ножен лезвия, — Чувствуешь что-нибудь?

— Да нет… И это сбивает с толку, — Меред запустила пальцы в волосы, и лицо ее посуровело, стало еще более жестким — и в то же время Коршун видела ее неуверенность и испуг, загнанный глубоко внутрь, — Мне почему-то страшно, Даэн, безумно страшно… Но опасности я не чувствую. Что-то не так здесь, что-то неправильное… Не нравится мне это место.

— Оно никому не нравится, — Атеа резко развернулась и подошла к подножию лестницы. Осторожно ступив на хрупкую ступеньку, девушка оттолкнулась одной ногой, балансируя на кончиках пальцев и проверяя, выдержит ли древесина ее вес. На миг повернувшись к Даэн, Лебедь криво ухмыльнулась, — Меньше слов и больше дела, госпожа Коршун. Я не намерена бередить себе сердце, пока вы тут решаете, что же делать.

Она принялась взбираться по разломанной лестнице, осторожно перенося свой вес на ногу, чтоб не свалиться вместе с прогнившими досками вниз. Бесова девка! Даэн с рычанием в один миг оказалась рядом и успела схватить Атеа за лодыжку. Девушка шумно вдохнула, чуть было не потеряв равновесие, но быстро взяла себя в руки и выровнялась.

— Бес тебя забери, немедленно спускайся! Не хватало еще, чтоб ты свалилась оттуда, или чтоб тебя там разодрали в клочья!

Лебедь умудрилась вывернуть ногу и тут же поднялась выше, туда, где Даэн не могла достать ее с земли.

— Я никого не чую. И ты тоже. А мне, знаешь ли, нужно удостовериться, что все в порядке — я не хочу, чтоб какая-то дрянь свалилась нам на голову нежданно-негаданно.

С этими словами девушка направилась вверх, прижимаясь к стене — там доски еще были закреплены на балках. Даэн заставила себя поутихнуть и погасила бешенство, начавшее подниматься пламенем в груди. Возможно, в действиях девчонки и был смысл. Атеа добралась до голых балок и осторожно, придерживаясь за стену, ступила на первую. Дерево выдержало, и Лебедь, подобно дикой кошке, продолжила карабкаться вверх. В темноте она больше всего походила на гибкую тень, скользящую следом за движением небесных светил. Даэн следила за ней, и сердце всякий раз екало, когда Атеа чуть кренило в сторону, и она принималась размахивать руками, чтоб восстановить равновесие. Впрочем, получалось у нее неплохо.

Девчонка наконец добралась до прорехи, через которую можно было выбраться на второй этаж. Осторожно пригибаясь, Атеа выхватила левое Крыло и стремительно взобралась наверх, исчезая из поля зрения Птиц.

Секунды потянулись, мучительно долгие и томительные. Меред заметно нервничала, то и дело заламывая пальцы и напряженно глядя туда, где скрылась Атеа. Даэн понимала ее — самой словно в сердце иголку воткнули: мало ли, что скрывалось в темноте. Сверху не доносилось ни звука, а потом вдруг с края досок посыпалась пыль, и вскоре в проеме показалась макушка Атеа. Девушка махнула им рукой, зазывая их к себе. Меред, заметно расслабившаяся, вопросительно взглянула на Даэн:

— Думаешь, стоит?

— Ну, иначе она нас изведет, — ответила Даэн, уже делая шаг к лестнице, как вдруг Атеа резко обернулась и отпрянула, исчезая где-то во тьме, а в следующий миг на месте, где она только что была, мелькнула чья-то тень. — А вот теперь, бес ее забери, точно стоит, — и Даэн буквально полетела наверх, не особо заботясь о том, что доски могут проломиться под ней, и на ходу вынимая Крылья из ножен. Медный молоточек в висках отбивал одно короткое слово. Беда. Беда.

========== Глава 19. Безумный дух ==========

Бес бы тебя забрал, девка! Придушу своими руками проклятущую! А в Гильдии скажу, что померла сама — если ты еще жива.

За считанные секунды Даэн и Меред взлетели на второй этаж, и Коршун только диву давалась, как балки не проломились под ними, и как они умудрились удержаться на узких полосках древесины так легко. Слышалась какая-то возня, шумное дыхание Атеа и тихий свист, с которым металл рассекает воздух. Успеть!

Жалобно скрипнула половица под ногой, когда Даэн буквально переметнулась через острые сколы обломанных досок и выпрямилась в полный рост, становясь в первую стойку. Рядом бесшумной тенью появилась Меред, напряженная и готовая в любой момент вскинуть Крыло, изогнутым длинным пером зажатое в левой руке.

— Атеа!

Девушка стояла к ним спиной, и по линии ее плеч Даэн видела — она держит кого-то на острии Крыла. В один миг Даэн оказалась подле нее — и остановилась, неуверенно глядя на скорчившееся в углу существо, затравленно озирающееся по сторонам и нападать явно не собирающееся.

— Ты в порядке, Лебедь? — Меред не обращала внимания на согбенную фигурку на полу, глядя лишь на Атеа. Та скосила взгляд на Птицу и нервно фыркнула.

— Ну конечно, я в полном порядке, Меред, дорогая! Я прямо-таки в абсолютном порядке. Еще вот сейчас наша умница Даэн разберется, что это за тварь, и мое «в порядке» станет совсем уж неоспоримым!

Даэн проигнорировала ядовитый тон и резкость Лебедя. Не впервой, что уж там. Однажды девчонка выведет ее из себя окончательно, и тогда уже ничего не помешает Коршуну вызвать ее на Арену и хорошенько намять ей бока — или хотя бы оттаскать за золотистую косу. А пока — и впрямь: есть дела поважнее.

Женщина вышла вперед, загораживая собою молодых Птиц. Существо, скрючившееся на полу, испуганно отпрянуло, пригибаясь пониже. Из-под тонких прядей волос, серебрящихся и мягких даже на вид, прямо на Даэн глядели глаза, в которых вспыхивали и гасли изумрудные яркие искры. Никогда Птица не видела таких глаз у диких — этот дух был совершенно другим. Осмысленный взгляд до смерти напуганного создания поражал своей ясностью и глубиной. Дух попятился назад еще сильнее, вжимаясь в стену, и падающий лунный свет сквозь дыры в ветхой крыше высветил тонкие пальцы, укрытые молочным сиянием. Под кожей бежали бледные полосочки переплетающихся сосудов — в полумраке Даэн не могла разобрать их цвет. Видела лишь одно: кровь духа не была черной, как у диких.