Адриана Вайс – Непокорная герцогиня. Поместье в обмен на свободу (страница 7)

— Но это не самое страшное, мадам Легро, — осторожно напоминает о своем присутствии Огюст.

Я перевожу на него взгляд, с трудом сдерживая стон. В груди уже все переворачивается вверх дном, а сердце пропускает удары.

— Давай, — киваю я ему, — Добей меня. Расскажи что в этой ситуации… — я показываю рукой на разрушенные дома, — …может быть еще хуже.

Глава 8

Огюст с жалостью смотрит на меня и, с явной неохотой, говорит:

— Дело в том, что… — он запинается и опускает взгляд в землю.

— Огюст, не томи. Что у тебя за привычка? Лучше скажи сразу как есть.

Он делает решительный вдох и выпаливает все разом:

— Дело в том, что мы лишились по меньшей мере трети крестьян.

— Что?! — чувствую, как меня бросает в нестерпимый жар, — Как это лишились… только не говори, что разбойники их всех…

Видно, что и сам Огюст не рад об этом говорить, но он пересиливает себя.

— Воспользовавшись тем, что не было никого, кто мог бы оказать им сопротивление, разбойники увели часть крестьян с собой, чтобы продать их в рабство.

Мое сердце моментально перестает биться и падает к ногам тяжелым камнем. Даже стоящий рядом Фаваро ошарашенно присвистывает.

Если нападение разбойников уже само по себе казалось мне катастрофой, то сейчас я понимаю, что оказалась в настоящем аду. Не важно сколько у меня будет в запасе времени, но без людей, которые распашут земли, вырубят леса и соберут урожай, восстановить Топи будет попросту невозможно.

— Ты знаешь куда их увели? Может, получится их как-то выкупить? — срываясь на шепот, выдыхаю я.

— К сожалению, мы опоздали, — вздыхает Огюст, разводя руками, — Их уже выкупили.

— Кто? — с надеждой спрашиваю я.

В этот момент мое отчаяние зашкаливает настолько, что я всерьез обрадуюсь, даже если Огюст скажет, что это сделал Адриан.

— Вы же знаете Геральда Аскелата?

— Конечно, — киваю я, — Это правитель соседней страны, Винлании, которая граничит с нашими Топями на востоке.

Как его не знать. Мало того, что Адриан с ним находится, можно сказать, на ножах, так и про Винланию ходят настолько жуткие слухи, что от них в дрожь бросает.

Например, что Геральд еще тот тиран, который совершенно не заботится о своем народе, живущем в полнейшей нищете и голоде, тогда как он сам купается в роскоши. Или что с его согласия в стране процветает темная магия, пытки и казни, с помощью которых народ и держат под контролем.

И, стоит только подумать о том, что наши несчастные подданные, которые были вероломно похищены и проданы в рабство разбойниками, окажутся в лапах такого изверга, как у меня перед глазами все плывет.

Нет! Так нельзя! Мы не можем так просто оставить их!

Мы должны сделать все возможное, чтобы вернуть их. Это мой долг не только как супруги герцога этих земель, но и человека, который не привык отмахиваться от чужих проблем. Не говоря уже о том, что наверняка у похищенных крестьян здесь остались родные, которые хотели бы снова увидеть друг друга.

— Огюст! — изо всей силы стискиваю кулаки, — Попробуй связаться с Аскелатом. Напомни ему, что у него находятся подданные соседнего государства, которых мы хотели бы вернуть обратно. Мы… — я осекаюсь и прикрываю глаза, — …вернее я, готова лично выказать свое почтение и компенсировать ему все деньги, которые он потратил на выкуп. А если этого будет мало, я готова предложить ему особые условия, если он захочет выкупить у нас ресурсы. На сколько я помню, Виллания тратит много денег на поддержания своего флота. А мы могли бы предложить ему первоклассную древесину по хорошей цене.

— Как прикажете, мадам, — склоняется в почтительном поклоне Огюст.

Стоящий рядом Антуан хмыкает. Я перевожу на него невольный взгляд.

— Вам есть что возразить?

— Надеюсь, вы понимаете, что торговый путь проложен в обход Мрачных Топий? — с улыбкой спрашивает меня управляющий, — То есть, караван должен будет сделать немалый крюк, чтобы дерево доехало до Винлании. А это значит, что мы вряд ли получим какую-то прибыль. Хорошо если мы продадим это дерево по себестоимости.

Его слова болью отдаются в моей душе.

Я это знаю. Прекрасно знаю и без него, вот только…

— А что ты предлагаешь? Бросить этих людей, как будто это сломанные вещи? Я не могу так поступить! Если ради того, чтобы они вернулись обратно надо будет отослать пару караванов с деревом за бесценок, я готова. Пусть мы ничего не заработаем с этого, но я хотя бы смогу смотреть в глаза этим людям без зазрения совести. А иначе, какая из меня герцогиня, если при первой же трудности я бросаю тех, кто во мне нуждается, на произвол судьбы.

Антуан долго буравит меня пристальным взглядом, в котором читается не то удивление, не то почтение.

— Ничего такого, — наконец, мотает он головой, — Я всего лишь хотел понять осознаете ли вы риски вашего решения и все.

Пользуясь случаем, в наш разговор снова вклинивается Огюст.

— Мадам, простите великодушно, но у меня вопрос. Я немедленно отошлю Аскелату ваше предложение. Но все равно думаю, что ответ придет не раньше, чем через пару дней. А что мы будем делать оставшееся время?

— Сейчас нужно собрать всех, кто способен держаться на ногах, оценить нанесенный ущерб и попытаться восстановить все, что подлежит восстановлению, — с рвущим душу на части сожалением снова кидаю взгляд на сожженные дома, — Но самое главное, нам надо как-то решить проблему с охраной наших земель. И, по возможности, увеличить количество рабочих рук.

И если с первой задачей все более-менее понятно, то с какой вообще стороны подходить к выполнению второй, я пока теряюсь в догадках.

Словно почувствовал мое смятение, Антуан снова подает голос:

— Если позволите, — подмигивает он мне, — У меня есть предложение, которое решит обе ваши проблемы. Правда, не ручаюсь, что оно вам понравится.

Глава 9

Меня сильно царапает его фривольное подмигивание, но я решаю не заострять на этом внимания. Тем более, что сейчас любые варианты решения наших проблем будут полезны. Даже если их предлагает Антуан.

Поэтому, сухо спрашиваю у него:

— И что бы вы хотели предложить, мсье Фаваро?

Антуан пристально смотрит на меня, словно ожидая какой-то иной реакции. И, не дождавшись, поясняет:

— Смотрите, мадам Легро. Раз уж зашла речь об украденных крестьянах, у меня появилась одна мыслишка. С одной стороны Топи граничат с Хъёргардом, частью которых они раньше и были. С другой — с Винланией, где правит Геральт Аскелат, который выкупил наших крестьян, — то, с каким выражением он говорит “наши крестьяне”, заставляет меня неприятно поморщиться.

Антуан лишний раз напоминает почему я настолько прохладно к нему отношусь. Хоть Адриан и поставил его в качестве управляющего, главная здесь должна быть я. Тогда как Фаваро этот факт старательно игнорирует.

— Но! — тем временем, он поднимает палец вверх, чем снова приковывает мое внимание, — Мы забыли про третью сторону. У Топей есть ещё один сосед.

— Совершенно верно! — вдруг подскакивает Огюст, — Графство Ино!

Антуан наставляет на него длинный палец и одобрительно кивает:

— Точно. Благодарю, мсье Истольно. И это графство особо ничем не славится, кроме…

— Невольничьего рынка в городе Аратога! Крупнейшего рынка среди всех наших земель, — выдыхаю я и протестующе мотаю головой, — Только не говорите мне, что…

— Именно! — торжествующе восклицает Антуан, — Вы абсолютно правы, милейшая мадам Легро! — и снова это превосходство в его голосе, — Именно о нём я и говорю. Считаю, что он может стать решением проблемы Топей.

— Это исключено! — категорически отрезаю я.

Внутри всё переворачивается от одной мысли об этом отвратительном месте и том, что в нем творится. Для меня, обычной девушки, которая сама вышла из бедной семьи, подобное просто неприемлемо.

Я слишком хорошо знаю ценность любой работы, когда к вечеру у тебя гудят руки и ноги, а тело ломит от такой сильной усталости, что единственное на что ты оказываешься способна — это поесть и забыться спасительным сном.

Мои родители умерли когда мне было только тринадцать и о своем даре я даже не подозревала. Так что я сполна вкусила тяжелого труда, который практически ничем, кроме миски каши и места на кровати не оплачивался.

И это даже при том, что я не была невольницей. Я жила у своей тетки, которая с самого первого дня как только приютила меня, сказала: “Из тебя ничего путного не выйдет, уж поверь мне, я знаю что говорю. А раз так, то какой смысл тратить на тебя деньги?”

— Я никогда не опущусь до того, чтобы использовать рабский труд. Вы с ума сошли? Это низко и бесчеловечно!

Огюст одобрительно качает головой и вставляет свое веское замечание:

— Тем более, мсье Фаваро, неужели вы и охранников для нашей защиты тоже собрались набирать из невольников? Да они же тут же сбегут, как только получат в руки оружие. И хорошо если нас в живых при этом оставят.

Антуан усмехается и дергает головой:

— Сразу видно, что вы никогда там не были. В Аратоге встречаются не только рабы. Это место, где можно найти и тех, кто просто хочет хоть как-то заработать и готов по сути на все. Среди них те же самые наемники, оставшиеся по каким-то причинам без группы; крестьяне, лишившиеся наделов; работники, впавшие в немилость у своих старых господ и так далее. В этом случае речь о покупке раба уже не идет. Вы нанимаете человека, обговаривая с ним все заранее.