Адриана Вайс – Непокорная герцогиня. Поместье в обмен на свободу (страница 4)

Впрочем, мне до этого нет никакого дела. Сейчас внутри меня бушует самая настоящая буря. Мне хочется поскорее остаться одной, чтобы меня никто не видел. Но самое главное, чтобы я не видела лица мужа и этой стервы, ее новой жены.

Пробежав через весь замок, я запираюсь в своей комнате и кидаюсь на кровать. В ушах до сих пор стоит одно-единственное слово: “Завтра”.

Зарываюсь лицом в подушку и слезы все-таки прорываются наружу.

— Этого не может быть… этого просто не может быть… все это просто кошмар… — бормочу я, в жалкой попытке убедить себя, что не по-настоящему.

Но, как бы я себя не убеждала, как бы не обманывала, а жгучая обида в груди ярче всего доказывала что это совсем не так. Но именно она и удерживала меня от того, чтобы совсем скатиться в самобичевание.

Нет, я для себя окончательно все решила. Любыми силами я восстановлю Мрачные Топи, чтобы стереть с лица Адриана его мерзкую ухмылку и получить свободу. А после я навсегда уеду отсюда.

Не важно куда, лишь бы подальше от его земель и самого Адриана.

***

Взяв себя в руки, я практически целую ночь готовлюсь к предстоящей поездке. Собираю необходимую одежду, еще раз перечитываю и беру с собой последние отчеты из Мрачных Топей. Подумав, решаю прихватить еще и карты. Они, конечно, очень приблизительные, поскольку детальное составление карты — слишком дорогое удовольствие, а большая часть территорий и так непроходимая.

Набросав первые шаги, которые надо предпринять как только я окажусь в Топях, я, наконец, ложусь спать. Но сон оказывается настолько же беспокойным, настолько и тревожным. Почему-то я несколько раз просыпаюсь, подскакивая на кровати от навязчивого ощущения того, что ко мне в комнату пришел Адриан.

На утро меня будит Франсуа.

— Мадам Диана, — настойчиво стучит он в дверь, — Спускайтесь пожалуйста, все готово.

Кое как я поднимаюсь на кровати и сразу же ощущаю тяжелую давящую боль в затылке. Да и в целом, состояние такое, будто я заболела. Голова кружится, а мысли настолько заторможенные, что я даже не понимаю что имеет в виду Франсуа, говоря “все готово”.

Что именно готово?

Взгляд натыкается на собранные вчера (вернее, уже сегодня) пару набитых до отказа саквояжей. Сразу же наваливается поганое чувство стыда и обиды, которое я в полной мере испытала вчера.

Возможно, Франсуа имел в виду, что мне подготовили карету для отправки? В таком случае, и правда надо поторопиться. Задерживаться в этом месте я больше не желаю.

Переодевшись, спускаюсь вниз, где меня уже ждет Франсуа. Он скользит взглядом по саквояжам, которые у меня в руках и выглядит сбитым с толку. Но потом, как ни в чем не бывало, снова возвращает непроницаемое выражение лица и, почтительно кивнув мне, показывает мне дорогу.

Из-за головной боли я не могу сосредоточиться на дороге. Вдобавок, мысли постоянно возвращаются к вчерашнему договору (Адриан все-таки оформил его в письменном виде и поставил свою печать). В котором, помимо всего прочего, появились сроки — я должна разобраться со всем не больше, чем за два года. Что для таких проблемных земель как Мрачные Топи было весьма мало.

Впрочем, из тех расчетов, которые я сделала вчера, выходило, что этого времени мне должно хватить впритык. Но страшно подумать что будет, если в дело вмешаются какие-нибудь непредвиденные обстоятельства.

— Мадам Диана… мадам… — выдергивает меня из размышлений настойчивый голос Франсуа.

Я вздрагиваю и, кинув взгляд по сторонам, понимаю, что оказались мы вовсе не возле подготовленной кареты, как я думала вначале.

Мы оказались…

Боже мой!

Я нервно сглатываю и чувствую как от увиденного внутри меня все закипает от гнева.

Глава 5

Франсуа подвёл меня не к карете. Мы стоим у входа в беседку, увитую цветочными гирляндами и лентами. Чуть поодаль замерли в почтительном ожидании музыканты, а ещё дальше виднеются уставленные праздничными яствами столы.

Я нервно сглатываю, изо всех сил стискивая кожаные ручки саквояжей.

Беседка полна нарядными людьми. Меня тут же прожигают их полные любопытства взгляды. Во многих сквозит неприкрытая снисходительная насмешка, и я запоздало осознаю, как нелепо выгляжу на их фоне, в простом дорожном платье и с туго набитыми саквояжами в руках.

Но самое ужасное то, что напротив входа, у алтаря, возвышается Адриан в изысканном чёрном костюме, расшитым серебром. Он перехватывает мой взгляд, в отчаянии мечущийся по сторонам, и громко восклицает:

— О, Диана, дорогая! Наконец-то ты пришла! Можно начинать церемонию.

— Франсуа! — в полном шоке шепчу я, — что всё это значит?!

— Мадам, простите! — сокрушённо отзывается дворецкий, — Я всего лишь исполнял приказ мсье Адриана! Он велел привести вас сюда. Вы должны были быть в курсе.

Я обессилено прикрываю глаза. Франсуа можно понять. Не будет же он перечить Адриану. Тем более, что он наверняка даже не подозревает о нашем вчерашнем разговоре.

А вот что делать мне?

Я должна была быть в курсе…

Угу. Еще как в курсе. Вот только, с одной стороны после тяжелой ночи я даже думать об этом забыла (с больной то головой), а с другой я до последнего надеялась, что Адриан передумает издеваться надо мной.

Но, похоже, что ему это доставляет удовольствие.

Какой же он все-таки мерзавец. Да и я хороша — поддалась на его красивые речи и до последнего верила, что нужна ему. Не как источник редкой магии, а как девушка и верная любящая жена.

Вдруг мимо нас проплывает белоснежное облако, окутанное приторным ароматом карамели. У меня и так голова гудит от боли, а от этого аромата она становится еще более острой и пронзительной.

Облако останавливается около меня, и я слышу ненавистный писклявый голосок.

— О, ты тоже сюда явилась! Решила порадоваться за нас с Адрианчиком?

Отвратительно сюсюкающее коверкание имени мужа режет слух, и я поневоле вскидываю голову.

Барбара. Стоит напротив и нагло ухмыляется, растягивая пухлые губы, подведённые кричащей ярко-алой помадой. Сначала мне кажется, что на ней ничего нет, но потом я понимаю, что это просто вырез на её платье такой глубокий, что ещё чуть-чуть, и будет виден пупок. Огромную грудь обтягивают две небольшие вертикальные полоски. Внизу невообразимо пышная юбка, кружева и шёлк, в складках которого мелькают бусины, сверкающие камни и ленты.

Я невольно вспоминаю собственное подвенечное платье. Глухой воротник, длинные рукава, скромная юбка с неброской вышивкой по подолу… я невольно показалась сама себе монашкой по сравнению с Барбарой.

Усилием воли удерживаю непроницаемое выражение лица.

— Красивое платье, Барбара, — невозмутимо говорю я нахальной девице, — Тебе очень идёт. Отражает всю твою натуру.

На её лице мелькает выражение превосходства. Она что, не уловила моего сарказма?

— Я знаю, — щебечет Барбара, кокетливо поправляя причёску, похожую на груду взбитых сливок, истыканных белыми цветами, — Сама рисовала эскиз. Значит, я и правда выгляжу великолепно, раз уж даже такая как ты это заметила.

Это этого пренебрежительного “такая как ты” у меня глаз дергается. Хочется ответить ей все что я на самом деле думаю, но из последних сил сдерживаюсь, стискивая ручки саквояжа. Не хватало еще чтобы меня обвинили в том, что по моей вине сорвалась эта чертова свадьба.

— Диана, Барбара, поднимайтесь ко мне, — машет нам стоящий возле алтаря Адриан.

На его лице беззаботная улыбка, а сам он выглядит невиннее ангела. Даже не верится, что вчера вчера он себя вел как последний негодяй и подлец.

Сцепив зубы, подхожу к нему, но встаю поодаль.

Тем временем, Адриан делает знак и к нам выходит священник храма Иоланды — места, где великая богиня связывает любящие сердца красной нитью судьбы. Вернее, так считается в народе, потому что меня с Адрианом она связала явно какой-то другой нитью.

Может, во время нашей церемонии она вообще была где-то далеко. Иначе как можно объяснить то, что я искренне любила Адриана и была готова ради него на все, но ему на меня было абсолютно плевать. Лишь бы моя магия была на месте…

Гости возбужденно перешептываются, ожидая начала церемонии. Вижу среди них влиятельных баронов и торговцев, с которыми Адриан поддерживает хорошие отношения и которые присутствовали на нашей свадьбе тоже.

— Прежде чем начать, я хотел бы, чтобы вы уделили немного времени Диане, — внезапно поднимает руку Адриан, от чего я вздрагиваю и неприятно морщусь, — Еще одной моей супруге.

И опять Адриан превосходит себя. Слова “еще одна моя супруга” отдаются во мне такой невыносимой болью, что я прикрываю глаза. Мало того, что он назвал свою карамельную куклу супругой до проведения церемонии, так он еще подчеркнул ее более высокое положение по отношению ко мне.

— Диана специально для всех вас… и конечно для тебя, моя дорогая Барбара, подготовила речь.

Адриан с широкой улыбкой поворачивается ко мне, а я просто напросто цепенею.

Речь?!

Он вообще в своем уме?

Обида внутри меня уступает место ярости. Ну, раз он хочет речь, я устрою ему такую речь, о которой он никогда не забудет.

Словно почувствовав что я хочу сделать, с лица Адриана моментально сползает улыбка и он, вонзив в меня ледяной взгляд, одними губами шепчет:

— Помни. Если откажешься, будешь восстанавливать Топи без моих денег.

Стискиваю зубы едва ли не до скрежета и плотно сжимаю губы. Он прекрасно знает, что тех денег, которые есть у меня, явно не достаточно для такой непосильной задачи.