Адриана Вайс – Измена. Я (не) буду твоей истинной (страница 21)

Я переворачиваюсь на спину и с наслаждением смотрю в далекое ночное небо, полное чарующих и манящих звезд. Смотреть на них можно было бесконечно. Только не когда рядом с тобой лежит такая красота.

Я поворачиваю голову, окидываю взглядом Лину, которая тоже любуется звездами. Она кутается в мою куртку, которая слишком велика для такой миниатюрной девушки.

Я закидываю руку за голову Лины. Она бросает на меня игривый взгляд, но кладет голову мне на предплечье.

Поддавшись желанию, я приподнимаюсь на локте и почти вплотную наклоняюсь к ее лицу. Лина нерешительно сглатывает, прикрывает глаза и тянется ко мне своими прекрасными нежными губами.

Я наклоняюсь еще ниже. Уже чувствую ее прекрасный цветочно-фруктовый запах, ощущаю на своей коже ее дыхание.

Но в тот момент, когда наши губы уже должны были со стороны послышался громкий шорох.

Не сговариваясь, мы приподнялись и повернулись на звук.

– Блин! – испуганно шепчет она, – Там ректор! Он, по ходу, к нам! Сейчас ведь все мозги высушит! Еще и выговор какой-нибудь влепит, если не похуже!

Из моей головы тут же исчезают все мысли о долгожданном поцелуе.

В смысле, ректор?! Что он тут забыл? Даже если он просканировал местность и нашел тут двух студентов, с чего он решил прийти сюда? Сейчас как раз окончание церемонии, мы не должны ничем выделяться!

Я осторожно переворачиваюсь на живот и слегка раздвигаю траву перед собой.

Действительно, Виррал Морган обходит здание стадиона. Время от времени он кидает взгляды по сторонам, но не похоже, что он ищет конкретно нас.

Опять же, нам очень везет, что за травой возле стадиона следят спустя рукава. Вымахала она тут будь здоров, поэтому заметить нас в таких зарослях очень непросто.

Рядом шебуршится Лина.

Оговариваюсь! Невозможно заметить, если только кое кто не выдаст себя сам!

– Тихо! – чуть слышно шиплю я, – Кажется, он не за нами!

Тем временем, ректор останавливается возле глухой стены стадиона и еще раз оглядывается.

На мгновение мне кажется, будто он скользит взглядом прямо по нам и я в буквальном смысле забываю как дышать!

Но ничего не заметив, он отворачивается и заносит руку над стеной. Чертит в воздухе несколько символов и завершает все странным, смутно знакомым, движением руки..

“Снятие покрова, снятие охраны, снятие защиты”, – на автомате считываю я эти символы, – “А в конце было… неужели! Кровное проклятье?”

Что за хрень?! Почему вдруг ректор использует запрещенное заклинание из арсенала древней магии?

Я видел его всего один раз, когда мы с куратором просматривали книги в закрытой секции, но я могу поклясться, что это именно оно! Заклинание, которое запретили по гуманным соображениям. Слишком уж оно сильное и опасное.

Но дальше – больше.

Как только ректор заканчивает, в стене, которая выглядит абсолютно монолитной, возникает узкий темный проход. Он просто резко появляется из воздуха, будто по стене рубанули гигантским мечом.

Ректор еще раз оглядывается, стреляет взглядом по округе и заходит внутрь. В тот же момент проход снова исчезает, оставив после себя нетронутую стену. А я…

А я тут же вскакиваю с места.

Лина ошарашенно смотрит на меня.

– Что случилось?

– Еще не знаю. Но тебе лучше подождать меня здесь.

Я кидаюсь к месту, где возник проход и сканирую этот участок стены.

Отлично! Ректор накинул только покров и защиту, остальные заклинания он не применял.

Я моментально активирую обостренное зрение, восприятие и подавление магии – для скрытности. После чего, так осторожно, как только могу, вплетаю свою магию в заклинание ректора, чтобы на мгновение прервать его.

Уф! Такой ювелирной работы от меня даже куратор добиться не мог. Но тут – другое дело. Если напортачу, ректор наверняка поймет, что мы видели его и знаем, что он что-то скрывает.

Меня дико трясет. Я понимаю, что стоит на кону. И, может, в таком случае лучше всего просто выкинуть увиденное из головы и уйти. Но я не могу. Я слишком хочу знать почему ректор игнорирует собственные принципы по запретной магии. И уж тем более, я хочу знать, чего он так тщательно скрывает.

Участок фальшивой стены мигает и становится практически прозрачным.

Отлично!

Я моментально ныряю в проход и оказываюсь в крохотном закутке, от которого тянется вниз узкая каменная лестница. Я хвалю себя за то, что накинул обостренное зрение, но даже с ним у меня не получается рассмотреть насколько далеко тянется лестница.

Прислушавшись и ничего не заметив, я пробираюсь вниз, осторожно держась за шершавую стену рукой и аккуратно ступая на узкие ступени.

Уже через несколько минут пути я жалею о том, что не считал ступени. Лестница оказывается непривычно длинной. Более того, чем ниже я спускаюсь, тем холоднее становится вокруг. Стена, за которую я держусь, в какой-то момент из обычной каменной переходит в земляную.

“Опустились ниже фундамента”, – моментально проносится у меня в голове.

Что же может быть такого под самым обычным стадионом?

Еще через несколько минут ступени заканчиваются. Я выхожу к небольшому проходу, который заворачивает вбок. Здесь до невозможности пахнет сыростью и возникает ощущение, будто на тебя давит вся эта толща земли над головой. Будто в заброшенную пещеру спустился, а не под стадион престижной академии.

Взяв себя в руки, я делаю пару шагов вперед. Затем, распластываюсь по прохладной стене и максимально осторожно высовываю голову, чтобы хотя бы одним глазом посмотреть что находится за углом.

А посмотреть там есть на что.

Сразу за углом находится гигантских размеров круглый зал. По центру стоит странный здоровенный камень с острой вершиной и толстым основанием. От него исходит ровный грязновато-серый свет.

Этот камень похож на обелиск, за тем исключением, что по центру на нем высечены морды каких-то чудовищ. Вытянутые, оскаленные и клыкастые, они чем-то напоминают волчьи. А еще, при взгляде на них кажется, будто я их уже где-то видел. Вот только где…

Всего в шаге от этого странного камня из того же самого светящегося материала на высоком постаменте установлена каменная чаша. Причем, она установлена таким образом, что края чаши едва не касаются высеченных морд.

По крайней мере, с моего ракурса кажется, будто эти самые чудовищные морды лакают что-то из чаши.

Я нервно сглатываю и с трудом отвожу взгляд от этого зловещего зрелища.

Все это – странный алтарь, камень и высеченные чудовища – выглядят настолько пугающе, что я не сразу замечаю ректора.

А он, тем временем, стоит на некотором отдалении от обелиска. Грязный свет камня едва-едва очерчивает внушительную фигуру ректора. Но благодаря обостренному зрению, я неплохо вижу его.

Вижу, как ректор задумчиво кивает, и слышу, как он, с несвойственным ему безразличием, говорит:

– Скоро… все произойдет уже очень скоро…

И в этот момент я вспоминаю, где я видел похожих чудовищ.

В книгах из запретной секции библиотеки, которые показывал мне куратор.

Эти чудовища называются гримы…

Глава 20

Что же это получается… ректор как-то связан с гримами?

Да быть такого не может!

Или я все-таки ошибся? Случайно перепутал или сделал слишком поспешные выводы?

Но кинув еще один взгляд на морды чудовищ, я чувствую как уверенность во мне только укрепляется.

Нет, я ничего не перепутал. Это точно те самые гримы, которых драконы выгнали из нашего мира. Да и какие еще выводы можно сделать, увидев перед собой такое зрелище?

Тем временем, ректор медленно подходит к чаше, встав ко мне спиной, и протягивает к ней руку.

Я привстаю на цыпочки и вытягиваюсь, чтобы увидеть что он там делает. Но в этот момент, кусок стены, на которую я опирался, осыпается. Вниз падает увесистый ком земли.

Мое тело тут же сковывает ужас.

Для меня, который даже дышит через раз, лишь бы не издавать лишнего шума, звук с которым падает этот ком, кажется оглушительным грохотом.