Адриана Вайс – Измена. Новая жена дракона (страница 35)
Он швыряет огненный сгусток под ноги гиганта, но у того оказывается хорошая реакция. Буквально за мгновение до удара, гигант отпрыгивает, а сгусток взрывается огненным столбом и кучей искр.
В тот же момент, Рауль оборачивается к нам и кричит:
– Госпожа, уходите обратно, я здесь разберусь! Мелкий, лови!
Он швыряет Уго ключи, на что он тут же огрызается:
– Меня вообще-то зовут Уго!
Тем не менее, он подхватывает ключи и, поймав мою руку, тащит меня за собой, обратно к двери в длинный коридор.
– Нет, Рауль! Меня захлестывает дикая паника от осознания того, что едва только встретившись, мы с Раулем опять оказываемся по разные стороны. Более того, при мысли что он сейчас схватится с тем жутким гигантом, мне становится плохо.
– Не волнуйтесь за меня и уходите! – кричит Рауль, снова разворачиваясь к своему противнику.
– Он прав, мы должны бежать, – настойчиво тянет меня за собой Уго и я с огромным сожалением, но поддаюсь.
Вот только, стоит нам подбежать к двери, как Уго тут же замирает как вкопанный. Замечаю, как он резко меняется в лице и захлопывает дверь. Наваливается на нее плечом и перебирает ключи, чтобы запереть замок.
– Что ты делаешь? – не понимаю я и только спустя пару долгих секунд замечаю, что со стороны коридора доносится лязг оружия.
Меня прошибает ледяной пот. Не знаю специально кто-то решил это сделать или так вышло случайно, но мы оказываемся в западне. Я с ужасом разворачиваюсь к Раулю в надежде, что ему удастся быстро разобратьс с бугаем, но…
У меня просто останавливается сердце, когда я вижу как склад заполняется гвардейцами.
Три, пять, восемь, двенадцать… да сколько их тут?
И в центре, напротив Рауля, который разжигает в руке новый сгусток пламени, стоит покрытый шрамами гигант. Мерзко лыбится и, подбрасывая в воздухе топор, грохочет:
– Похоже, мы сорвали куш, ребята. За один присест принесем господину не только голову предателя, но и его бывшую женушку…
Глава 37
Окрик гиганта совершенно внезапно тонет в оглушительной тишине. Гвардейцы стоят на месте, напряженно буравя взглядами массивную фигуру.
– Какого демона вы медлите? – рычит гигант, разворачиваясь к ним.
– Господин Маркос отдал приказ привести их живыми, – наконец, откликается кто-то.
Гигант моментально покрывается красными пятнами и ревет как раненый зверь.
– Вам напомнить, что Маркос Баррего назначил меня командующим гвардии? А, значит, в его отсутствие вы обязаны подчиняться мне! И я отдаю приказ уничтожить предателей!
От его рва и топота пополам с лязгом оружия, которые приближаются со стороны запертой двери, меня начинает трясти. Но даже так я замечаю, что при упоминании о том, что гигант действительно является новым командиром гвардии, Рауль с силой стискивает кулаки.
– Мы оставляем за собой право игнорировать приказы, которые идут в разрез с приказами господина, – раздается среди гвардейцев уверенный голос.
– Кто это сказал?! – ревет гигант.
– Я.
Гвардейцы нерешительно расступаются, открывая взгляду гибкую фигуру человека с ярко рыжими волосами, свободно рассыпавшимися по плечам. У него очень аристократические тонкие черты лица, но даже так он выглядит весьма мужественно и уверенно.
Точно! Это же Конрад, заместитель Рауля. Я сама редко с ним пересекалась, но вот Рауль отзывался о нем очень хорошо. Даже как-то сказал, что был бы рад, если после него должность командующего гвардией займет именно Конрад. Мол, нет такого человека, в котором настолько сильно смешалась бы честь, доблесть,отвага и острый ум.
И сейчас я собственными глазами вижу почему Рауль так сильно ему доверял.
– Опять ты! – бесится гигант, – Предупреждаю, если прямо сейчас не подчинишься приказу, ты тоже станешь предателем! А, значит, у меня появится отличный повод расправиться еще с одной моей проблемой! Так что, если хочешь жить, советую заткнуться и взять в руки меч!
– С радостью, – улыбается Конрад и вынимает меч.
Вот только, наводит он его не на Рауля, а на самого гиганта. Отчего, последний в ярости щурится и глухо рычит:
– Это что, мятеж?! Отлично, ты сам развязал мне руки!
Гигант перехватывает топор, но Кондар вдруг повышает голос, обращаясь к остальным гвардейцам:
– Пусть Рауль и значится предателем, но его действия были продиктованы собственной честью и желанием исполнить приказ нашего господина. А, значит, и судить его не может никто другой, кроме нашего господина. Поэтому, если Эктор Форес, занимающий должность командира гвардии, продолжит игнорировать приказы господина, мне не останется ничего другого, как…
В голосе Конрада прорезается сталь, а его глаза опасно блестят.
– …освободить его от этой должности, – заканчивает он настолько ледяным голосом, что меня бьет озноб.
Даже не смотря на их разницу в габаритах, у меня складывается уверенность в том, что Конрад ясно отдает отчет в собственных словах. Более того, это же понимают и стоящие рядом с ним гвардейцы. Потому что некоторые, пусть и с опаской, но тоже обнажают оружие и наводят его на гиганта.
Неужели, мы спасены?
Но гигант бешеным взглядом обводит взглядом тех, кто навел на него мечи и яростно ревет:
– Уничтожить мятежников! Всех до одного! За голову каждого я лично выплачу двойное жалование!
Мое сердце, которое и так трепыхается от ужаса, останавливается окончательно и камнем летит вниз. На секунду у меня все-таки появляется робкая надежда, что гиганта никто не послушает, но…
Стоит ему сказать про деньги, как остальные гвардейцы тоже обнажают оружие и направляют их кто на нас с Раулем, а кто на Конрада с остальными. И гвардейцев, которые решили послушать гиганта, оказывается больше.
Бывшие товарищи с оружием в руках замирают в руках замирают, напряженно всматриваясь в глаза друг другу. Мне кажется, будто время останавливается, а я слышу звенящее напряжение, которое повисло в воздухе.
А потом, замершее время резко набирает бег.
Неизвестные, которые подбирались к нам по коридору, вдруг с грохотом врезаются в запертую дверь. Оглушительный в гробовой тишине звук срабатывает как спусковой механизм и замершие друг напротив друга гвардейцы, с пронзительными криками, кидаются на бывших соратников.
Звенящая тишина моментально наполняются истошными возглазами, лязгом стали и все тем же грохотом, с которым неизвестные ломают запертую дверь.
Уго в панике прижимается ко мне, а я сама едва могу соображать. Разум плывет от страха и непонимания что мн еделать. Я буквально оказалась меж двух огней, где с одной стороны неизвестные, перекрывшие единственный путь к отступлению, а с другой, гвардейцы Маркоса, которые сцепились между собой.
Но самый большой ужас в меня вселяет лысый гигант, который с яростным ревом орудует своим громадным топором, раскидывая всех на своем пути и направляясь… прямо к нам!
– Уничтожу! – ревет он, словно безумный, подбираясь все ближе и ближе.
И в тот момент, когда между нами остаются считанные шаги и Рауль кидается на него с одним коротким мечом, мое сознание не выдерживает.
Вокруг все разом темнеет и начинает заваливаться на бок. Оглушительные звуки, которые тупой болью отдаются во всем теле, резко затихают, а я чувствую как проваливаюсь в мутное забытье.
Но даже так я ощущаю мучительное беспокойство, а где-то вдали улавливаю отголосок чего-то теплого и родного. Смутно похожего на яркое пламя, которое вот-вот охватит яростным огнем все вокруг.
И на секунду, я ловлю себя на мысли, что не против этого. Не против, чтобы я прикоснулась к этому пламени, ведь только оно по-настоящему способно защитить меня.
Но это пламя вдруг резко отходит на второй план, а я чувствую, будто меня трясут.
С трудом открываю глаза и понимаю, что я… на руках?
Вскидываю голову и встречаюсь взглядом с Раулем. Он бежит вверх по винтовой каменной лестнице, бережно держа меня на руках. А рядом с ним несется взволнованный Уго.
– Госпожа… вы очнулись? – срывается на полушепот из-за сбитого дыхания Рауль.
– Да… где мы? Где тот гигант?
Лицо Рауля дергается, а взгляд становится настолько яростным, что просто обжигает. Выскочив на площадку между этажами, Рауль кидает взгляд за спину, а потом неохотно отвечает:
– Конрад его задержал, чтобы выиграть нам время.
Грудь моментально сдавливает от боли. Я сразу понимаю что так гложет Рауля, потому что сама не хотела бы, чтобы Конрад пострадал.
Если уж на то пошло, я бы очень хотела, чтобы вообще никто здесь не пострадал. Не для того женщины рождают детей, не для того матери их растят, чтобы они сражались друг с другом.
Но, к сожалению, это зависит не от меня.
Я тяжело сглатываю и уже хочу попросить Рауля опустить меня на землю, как со спины раздается странный шум. Я успеваю заметить только то, что Уго вдруг с криком “Берегись!” кидается в сторону.