Адриана Вайс – Изгнанная жена ледяного дракона. Вернуть сына! (страница 31)

Я знаю, как ужасен Бьёрн в бешенстве. И очень боюсь, что он сейчас может опять сорваться и разнести тут всё.

– Как вы себя чувствуете? – вдруг гудит надо мной звучный низкий голос, и я холодею.

Даже не услышала, что Бьёрн зашёл!

– Спасибо, – с опаской опускаю одеяло и благодарю его, с силой разлепив сухие от волнения губы, – Если не вспоминать о том, что случилось, то все в порядке.

Поднимаю взгляд на Бьёрна, который стоит у двери с смотрит на меня как-то странно. В его взгляде будто бы читается… обеспокоенность?

Поймав мой взгляд, он твердо кивает.

– Рад, что вы пришли в себя. И я очень сожалею, что вам пришлось пережить весь этот ужас. Однако, больше не стоит ни о чём волноваться. Я выкинул прочь этого ублюдка и позаботился, чтобы его больше никто не взял к себе в солдаты.

Я молчу, пристально глядя на него. Прежде всего потому, что не знаю что сказать.

Бьёрн тоже делает паузу, продолжая смотреть мне прямо в глаза.

– Могу вас заверить, что больше с вами ничего подобного не случится, – говорит он наконец, – Для этого я принял все необходимые меры. Однако, данный позор останется на мне несмываемым пятном.

Я по-прежнему молчу, но на этот раз потому что все слова разбегаются от шока. Таким Бьёрна я еще ни разу не видела.

Чтобы он извинялся перед кем-то? Тем более передо мной, которая для него никто, которую он скоро забудет даже как звать…

– Кроме того, – продолжает он, – Я посчитал, что будет правильно, если невыплаченное жалование Норда достанется вам.

– Что? – шок достигает таких размеров, что прорывается изнутри удивленным возгласом.

Нет, я совершенно точно сплю. Мало того, что Бьёрн лично принес мне извинения, так он еще и отдает жалование своего солдата!

– Это очень щедро с вашей стороны, – ошарашенно выдыхаю я, – Но я совершенно не понимаю, чем заслужила это.

Лицо Бьёрна на миг принимает грозное выражение.

– А по-вашему я могу поступить иначе? Сделать вид, будто ничего и не было? – сурово спрашивает он, – Подобное поведение попросту неприемлемо! Оно должно пресекаться, а виновные – нести суровое наказание! Насилие над женщиной самое низкое, что только может совершить мужчина! Только в этом случае, он больше не имеет права считаться таковым!

Смотрю на него и чувствую, как по спине маршируют мурашки. Слышать нечто подобное от Бьёрна – вдвойне странно потому, что…

– Ходят слухи, – тихо говорю я, – Что со своей супругой вы обращались не настолько трепетно.

Сердце заходится в бешеном стуке от того, что я позволила сказать нечто настолько дерзкое в лицо Бьёрну. Однако, молчать я уже не в силах.

Бьёрн кривится и резко встряхивает головой.

– Жалкая ложь! – рычит он, отчего я вздрагиваю, – За все время я не тронул свою жену и пальцем! Более того, наша брачная ночь состоялась по взаимному согласию! Я никогда не позволял себе лишнего и четко соблюдал грань дозволенного!

Как мне ни больно это признавать, но тут он прав. Бьёрн действительно ни разу меня не ударил, но и не прикоснулся тоже. Он вообще будто меня не замечал, из-за чего и я чувствовала себя как в заточении.

Правда, это не идет ни в какое сравнение с тем, что он сделал со мной сразу после рождения Ульфрида.

– А как же то, что вы распорядились выгнать ее на мороз сразу после рождения сына? – решаю идти до конца, раз уж Бьёрн показывает просто невероятные чудеса откровения.

– Кажется, мы уже говорили с вами на подобную тему раньше, – опасно щурится Бьёрн, – Все это было частью договора с ее родителями. Именно они и должны были забрать ее обратно после родов.

Говорили, но раз за разом вскрываются все новые и новые подробности. Если Бьёрн, конечно, не врет.

Потому что в ином случае выходит, что даже родителям своим я была не нужна. Скорее всего, Бьёрн выплатил им обещанные за рождение наследника деньги и они либо сразу же забыли о моем существовании, либо решили, что на этом моя задача исполнена.

С другой стороны, я не чувствую фальши в словах Бьёрна. Более того, я сразу же вспоминаю как остро он отреагировал на того разбойника, который притащил меня в пещеру и чуть не надругался…

Сейчас, прокручивая еще раз этот болезненный для меня эпизод, я как-будто бы немного лучше понимаю мотивацию последних поступков Бьёрна. И от этого становится только больнее. Ведь это означает, что та картина мира, в которой я жила, разительно отличалась от суровой реальности.

– Да, и еще кое что, – снова взяв себя в руки, обращает на себя мое внимание Бьёрн, – Когда Норд ослушался моего приказа, он нарушил данное мной вам обещание. А когда я переносил вас в эту комнату, то нарушил его еще раз, теперь уже лично. Поэтому, я снова прошу вас придумать наказание за этот проступок. Нарушение Норда я возьму на себя, поэтому, у вас есть два желания. Если вы что-то хотите, чтобы я сделал для вас и если это в моих силах, я тут же исполню задуманное.

Я опускаю глаза, потому что в горле разом все пересыхает. Как и прежде, у меня есть только одно желание – как можно быстрее покинуть заставу, оказавшись вдали от Бьёрна. Но позволит ли он мне уйти?

– Если вам нужно время, чтобы все обдумать, я готов вам его предоставить, – добавляет Бьёрн.

– Нет! – я изо всех сил стискиваю края одеяла, – Есть кое что, о чем я хочу попросить вас прямо сейчас.

Глава 39

– И что же это? – с готовностью кивает Бьёрн.

Сделав глубокий вдох, я выпаливаю все одним махом, опасаясь, что стоит мне только начать, как он тут же меня прервет и скажет что-то вроде: “Ни за что!”

– Пожалуйста, отпустите меня в Снежный Пик. Я хотела бы там подыскать себе работу с проживанием.

Я опускаю глаза на одеяло, не решаясь смотреть в лицо Бьёрна. Но тот факт, что я не вижу его реакции, заставляет меня переживать еще больше, еще сильнее.

– Вот как? – внезапно спокойно переспрашивает Бьёрн.

Я киваю, по-прежнему не решаясь поднять на него взгляд и между нами повисает долгое тяжелое молчание. Когда оно достигает своего пика, Бьёрн снова подает голос.

– Вы так сильно хотите покинуть заставу? – и снова я не чувствую в его голосе не то что угрозы, а даже какого-то напряжения.

Напротив, кажется, будто я улавливаю нотки то ли сожаления, то ли грусти.

Но ведь этого не может быть!

Вскидываю голову и натыкаюсь на его вопросительный взгляд.

– Я благодарна за ваше гостеприимство, но да, очень хочу, – искренне отзываюсь я, – Тем более, перед тем, как я согласилась на ваше предложение переехать в заставу, вы пообещали, что я смогу покинуть это место в любой момент.

– Да, я помню это, – медленно кивает Бьёрн, после чего сразу же интересуется, – Это связано с недавним происшествием? Вы хотите быстрее уехать из-за того, что не чувствуете себя здесь в безопасности?

Я даже вздрагиваю от того, насколько точно Бьёрн угадал мои чувства. Кто бы сказал, что он может быть таким внимательным, я бы никогда и ни за что не поверила.

– Совру если отвечу, что это не так, – осторожно отзываюсь я, все еще опасаясь спровоцировать Бьёрна.

То, как он сейчас себя ведет совершенно не похоже на его обычное состояние, к которому я привыкла. А потому, я толком даже не понимаю как себя с ним вести. Что из моих ответов он сейчас воспримет нормально, а от чего может впасть в ярость?

– Но помимо этого, я как можно быстрее хотела бы начать новую жизнь, – решаю, наконец, сказать ему все как есть, – Найти дом, в котором я смогла бы расти сына, забыть обо всем пережитом и двигаться дальше.

– Я вас понимаю, – склоняет голову Бьёрн и снова я улавливаю в его голосе эти печальные нотки.

Он правда сочувствует мне? Или же, только делает вид?

– Тем не менее, я вынужден отказать в вашей просьбе.

Последние его слова бьют меня наотмашь. Руки сами собой комкают одеяло, а в груди все полыхает огнем. Похоже, глупо было надеяться на то, что Бьёрн так просто отпустит меня.

Хочу спросить у него “почему”, но стискиваю губы. Какое значение это сейчас имеет? Чтобы он там ни сказал, а от этого все равно ничего не изменится – я останусь здесь, под его пристальным взглядом.

– Хотите спросить, почему я вам отказал? – снова заставляет меня вскинуть на него удивленный взгляд Бьёрн, – В том же разговоре, о котором вы недавно вспомнили, я так же сказал, что я не могу позволить вам одной бродить по городу, в котором еще скрываются вражеские шпионы с ребенком. А потому, я готов предложить вам другой вариант…

Мое недоумение сменяется полнейшей растерянностью. Компромисс? О чем он говорит?

Не дожидаясь, пока я ему хоть что-то отвечу, Бьёрн продолжает:

– В ближайшее время я подберу день, когда буду не так сильно занят. Если вы так хотите как можно быстрее вернуться в Снежный Пик, то я лично буду вас сопровождать. Я прослежу за тем, чтобы вам ничего не угрожало и убежусь, что место, которое вы подберете, будет действительно безопасным. Что скажете на это?

Что сказать? Да я вообще никакого слова вымолвить не могу…

Бьёрн не просто переживает о чьей-либо безопасности, но даже готов ради незнакомого человека отложить в сторону все дела, чтобы побыть его личным телохранителем?

Такое чувство, будто Бьёрн, которого я видела в его замке возле Грандхольма и Бьёрн из заставы у Снежного Пика – это два совершенно разных человека, которые похожи друг на друга только внешне.

Этот Бьёрн по-прежнему суровый, вспыльчивый и грозный, но, тем не менее, такое ощущение, будто человеческого в нем гораздо больше.