Адриана Вайс – Доктор-попаданка. Ненавистная жена дракона (страница 71)
— Чего ты хочешь? — вырвалось у меня.
Он проглотил комок, его глаза забегали. Он выпалил, словно боясь, что смелость его покинет:
— Баронства. И... чтобы вы взяли Эолу в жены.
Я не сдержался. Рык вырвался из моей груди, нечеловеческий, полный такой ярости, что Эшворд отпрыгнул к стене, побледнев как смерть.
Жениться? На его дочери?
Это было уже не наглость. Это было оскорбление.
Ярость, которую я сдерживал, рванулась наружу. Воздух вокруг меня сгустился, затрещал. Я видел, как Эшворд трясся от страха, но при этом, не сдавался.
— Иначе — нет согласия! — выкрикнул он, прячась за спину дочери, как за щит. — Она... она ничего не скажет без моего слова! Клянусь!
Мой взгляд метнулся к Эоле.
Она все так же сидела, не двигаясь, будто все это просходило не на ее глазах, а где-то в параллельном мире. Но в глубине её глаз я уловил… что-то сродни презрению.
Только к кому?
К отцу? Ко мне? К этой всей ситуации?
Это было невыносимо.
И в этот момент, глядя на неё, что-то во мне перевернулось.
Я испытал что-то странное. Не жалость. Не желание. Скорее, отчаяние. Глухое, всепоглощающее, которое на миг заглушило всю мою прошлую ярость.
Что для меня значат титул и брак, если они — цена за избавление от вечного кошмара?
Баронство? Пыль. Эта девушка? Молчаливая невольница с глазами бунтарки. Если в ней правда есть знание, то брак станет лишь формальностью. А потом... потом я дам ей деньги и пусть отправляется куда хочет. Мне уже будет не до нее.
— Хорошо, — сказал я, и это слово прозвучало как приговор. — Готовь бумаги. Но знай, — я шагнул к нему, и он съёжился, — если это окажется ложью, твоя смерть будет долгой и мучительной.
Я забрал её в тот же день.
Эола не проронила ни слова. Не попрощалась с отцом. Не взглянула на усадьбу. Она просто вошла в карету и села, уставившись в свои руки. И всё время, что я пытался её разговорить, добиться хоть чего-то, она лишь уходила всё глубже в себя.
Сначала я действовал осторожно, давая ей время прийти в себя, потом уже действовал более решительно — с угрозами, с отчаянием. Но это как-будто только подстегивало ее. Она по-прежнему не давала мне ответов — вместо них я слышал лишь дерзкие, почти издевательские отказы.
Эола не боялась меня. Вернее, боялась, но этот страх был погребён под чем-то более сильным — упрямством, ненавистью, чем-то, чего я так и не смог понять.
Пока однажды это не закончилось дерзким немыслимым побегом.
И вот я здесь.
Спустя месяцы.
Фактически в той же точке. Я снова поймал её. И она снова смотрит на меня — все тем же дерзким, ясным, полным вызова взглядом. Снова отказывается открыть то, что, как я теперь почти уверен, она знает.
То самое отчаяние, которое я испыталу Эшвордов, чёрное и густое, снова подкатывает к горлу, смешиваясь с яростью.
Я опять в тупике. История повторяется. Этот замкнутый круг не разорвать.
Моё терпение, и без того висевшее на волоске, вот-вот оборвётся.
— Говори! — рычу я, и мой голос — уже не просто голос человека. В нём слышится низкий рокот дракона. Я снова впиваюсь пальцами ей в плечо, заставляя встретиться со мной взглядом. — Говори сейчас же, Эола! Мое терпение уже на исходе!
Его пальцы впиваются в мои плечи, и мир сужается до его лица, искажённого яростью и отчаянием.
В голове пустота.
Белый шум.
Что мне ему сказать? Что я из другого мира и вообще не представляю чего он от меня хочет добиться?
Так он после этого разорвёт меня на месте.
Продолжать отрицать?
Тоже не вариант. Он непробиваем, он просто не поверит.
Любое мое слово — это ловушка без выхода.
Я вижу, как его широкая ладонь взметается в воздухе, чтобы схватить меня за горло.
Время замедляется.
Я зажмуриваюсь, инстинктивно готовясь к боли, к новому витку этой пытки.
И в этот миг — движение сбоку.
Рука Джареда, несущаяся ко мне, резко останавливается в воздухе. Её перехватывает другая рука.
Я замираю, не веря своим глазам.
А потом, раздаётся неожиданно знакомый голос.
— На твоём месте, я бы её отпустил!
Глава 59
Тьма.
Густая, вязкая, как смола.
Она обволакивает, тянет вниз, в глубину, где нет ни боли, ни мыслей, ни воспоминаний. Только тяжесть и холод.
Но даже сквозь эту толщу доносятся голоса.
Искажённые, будто из-под воды, тревожные.
— …что с ним…
— …отравление…
Отравление?
Да, точно.
В голове возникает болезненная картинка.
Вспышка магии у моста, едва не накрывшая меня. Запах горящего металла. Острая, жгучая боль в боку, возвращение из последних сил. А потом… тьма.
— …я позову на помощь…
— …Не смей… это слишком опасно…
Голос Ольги. Сильный, решительный даже в такой ситуации.
Она права. Догадливая, хладнокровная. Словно видит мир вокруг себя насквозь.
Меня подхватывают, перекладывают. Снимают плащ, расстёгивают камзол. Холодный воздух касается кожи.