Адриана Максимова – Сбежать любой ценой (страница 41)

– Три раунда. Никаких запретов. Если ты упадешь и не встанешь, прежде чем досчитают до трех, твой противник должен ударить тебя ножом. Ранение не смертельное. После второго, если будешь лежать… Ударят сильнее. Если упадешь в последнем раунде, тебя убьют, даже если весь бой проведен блестяще.

– Издевательство какое-то.

– Публика любит, когда льется кровь и человек превозмогает судьбу, – усмехается Ник. – Лучше бы устроила оргию, вон сколько мужиков вокруг тебя вьется…

Ничего не отвечаю на это и начинаю одеваться.

Когда выхожу, то вижу Рика в компании Лин. Они над чем-то смеются. Со стороны это выглядит легко и беззаботно, даже испытываю легкую зависть к их интимному веселью. Мне тоже хочется приятных впечатлений. То, как смотрит на меня Лин – со снисходительной улыбкой, как бы говоря «ну-ну, я теперь знаю, какая ты на самом деле!» – наводит меня на мысль, что эти двое смеялись надо мной. От этого предположения щеки вспыхивают, словно факелы.

– Надо поговорить, – сухо произношу я, обращаясь к Рику. Он смотрит на меня и продолжает улыбаться.

– Ну, пойдем, – будто делает мне самое большое одолжение, говорит он. Беру его под руку и веду вниз, где находятся жилые комнаты. Затаскиваю в помещение, где стоит капсула для очищения и закрываю за собой дверь. Рик вопросительно смотрит на меня.

– Это должно остаться между нами, – расстегивая брюки, говорю я. На щеках Рика выступает румянец.

– Дан, я не уверен что нам стоит это делать… – хрипло произносит Рик. Он в смятении, и меня это забавляет.

– Я тоже так думаю, – отвечаю я, и сердце бешено бьется о ребра. А сама продолжаю снимать штаны. Игра в стриптизершу немного успокаивает и предает смелости. – Но ты должен это увидеть.

– Дан… – на лице Рика отражается такая неловкость, что мне приходит на ум, что он девственник. Хотя это, кончено, дурацкое предположение.

– Смотри, – велю я, обводя кончиком пальца метку на внутренней стороне бедра. Рик опускается на колени и внимательно вглядывается в темное пятно.

– Этого не может быть… – рассеяно произносит Рик, поднимая на меня глаза. – Почему ты раньше молчала? Нравилось водить нас за нос?

– Нет, я поняла это в тот день, когда был ранен Вергилий. До этого я понятия не имела, что значит эта метка. У нас вся семья с такими, и я считала это чем-то, скажем так, генетическим, – говорю я. – Вергилий думает, что метка уже активирована, иначе бы я не смогла пройти через портал.

– Он знает, да?

– И в бешенстве от этого, – подбирая штаны с пола и натягивая их на себя, вздыхаю я. – Рик, ты мне веришь? Веришь, что я не лгала вам?

– Сложно сказать, – выпрямляясь, отвечает Рик. – Все слишком неожиданно, я еще не понял.

– Рик, я не хочу, чтобы, когда я вернусь, моя семья пострадала, – тихо говорю я. – Вергилий сказал, что их накажут…

– Уверен: наш шеф во всем разберется. Не хочу тебе ничего обещать. Но проблемы у вас точно будут. Никогда не поверю, что твои родители ни о чем не знали. Скорее всего, они беглецы.

– Думаешь: мои родители – преступники?

– Я не знаю, Дан. Проводники на вес золота, и ты знаешь это. Так что, скорее всего, случилось что-то серьезное. Это все, что ты хотела сказать?

– Нет, мне нужна твоя помощь. Сможешь разузнать расписание Лоуренса? – понизив голос, говорю я. – Нужно как можно скорее забрать ключи.

– К вечеру сдам тебе его планы с потрохами, – улыбается Рик. Замечаю морщинки в уголках глаз. Темные пятна под нижними веками делают его похожим на панду. – Ты ведь слышала о Маллори, да?

– Да. И это еще одна из причин, почему нам надо спешить, – говорю я. – Ты нашел для себя безопасное место?

– Скажем так – я кочую, – улыбается Рик и откидывает назад челку.

В дверь раздается настойчивый стук, а потом голос Лин.

– Валите отсюда! Поблизости замечены стражи!

Мне хочется закатить глаза и театрально заломить руки, драматично бормоча «Доколе?!», но вместо это я выбегаю в коридор и несусь вверх по лестнице.

Жду Берта у заведения, напоминающего «Козью свалку». Меня немного подташнивает то ли от голода, то ли от отвращения. В воздухе пахнет кислотой и чем-то гниющим. Скоро Тьма, а я даже не знаю, где мне ночевать. И как добыть питание тоже не понятно. А еще у меня болит голова и я хочу спать. Привалившись к холодной влажной стене, закрываю глаза. Перед ними все кружится. Красные точки сменяются желтыми, а потом смешиваются между собой, превращаясь в калейдоскоп.

– Дана! – доносится до меня знакомый голос. – Дана, очнись!

Открываю глаза и понимаю, что лежу на земле. Я либо заснула, либо упала в обморок. Впрочем, неважно. Берт помогает мне подняться на ноги и с тревогой смотрит на меня.

– Я в порядке, – на всякий случай бормочу я. Он ведет меня к экипажу и помогает забраться внутрь. – Вергилий?!

– Надеялась, что избавилась от меня? – сверкнув глазами, с усмешкой произносит он.

– Где Адель?

– Она в безопасности.

– В отличие от нас, – добавляет кучер, и я узнаю голос Рика. После того, как мы выскочили из «Кровавой бани» и побежали в разные стороны, я не надеялась увидеть его так скоро.

– Вайт хочет, чтобы я был рядом с ним, когда он будет казнить Нелл, – садясь рядом со мной, мрачно произносит Берт.

– Не думаю, что у нас пройдет второй раз фокус с освобождением приговоренных с места казни, – говорю я, глядя на Вергилия. Тот едва заметно усмехается. Видимо, вспоминает, как все это было.

– Во второй половине дня Лоуренс будет у Вайта, – говорит Рик, и мы трогаемся с места. – Дом будет пустой.

– Я прослежу, чтобы она не опоздала, – тут же выпендривается Вергилий. Как же он меня бесит!

– То есть, вы не сможете спасти Нелл? – с горьким разочарованием произносит Берт.

– А ты ради этого с нами тусуешься? Решил, что мы наемники? – язвит Вергилий.

– Просто Дана так ловко провернула твое освобождение, что я надеялся… – Берт растерянно смотрит на меня, и я хлопаю его по руке. – Если дело в деньгах, то я заплачу вам. Могу разделить с вами свой магазин – это прибыльный бизнес.

Вергилий смеется, и я бью его мыском сапога по ноге.

– Маллори – мой близкий друг. Он кое-чем поделился со мной и просил поддержки для вас в случае непредвиденных обстоятельств, – говорит Берт. – Так что я вам нужен.

– Допустим, – снисходительно произносит Вергилий. – Только у нас все равно нет оснований верить тебе: ведь ты королевский прихвостень. Может, ты хочешь заманить нас в ловушку и получить за это премию от Вайта?

– Я рискую не меньше вашего. Меня могут казнить только за то, что я говорю с вами. Для Вайта вы враги номер один. Он приказал перевернуть город, но найти и уничтожить вас. Любой, кто скроет ваше местонахождение – ваш сообщник, а значит, предатель короны, – говорит Берт, и я невольно улыбаюсь, чувствуя себя важной персоной.

– Ладно, мы все поняли. – говорит Вергилий. – Ты крутой пацан, готовый стать плохим парнем.

– И теперь нам нужен план, – подавшись вперед, говорю я. – Без него мы из этой шахты не выберемся.

Дом Лоуренса похож на крепость. Учитывая, что он военный советник, – ничего удивительного. Он стоит в глубине города, словно стесняется выделяться своей необычностью – массивными стенами и высокими окнами, что для моих коварных планов большой минус. Переодевшись в неприметную одежду – серое пальто и такие же штаны, наблюдаю за домом. Жду, когда владелец выберется оттуда и укатит на обед к Вайту. Но что если у него по каким-то причинам поменялись планы? На противоположной улице замечаю Вергилия. Он, сунув руки в карманы, с усмешкой наблюдает за мной. Волна гнева обжигает мне кожу, и щеки становятся пунцовыми. Он не доверяет мне. После всего, что случилось, следит, чтобы я не сбежала с ключами! Словно чувствуя мое негодование, он смеряет меня надменным взглядом. Мне еще никогда в жизни так не хотелось сломать человеку челюсть.

Изо всех сил нагоняю на себя равнодушный вид. Главное сейчас добыть ключи. В отношениях с Вергилием разберусь потом. Брюнет сам порывался пойти за ключами, но Рик отговорил его. Моя возможность сделать ресурс еще более крутым была в приоритете.

Лоуренс выходит на улицу. Он одет во все черное и выглядит, как настоящий гот. Мужчина высок ростом, широк в плечах, и у него уверенная походка. Замечаю у него за поясом два ножа. Вооружен тоже хорошо, значит, есть чего бояться. Провожаю его взглядом и смотрю на Вергилия. Тот едва заметно кивает – мол, пора.

Перехожу дорогу и иду дворами. Здесь мрачно и сыро. Пахнет землей и болотом. Мне хочется чихать, и я зажимаю себе нос, чтобы не привлекать к себе внимания. Волноваться нельзя, можно все испортить, но я не могу ничего с собой сделать. Меня лихорадит, и я крепко сжимаю ледяными пальцами ножик, лежащий в кармане пальто. Мое единственное оружие. Открываю дверь подъезда и поднимаюсь по лестнице. Она грязная, от нее пахнет чем-то кислым, и я морщусь от подкатившей тошноты. До слуха доносятся веселые голоса и смех. Я невольно испытываю зависть к этим людям. Они могут радоваться жизни, не планируя никаких убийств.

Добираюсь до чердака и вылезаю на крышу. Осторожно иду, щурясь от холодного ветра. Впереди самое страшное для меня – перепрыгнуть на соседнюю крышу. Жалею, что рядом нет Вергилия, с ним мне было бы спокойней совершить этот безумный поступок. Подхожу к краю, и у меня перехватывает дыхание. Я смотрю вниз, и перед глазами все переворачивается. Делаю шаг назад, стараясь унять сердцебиение. Я не смогу, слишком большое расстояние между домами. Вспоминаю, как чуть не разбилась в прошлый раз, и становится еще хуже. Чертов страх высоты, я так и не смогла побороть его! Топчусь на месте, соображая, что делать. Понимаю, что теряю время, и это еще сильнее напрягает меня. Разбегаюсь и прыгаю. Мне хочется зажмуриться, но я не позволяю себе этого. Неуклюже приземляюсь на колени и тут же вскакиваю, с трудом веря, что еще жива. Вспоминаю, как болталась на Башне птиц, и тихо фыркаю. Вот где было по-настоящему сложно!