Адриана Максимова – Сбежать любой ценой (страница 11)

– Почему вы так откровенны со мной?

– Ты – первый человек, с которым я заговорила за много лет. И ты первая, кто смог меня увидеть. Возможно, это знак, что мое заключение скоро закончится.

– Лес – это ваша тюрьма?

– Да. Я не могу выходить за его территорию. Я привязана к этому месту. Мой брат приносит мне питание, порой я сижу напротив него, а он этого даже не чувствует. Я рассказываю ему о том, что меня гложет, а он не слышит ни слова, – говорит Адель и сплетает пальцы рук, так что ногти синеют. – Это плата за то, что я все еще жива. Хотя смысл в такой жизни… Наверное, так можно было сойти с ума, но я справилась.

– Значит, еще есть надежда, – говорю я, потрясенная ее словами. – А почему вас вижу только я?

– Перейдем на «ты», так будет приятней. Думаю, все дело в том, что у тебя нет настройки и ты не подключена к общему полю, шоры не включились.

Это программа, которая настраивает тебя на то, что требует эта реальность. Она лишает тебя личной воли.

– А можно эту настройку как-то убрать?

– Это сложно, потому что она встраивается в нервную систему личности. Можно умереть от болевого шока или стать дебилом. Еще неизвестно, что хуже, – печально говорит Адель. – Мало кто пойдет на такое. Только уж совсем отчаянные.

– Или отчаявшиеся, – глядя на сосуд, говорю я. Мне хочется принять то, что внутри. И я не могу понять, это мое желание или магия Адели?

– Прими питание, не обижай меня, – с улыбкой произносит Адель.

Тоже улыбаюсь и изъявляю желание принять темную энергию, которая выныривает из сосуда. Мне страшно, но я понимаю, что должна это сделать.

Не уверена, что у меня получится, но я робко бормочу желание принять. Темно-фиолетовое облако зависает у меня перед носом. Адель смеется. И я начинаю смеяться следом за ней. Тело расслабляется, и питание легко входит в грудную клетку, наполняя меня дурманом. Голова кружится, комната перед глазами встает вверх дном. Меня охватывает паника, ощущение, что я лечу в пустоту.

– Расскажи, что с тобой случилось, – оказавшись передо мной на корточках, просит Адель. Она подносит руки к моему лицу, и я ощущаю холод, исходящий от них. Странно, ведь в доме тепло. Сама того не желая, я начинаю говорить и вываливаю ей все, что произошло со мной в последнее время. Хочу себя остановить, но тут же рассказываю, как был влюблена в Юрия, как оказалась на Федоровских конюшнях и каким монстром он оказался. Адель внимательно слушает меня, и ее брови хмурятся, взгляд становиться колючим.

– Бедная девочка, – с искренним сочувствием говорит Адель. Слова другого человека задели бы меня, но в ее голосе столько понимания, что у меня не остается сомнений в том, что она не понаслышке знает, каково это –обмануться в человеке.

– Если он убьет мою сестру, я себе этого никогда не прощу, – заканчиваю я и замолкаю.

– Ты слишком много на себя берешь. Это ошибка – думать, что нити судьбы только в твоих руках, – задумчиво произносит Адель. – Ты ведь не знаешь, для чего это было задумано.

– Я не верю во всю эту бессмыслицу с кармой и предначертанием, – морщусь я. – И моя сестра хорошая девочка, за что ей такое? Нет, нет и нет!

– А тебе, получается, по заслугам? – улыбается Адель.

– Нет, но она же маленькая… Ей всего семнадцать. Я должна ее защитить!

– Будь ты по-настоящему должна, ты бы сюда не попала. Ну да ладно, ты уже выбрала свою позицию, и вряд ли мои слова дойдут до твоего разума, – высокомерно произносит Адель. – Ты же понимаешь, что я не смогу отпустить тебя просто так?

Ну, началось! Мысленно закатываю глаза и пытаюсь не рассмеяться собственной везучести. А чего я хотела? Маллори ведь предупреждал, что в лесу опасно!

– Чего ты от меня хочешь? – расслаблено спрашиваю я.

– Чтобы ты побыла моей девочкой на побегушках, – хищно улыбается Адель. – Помнишь, как раньше передавали любовные записочки? Ах, нет, ты же не отсюда! В общем, ты должна кое к кому сходить и озвучить послание от моего имени. Теперь, когда у меня есть связь с миром, я сделаю все, чтобы выбраться отсюда!

– И куда я должна пойти?

– В одно милое заведение под названием «Ностальгия мертвой курицы». Спросишь Аргуса, – деловито говорит Адель. – Скажешь, что хочу его видеть, и приведешь на край леса. Я вас там ждать буду.

– А если он не согласится?

– Это исключено.

Адель оказывается передо мной с такой скоростью, что я даже не успеваю заметить, как. Берет мою ладонь и проводит по ней кинжалом. Вскрикиваю больше от неожиданности, чем от боли. Хочу отдернуть руку, но ведьма держит крепко. Пальцы у нее холодные, цепкие. Она наклоняется и проводит языком по кровоточащей ране. Мне неприятно и хочется оттолкнуть девушку, но я не могу шевельнуться.

– Теперь мы связаны, и ты не сможешь обмануть меня, – выпрямляясь, довольно говорит Адель. – Утром ты поговоришь с моим братом. А теперь пойдем спать. Нам обеим нужны силы.

Мы поднимаемся на второй этаж и входим в просторную комнату. Здесь стоит большая кровать, на которой лежат две большие белые шкуры.

– Ложись, – властно произносит Адель, видя, что я мешкаю.

Покорно забираюсь в кровать и укрываюсь шкурой. Сразу же становится тепло и меня охватывает дрема. Адель ложится рядом и смотрит на меня. Убирает прядь волос от моего лица. Сплетает свои пальцы с моими, и я не замечаю, как проваливаюсь в сон.

Когда просыпаюсь, Адели нет. Место, где она лежала, ровное, гладко заправленное, словно никого ночью здесь со мной и не было. Приподнимаюсь на локтях и оглядываюсь. Белая шкура сползает на пол. Лениво встаю и, поправив одежду, обхожу дом. Ведьмы нигде нет. Ее красный плащ висит на в гвоздике у входа.

– Адель!

В ответ тишина. Снова обхожу дом. Ну не в прятки же она со мной играет! А что если что-то произошло и я просто перестала ее видеть? Это предположение тут же сменяется другим – а вдруг на самом деле ничего не было и это всего лишь иллюзия? Смотрю на руку, где все еще зияет рана от кинжала. Вряд ли. Хотя… Что, если я порезалась сама, а мозг дорисовал все остальное?

Мое пальто лежит на диване, рядом с ним сосуд с питанием. Мне приятно, что Адель позаботилась обо мне. Принимаю его с благодарностью и, натянув на себя пальто, выхожу на улицу.

– Адель! Где ты?

Оказавшись в лесу, оглядываюсь по сторонам. Мне казалось, что я сделала пару шагов, а дом Адель исчез, словно его никогда и не было. Может быть, у меня и правда не все в порядке с головой? Но прежде, чем я успеваю испугаться своего возможного безумия, вспоминаю о реальных проблемах. Кхендры. Что, если одна из них поблизости? До слуха доносится чье-то дыхание. Сжимаю пальцы, и меня обдает липким страхом. Будь у меня оружие, мне было бы спокойней. Хотя, когда я бежала спасать Юлю, у меня была с собой Гюрза. И что? И ничего! Меня передергивает, и я ускоряю шаг.

Зверь появляется словно ниоткуда. Только что передо мной были лишь деревья, и вот я вижу ее… Кхендру? Не могу знать этого точно, ведь я их никогда прежде не видела. У нее мощное тело, огромная голова. Большие крепкие лапы. Челюсть, как у бульдога, только крупнее раз в тридцать. Глаза красные, продолговатые. Шерсть белоснежная, как у самоеда. Уши, как у рыси, с пушистыми кисточками.

Кхендра внимательно смотрит на меня, словно оценивает, подхожу ли я ей на завтрак. А я не знаю, что мне делать. Бежать? Но куда? Залезть на дерево? Стволы гладкие, как шелк! Хищник делает пару шагов в мою сторону.

Робко пячусь назад. Зверь настораживается. Прищурившись, следит за мной. Делаю еще шаг. Боюсь повернуться к хищнику спиной. Даже если он бросится на меня, а это, скорее всего, произойдет, хочу видеть этот момент. Поняв, что я могу в любой момент дать деру, кхендра готовится к прыжку. Мысленно прощаюсь с жизнью. Хочется зажмуриться, но в этот момент раздается тихий свист, и хищник вздрагивает всем телом. Ему в грудную клетку попадает стрела. Раздается рев, от которого у меня закладывает уши. Белая шерсть алеет. С трудом поднявшись на лапы и продолжая рычать, кхендра медленно пятится, а потом, петляя, бежит, оставляя за собой капли крови. Оглядываюсь по сторонам в поисках стрелка.

Сделав еще шаг, врезаюсь спиной в дерево. Меня бьет мелкая дрожь. Если бы не стрелок, я бы уже не дышала. Хотя не факт, что после встречи с ним я продолжу. Из-за деревьев показывается мужская фигура, и я вижу парня в черном длинном пальто. В руках он держит арбалет. Быстрыми шагами он идет в мою сторону и темные волосы подпрыгивают у него на плечах. Карие глаза с гневом смотрят на меня.

– Ты и инстинкт самосохранения явно не лучшие друзья! – язвительно произносит парень, вплотную подойдя ко мне. – Сдурела разгуливать здесь?

– Я ни на что не намекаю, но у меня встречный вопрос!

– У меня, по крайней мере, оружие есть! А у тебя что? Женская интуиция? – продолжает отчитывать меня парень. Конечно, он прав, но соглашаться с ним я не собираюсь. У меня не та ситуация, чтобы просчитывать стратегию.

– Но сработало же, – улыбаюсь я. Хорошо бы он не заметил, как трясутся у меня от страха губы!

– Ты здесь одна? – упираясь рукой в дерево, рядом с моей головой, спрашивает парень. Его лицо так близко к моему, что я могу детально рассмотреть рисунок его настройки. Она бледная, чуть смазанная, словно ее хотели выжечь кислотой. А тонкие шрамы намекают на то, что ее старательно пытались вырезать, но не вышло. Отчаянный он, однако.