Адриана Дари – Ненужная жена дракона, или Сладкая месть попаданки (страница 17)
— Я хоть и отказываюсь от призыва зеркала, но эта тема очень интересует меня своей загадочностью. Ведь согласитесь, это так странно, что Драконий бог дает нам, Темным магам, возможность обрести дракона и сохранить магию за счет иномирянки.
Дракона беспокоит этот разговор. Ему очень не нравится, когда вмешиваются в столь сокровенные тайны Темных. А еще меня посещает едва уловимое ощущение потока магии. Осматриваюсь. Большая полукруглая гостиная с двумя каминами, сейчас спящими, тремя высокими окнами с бархатными шторами, потолок с росписью. Уголок вычурности и богатства в этой аскетичной башне.
Больше в комнате никого, даже слуг. Откуда это ощущение?
— Напрасно вы, ор Гирмур, отказываетесь от зеркала, — хрипит Мастер. — Это ограничивает ваши магические возможности и, опять же, не дает пробудиться дракону.
— Я считаю, что держать фактически в рабских отношениях женщину — это низко, — пожимает плечами консул. — Только представьте, вот так всю жизнь прожить без возможности любить и родить ребенка. Это же для женщины хуже смерти. Не так ли, ор Файр?
Он бросает на меня чересчур выразительный взгляд. Нет, он не может знать о моих отношениях с
— Зеркало, ор Гирмур, — это дар Драконьего бога, — отвечаю я. — Если он распорядился так жизнью женщины, значит это самое правильное для нее.
Не верю. Я, Ругр его побери, сам в это не верю. Но так говорит закон, а я самый главный представитель этого самого закона.
Консул собирается что-то возразить, но тут двери гостиной распахиваются, и на стол перед нами выставляют несколько подносов с тарелками. А на тарелках небольшие тортики, буквально на пару укусов.
Следом подают чай, а Дариан приглашает попробовать лакомство. Валсиг с радостью берет один тортик и откусывает, с откровенным наслаждением прикрывая глаза.
— Ни с чем несравнимо, правда? — Консул удовлетворенно откидывается в кресле и выжидательно смотрит на меня.
С детства сладкое ненавижу. Дракон со мной солидарен целиком и полностью, так что меня совершенно не соблазняет угощение.
— Напрасно вы, ор Файр, не хотите дать шанс этому лакомству, — шутит консул. — Новая работница в одной из лавок нашего города — ну просто волшебница. Не знал бы, что у женщин не бывает силы, — подумал бы, что она магичит.
Новая работница? Дракон заинтересованно замирает. Кидаю взгляд на двери, через которые внесли еду. Но они закрыты.
— Кстати говоря, — также между делом замечает консул скорее риторически, не ожидая ответа. — Почему зеркалам никогда не разрешают использовать ту остаточную магию, что в них есть от Темных, на какие-то полезные дела?
— Потому что женщины слишком глупы, чтобы ее использовать правильно? — усмехается Мастер.
В его словах столько пренебрежения, что даже на его лице появляется кислая мина.
— Именно поэтому на них и лежит столько запретов, — продолжает он. — Они никогда не смогут осознать важности возложенной на них миссии. И в истории есть этому подтверждение. Взять хоть зеркало короля Хельдера, предка Его Величества.
История известная, но больше похожая на легенду. Согласно рукописям, именно она легла в основу запрета на отношения для зеркал.
Король был влюблен в свою иномирянку. Женился на ней, а когда она родила ему ребенка, портал открылся, и она вернулась. Так король остался без королевы и без зеркала, и это чуть не повергло страну в смуту, потому что многие захотели свергнуть правителя, когда он оказался слаб магически.
— Я почти всю жизнь потратил на поиски описания подобных случаев, имевших гораздо менее критические последствия, — скрипуче рассказывает Мастер. — И смог выявить одну закономерность.
Двери гостиной снова открываются, а подносы перед нами меняют на другие. По телу снова пробегает приятный теплый поток силы. Теперь гораздо сильнее, но все еще приглушенный. Как будто на речке запруду поставили.
— Скорее всего, Драконий бог дал пришлым возможность вернуться с одним интересным условием: они должны родить ребенка и оставить его тут, — заканчивает свою мысль Норр. — А запрет на отношения — как раз защитная мера, чтобы они не сбегали.
Драконье ухо улавливает тихий «ох» со стороны дверей. Резко перевожу туда взгляд и вижу, как за спинами слуг скрывается светловолосая макушка. Теперь точно нашел!
Глава 27
Побег технарей отвлекает того в белой форме, вызывает суету и беспорядки в квартале. Все поспешно собирают товары, прячутся в лавки, а я… пытаюсь отдышаться от испуга, когда Эйну буквально затаскивает меня в дом.
— Ну и чего ты устроила тут? — хмурится старушка. — Зачем ты это все? Ох…
Ее упрек кажется сильно несправедливым, но зато отвлекает от мыслей о том, что меня могли найти.
— Но я же спасла лавку, Эйну, — удивленно произношу я. — Разве это плохо?
— Спасла, — кивает она. — Да только чем это все теперь обернется-то? Догадывалась же я, откуда те деньги. Ну что теперь… Только последствия расхлебывать!
Он устало машет рукой, а я все больше ничего не понимаю.
— Но…
— Прибирайся, — Эйну хмуро на меня смотрит. — К вечеру гостей ждать будем. А ты, малец, тебе что, жизнь не дорога? Куда тебя понесло за этими орехами треклятыми?
Лейт, который вроде бы только повеселел после всего произошедшего, тут же сник.
— Я хотел Але приятно сделать, — Он дует губы. — Она же мне помогла.
— И как, сделал? Думаешь, ей было бы радостно, если бы тебя плетями на площади до смерти запороли за кражу? — Эйну не на шутку разошлась.
Я прижимаю к себе Лейта и глажу его по голове. Наверное, не педагогично… Но он правда хотел как лучше и, искренне говоря, меня сильно выручил.
— Эйну, все обошлось, — тихо произношу я. — Лавка цела, мы никому ничего не должны. Просто потихоньку все подлатаем, что-то придумаем с хлебом, может просто внесем разнообразие в выпечку. Я обязательно что-то придумаю…
— Какая же ты еще глупая, — роняет Эйну и уходит в свою каморку, оставляя меня без ответов.
Мы с Лейтом переглядываемся, понимая, что мы сделали что-то не то, но что — нам никто не собирается объяснять.
— Давай и правда приберемся, — говорю я и протягиваю ему одну из посудин, которые мы так и не успели отмыть.
Заканчиваю я уборку уже одна и ближе к полуночи, при тусклом свете лучины и тихом треске сверчка. Эйну после всего так и не вышла из комнаты, а я не пошла к ней, давая возможность отдохнуть и эмоционально переварить произошедшее. Я уверена, что она не хотела меня обидеть и потом обязательно все расскажет и объяснит. Но пока что ее лучше не трогать.
Вымотанный Лейт заснул прямо на скамейке, поэтому я отнесла его в ванную, где он спал накануне. О приличных спальных местах тоже надо будет подумать. Эйну мы теснить, конечно, не будем, но обустроиться как-то нужно. Иначе моя спина долго не протянет.
Черпаю воды и подхожу к цветку, который я столкнула на макушку сборщику налогов.
— Ну что, дружок, будем обживаться? Но, когда хочется выжить, ведь готов приложить все силы, правда? — Я выливаю черпачок под корень и бросаю взгляд на темное окно, в котором под бликами свечи отражается мое уставшее лицо.
Я справлюсь. Даже если меня найдет этот маг, я справлюсь. Почему-то при мысли о встрече с ним, по коже пробегают мурашки, но я не могу понять: от радости или ужаса. Это так работает привязка зеркала к магу? Где бы найти побольше информации об этих сложных отношениях?
Вдруг за окном мелькает фонарь, а потом раздается стук в дверь. В голове мгновенно проносятся сразу самые плохие предположения. Меня нашли? Меня сейчас взвалят на плечо, как мешок с картошкой, и увезут?
Стук повторяется. И я решаюсь: открываю дверь и немного замираю. На пороге стоит… сам консул.
— Доброй ночи, — улыбается он. — Извини, дела были, не мог раньше заглянуть. Впустишь?
— Смотря, с чем вы пришли, ваша светлость, — отвечаю я, не спеша пропускать его.
— Как сразу официально, — хмыкает мужчина. — Но мне нравится, что дерзость никуда не делась.
Я молчу и жду, это вызывает у него улыбку.
— Хорошо. Тогда… — кивает консул и делает шаг назад. — Уважаемая ора…
— Альвия, — говорю я то имя, которым назвалась при обряде.
— Уважаемая ора Альвия. По праву консула я официально разрешаю вам наемную работу в Маргорде, а также делаю заказ на вот эти ваши замечательные маленькие торты, которыми вы сегодня угощали меня. Срок — завтра после обеда.
Все это было сделано с серьезным чопорным лицом, но смешинкой в глазах, заметной даже в слабом свете фонаря.
— Я не успею, — отрезаю я. — У меня нет ни ингредиентов, ни времени, чтобы это повторить.
— Еще до рассвета у тебя будет все, что тебе нужно. А если не хватает рук, то и дополнительная рабочая сила. — Консул наклоняет голову набок и ждет, чем я теперь отговорюсь.
Что-то внутри меня подсказывает:о есть тут что-то, чего мне стоит опасаться.
— Благодарю за помощь со сборщиком налогов…
— Не стоит, — качает головой он. — Этот парень давно нарывался. Альвия, ты не поняла. Не принимаю отказа. Но плачу щедро.
Прикрываю на мгновение глаза, делаю глубокий вдох. Меня ждет еще одна сложная, почти бессонная ночь.
— Хорошо, — сдаюсь я и перечисляю то, что мне нужно, и сроки.
— Вот и славно. — Консул улыбается уголком рта, собирается уйти, но в последний момент, словно что-то вспомнив, оборачивается. — И да, жду тебя саму. Я же должен передать тебе разрешение?