Адриана Белоусова – Игра проклятий. В поисках короля (страница 8)

– Хорошая еда сама по себе лекарство, – улыбнулась она.

Доктор ощупал ее шею, посмотрел горло и зубы. Заставил ее лечь и помял живот. Его пальцы обожгли Кордии кожу. Впервые за последние месяцы к ней прикасались не для того, чтобы причинить боль. Она не сводила глаз с доктора, и ее охватывало странное волнение.

– Беременность? Роды?

– Нет, я никогда не была беременна, – глухо ответила Кордия. Ей показалось, что после ее ответа на лице доктора отразилось облегчение. – Кто такой герцог де Брата?

– Чудовище, с которым никто не хочет иметь дела, – ответил Даррелл. – Можете одеваться.

Глава 4. Оскал хищника

Мариан шел по тюремному коридору. Здесь каждый камень, каждая песчинка вопили о своей трагической истории. Атмосфера была пропитана болью и страданием. Черные сгустки негативной энергии клочьями висели в воздухе, переливаясь всеми оттенками тьмы. Пахло серой и раскаленным железом, а также кровью и гниющей плотью. Чародей поморщился и машинально потер нос. К нему снова вернулись сомнения. Что, если он ошибся? Если это было не его видение? Такое бывает, когда один чародей может случайно перехватить то, что предназначалось другому. Особенно если оба ищут решение одной и той же проблемы. Он покусал губы. В памяти всплыл запах, который он почувствовал в спальне короля. Это не давало ему покоя, ведь логичного объяснения этому не находилось.

Мимо них прошли три монаха в коричневых балахонах. Они часто навещали заключенных, чтобы скрасить их участь и в последние дни перед казнью принести несчастным утешение. От них пахло сладкими травами, настоем которых они пропитали одежду, чтобы защититься от болезней и случайного колдовства.

– Почему именно в тюрьме? – спросил Дор, тяжело шагая позади.

– Я видел его лицо, когда он прижался к решетке. Над решеткой был символ тюрьмы Черного отшельника, – пояснил Мариан. Дор многозначительно протянул «а-а-а». – Понимаю, что для тебя это неубедительное объяснение.

– Мне только непонятно, как с таким колесом событий в голове ты не можешь увидеть, куда делся король, – скептически произнес Дор. – У тебя есть его вещи, ты знал его лично – в чем сложность?

– В пологе, которым он закрыт.

– Ты знаешь, кто его закрыл? – взволнованно спросил Дор. Мариан покачал головой. – Получается, это магическое похищение?

– Нет, – ответил Мариан, глядя вперед. Его взгляд уперся в кирпичную стену, которая почернела от крови. Он лгал. Вернее, он не говорил правды, которая ему самому казалась бредовой. Тот, кто мог поставить такую защиту, был мертв. Чародей мог бы сомневаться в смерти этого человека, но он сам видел тело, а потому… Он был в полной растерянности. – Это может быть обычным похищением, просто кого-то попросили замести следы.

– Но ведь у тебя есть подозрения? – продолжал допытываться Дор.

– Нет, – ответил Мариан.

Они шли мимо камер, в которых сидели заключенные, им вслед летели оскорбления и ругательства. Чародею казалось, что в него кидают горстями колючих черных искр. Они царапали его кожу, и ему чудилось, что если он сейчас посмотрит на свои руки, то увидит там кровоточащие ссадины. Он покосился на Дора. Тот ничего подобного не ощущал, и чародей позавидовал ему. Иногда ему хотелось отключить свою силу, чтобы не страдать из-за ерунды.

– Не верю, – с усмешкой ответил Дор. – Скорее, боишься ошибиться.

Мариан ничего не ответил. Он остановился у последней камеры и стал вглядываться внутрь. Человек лежал, привалившись к стене. Почувствовав внимание к своей персоне, он дернулся, цепи зазвенели.

– Это он? – спросил Дор, пытаясь протиснуться к решетке. Но плащ не дал ему этого сделать, и он отошел в сторону.

– Похоже, да, – ответил Мариан и жестом подозвал тюремщика. – Кто он и за что сидит?

– Его зовут Лейф Безродный, – бодро проговорил тот. Он был низкого роста, с большими усами, похожими на крендель, и писклявым голосом. – Его арестовали за грабеж, три убийства и поджог. Через два дня пойдет на виселицу.

– Это точно то, что нам надо? – с сомнением спросил Дор.

В нем говорил не замутненный видениями здравый смысл, и в другое время Мариан согласился бы с ним. Это было слишком опасно. Но он знал, что должен поступить именно так.

– Я хочу на него посмотреть, – сказал Мариан, и его голос дрогнул от волнения.

– Эй, а ну подошел сюда! – взвизгнул тюремщик, и Мариан поморщился. Ему показалось, что по его ушам прошлись тупым напильником. Снова звякнули цепи, но пленник не шевельнулся.

– Господин Лейф, – строго сказал Мариан, – вы теряете шанс пропустить свой поход на виселицу.

Лейф хрипло рассмеялся и пробормотал что-то, похожее на проклятье.

Тюремщик бросил на Дора тревожный взгляд.

– А ну, встал и подошел сейчас же к господину! – проорал тюремщик, желая показать свою власть.

Лейф неохотно поднялся. Похоже, он был не сильно заинтересован в том, чтобы выжить. С людьми, которым нечего терять всегда трудно договориться, это Мариан прекрасно знал.

– Вы не выглядите так, чтобы ради вас надо было кого-то ограбить, – приближаясь к решетке, проговорил Лейф. Голос у него был хриплый, обволакивающий и совсем не похожий на тот, который был у короля.

Мариан впился взглядом в его лицо. Оно было обветренное и заросшее. Длинные засаленные волосы спускались ниже плеч. Разило от него, как от городской помойки. Но все это меркло перед тем, что он действительно был внешне очень похож на короля Дамьяна. Конечно, его надо было отмыть, причесать и одеть соответственно… Но даже сейчас можно было с уверенностью сказать, что Лейф идеально подойдет на роль королевского двойника.

– У нас другое предложение, – сказал Мариан. Хотя на деле никакого предложения быть не могло. За Лейфа уже все было решено.

– Мы его забираем, – сказал Дор и протянул тюремщику заранее приготовленные бумаги. – Давайте впишем его имя и покончим с этим.

Тюремщик растерянно посмотрел сперва на Дора, потом на чародея. Развернул бумагу и отошел к месту, где был ярче свет.

– Нам нужна будет крытая карета с решетками, – тихо сказал Мариан и знаком попросил Дора отойти в сторону. – И охрана. Во дворец его сейчас везти нельзя, нужно время, чтобы натаскать.

– Отвезем его ко мне, – сказал Дор. – Проведет эту ночь в моем замке, а там решим. По крайней мере, приведем его в приличный вид. Что до охраны… Люди Бальтазара через час будут здесь.

Мариан кивнул. Обернулся и посмотрел на тюремщика, который, шевеля губами, читал документ о помиловании. А потом посмотрел на Лейфа. В глазах того горела злорадная усмешка, и чародею стало от этого не по себе.

***

Лейф был похож на хищника. Каждый его жест, взгляд выдавал в нем дикое животное, готовое в любой момент броситься на свою жертву и уничтожить ее. В нем бушевала злость и обида на весь мир, которую он даже не пытался скрыть. Мариана этот тип настораживал. Он каждой клеточкой чувствовал опасность, исходящую от этого человека. Словно сама смерть стояла у него за спиной и давала свое благословение. Чародей попытался заглянуть в его память, но не смог прочитать ее. Увидел лишь обрывки событий и ощутил удовольствие, с каким он совершал свои преступления, особенно разбойные нападения и шантаж. Ему нравилось чувствовать власть над людьми, подчинять их себе. Среди всего этого на долю секунды Мариан смог выхватить лицо девушки. Она была красивой. Ее светлые волосы трепал ветер, простое белое платье ладно облегало фигуру. Чародей не понял, кем приходится Лейфу девица, но точно знал, что она имеет для него огромное значение.

***

Лейфа под охраной и в цепях привезли в замок к Дору. Тот распорядился приготовить подвальное помещение, где бы самозванца привели в порядок и сообщили ему, чего от него хотят. Бандит сопротивлялся и сыпал ругательствами, пока его вели, и лишь немного остыл, когда увидел еду и новую одежду. Дор решил, что присоединится к ним позже: ему надо было уладить какие-то дела.

Мариан медленно мерил шагами комнату, ожидая, когда самозванца приведут из купальни. Его мучили сомнения, правильно ли он поступил. Теперь при виде Лейфа ему хотелось дать задний ход или найти подтверждение тому, что его выбор правильный. Он не знал, что ему нужно больше, и это пугало его.

Дверь открылась, и в комнату ввели Лейфа. Мариан окинул его взглядом и нервно сглотнул. Сейчас, когда Лейфа вымыли и переодели, его сходство с королем стало разительным. Такие же черные волосы, карие глаза и взгляд, от которого становится не по себе, даже если ты ни в чем не виноват. Самозванец был чуть выше и шире в плечах. У него были сильные руки, покрытые шрамами и, если присмотреться, можно заметить легкую хромоту.

– Оставьте нас вдвоем, – приказал Мариан.

Наемники переглянулись. На губах Лейфа вспыхнула и тут же погасла злорадная усмешка. Мариан повторил свой приказ жестом, и на этот раз мужчины повиновались. Чародей набросил на помещение ловушку слов, чтобы ничто из предстоящего разговора не было услышано чужими ушами.

Лейф громыхнул цепями и вздернул подбородок. Мариан заложил руки за спину и прошелся вокруг самозванца.

– Не можешь понять, нравлюсь я тебе или нет? – проговорил Лейф.

– Я бы предпочел, чтобы тебя вздернули, – сказал Мариан. – Надеюсь, я ответил на твой вопрос.