Адриана Белоусова – Игра проклятий-4. В поисках королевы (страница 21)

Миновав последнюю ступеньку, оказалась в просторном помещении, где горели сотни свечей, было светло, как днем, и жар от них тут же обжег ей кожу. В углу стояло кресло, на его спинку небрежно брошены халат и мужская рубашка. Рядом стояла кушетка, с лежащей на ней раскрытой книгой. На небольшом столике наполовину пустой бокал вина. Все это походило на уютную комнату отдыха, если бы не один предмет.

Посреди помещения на цепях, словно колыбель, висел гроб из розового стекла. В нем на расшитых золотой нитью подушках, укрытая покрывалом с таким же узором, лежала девушка. Ее глаза были закрыты, руки сложены на груди. Темные волосы заплетены в две косы и украшены жемчугом. На пальцах – перстни. Кордия сразу узнала ее – принцесса Дилена, которую Лейф убил сразу после свадьбы. Для мертвой она выглядела слишком хорошо: – свежая кожа с легким румянцем, никаких трупных пятен и гниения, словно разложение обошло ее стороной.

Кордия осторожно поднесла ладонь к ее носу, чтобы убедиться, что она действительно не дышит. Принцесса не дышала. С облегчением вздохнув, королева уже собралась уходить, как Дилена схватила ее за руку и резко притянула к себе. Хватка у нее была железная, и Кордии показалось, что кости на запястье сейчас превратятся в пыль. Сдержавшись, чтобы не закричать, она попыталась освободиться от пальцев Дилены, чьи ногти уже оказались у нее под кожей.

– Ты заняла мое место! – с ненавистью прошептала Дилена и, распахнув глаза, зловеще уставилась на Кордию. – И должна умереть!

Кордия поморщилась. Она уже так часто слышала подобную фразу, что та уже не пугала, а вызывала лишь раздражение. И покойница туда же!

– Не отпустишь меня – сожгу! – зло прошептала Кордия и поднесла свечу к лицу Дилены. Она не чувствовала страха, ей скорее двигало любопытство. Что за магия поддерживала мертвую принцессу? И зачем?

Дилена яростно зашипела и отпустила руку Кордии. Откинулась на подушки, и вокруг ее головы закрутились пепельные завитушки дыма. На руках выступила черная паутина, похожее на ту, что была у Кордии. Неужели из-за того, что она была связана с Тьмой?

– Если хочешь, чтобы я освободила твое место, помоги мне, – неожиданно проговорила Кордия. Она задержала взгляд на кольце с черным камнем, в центре которого была белая точка. Ее так и хотелось стереть, чтобы она не портила идеальную черноту, что королева и сделала, но она никуда не исчезла. Ей непреодолимо захотелось надеть это кольцо себе на палец. Оно словно звало ее, требовало ее внимания. Кордия попыталась вспомнить, носила ли Дилена это украшение до свадьбы, но не смогла.

Она поставила свечу на небольшой комод, уставленный цветами, и сделала глубокий вдох, стараясь избавиться от искушения, которое все сильнее захватывало ее, заставляя подчиниться своей воле. Кордия знала, что брать что-либо у мертвецов нельзя, воровать – того хуже. Да и кольцо это, которое так манит ее, скорее всего, несет в себе опасность для того, кто чужд ему. Но ни увещевания, ни здравый смысл не помогали. Потребность слиться с этим кольцом, обладать им, затуманила девушке рассудок, и ее воля иссякла.

Взяв руку принцессы, Кордия решительным жестом сняла с ее пальца кольцо и надела на левую руку. Оно село, как влитое. Его сила тут же разилась по всему телу королевы, и она задрожала. Тьма горячей волной затопила ее, и, не в состоянии выдержать его мощь, Кордия вскрикнула. Тут же пожалела об этом и зажала себе рот рукой, чтобы подобное не повторилось.

Дилена застонала, и на ее красивых губах выступила черная пена. Она, словно змея, извивалась в гробу, и из ее рта вылетали черные бабочки и тут же превращались в прах.

– Что за… – в ужасе прошептала Кордия. Палец начало жечь и подняв руку, королева увидела, что метал расплавился и течет по коже, впитываясь в нее. Темнота камня обволокла фалангу пальца и тут же стала с ним единым целым.

– Отдай! – прорычала Дилена, бросившись на Кордию.

Она вывалилась из гроба, толкнув Кордию на пол.

– Пусти! – крикнула королева, чувствуя, как мертвые пальцы стискивают ей горло. На лице Дилены выступили черные вены – или это был рисунок Тьмы – Кордия не смогла понять. Она скалилась, обнажая кровоточащие десны, и ее глазах плескалась ярость.

– Отдай! – провыла Дилена.

Кордии удалось высвободить руку и ударить принцессу.

– Кольцо выбрало меня, так что прости, – откатившись в сторону, прохрипела Кордия. Она быстро поднялась на ноги, ища глазами что-то, чем можно защититься от взбунтовавшейся покойницы.

– Отдай… – голос Дилены прозвучал жалобно. По ее щекам побежали две красные дорожки слез, и кожа с лица начала кусками отваливаться, обнажая кость. Кордию замутило. – Вы все у меня отняли, я никому не нужна…

Кордии было жаль принцессу, но она запретила себе ей сочувствовать. Она уже умерла, и та девушка, что сейчас перед ней, всего лишь осколок ее личности. Тело, поднятое некромантом.

– Расскажи, что это было за кольцо, – попросила Кордия, прячась за креслом.

– В нем жила Тьма…

– Что оно значило? Откуда попало к тебе? – продолжила расспросы Кордия. Ее трясло, ноги подкашивались, и ей пришлось вцепиться в спинку кресла, чтобы не упасть. По телу разливался жар, палец, на котором растеклось кольцо, покрылся чем-то зеленым и вязким, пахнущим болотом.

– Наследие… Мама отдала на день дочери, – безжизненно проговорила Дилена. – Я должна была его носить всегда, а ты его украла.

Дилена тихо вздохнула и упала на пол, как подкошенная. Ее голова от удара отделилась от туловища и покатилась к окну. Открытые глаза продолжали моргать, и красные дорожки все еще бежали по щекам. Кордия зажала рот рукой, чтобы, поддавшись эмоциям, не обнаружить себя.

Туловище Дилены поднялось на ноги и, дойдя до гроба, подтянулось на руках и легло внутрь, словно делало это уже неоднократно. Кордия осторожно попятилась назад и, выскочив из покоев мертвой принцессы, бегом сбежала вниз. Постояв, прислушалась. Наверху было тихо. Что сейчас делает Дилена, Кордии представлять не хотелось. Что с ней сделал Артей? Неужели он настолько одержим ей, что готов жить с мертвой? Она мотнула головой, прогоняя из воображения живописные картинки.

– Артей – тот еще затейник, – мелодичный голос Талики заставил Кордию вздрогнуть. Она медленно подняла голову и посмотрела на призрака. Девушка улыбалась и излучала самое настоящее дружелюбие. С трудом сглотнув, Кордия ощутила, как ее охватывает дикая ярость. Захотелось броситься на Талику и бить ее и царапать до тех пор, пока она не перестанет дышать.

– Неужели на свете есть кто-то хуже тебя?

– А ты все-таки плохая девочка! – рассмеявшись, сказала Талика, крутя в руке сочное яблоко. А потом с хрустом впилась в него зубами. – Обокрала мертвую. Ты открываешься для меня с другой стороны, Кордия.

– Надеюсь, ты отравишься своей завистью! – откликнулась королева.

– А могла бы пожелать приятного аппетита! – пропела Талика, отбрасывая в сторону огрызок.

– Исчезни! – приказала Кордия и сделала двумя пальцами движение росчерк. Талика взвизгнула и рассыпалась на тысячи мелких точек. Кордия предположила, что она сейчас появится в другом углу в конце коридора, но этого не произошло. Она попробовала включить свою магию, но та молчала. Значит, дело не ней. Неужели Тьма?

Близился рассвет, и размышлять было некогда. Судя по тому, как было тихо, ее еще не искали, и этим надо было воспользоваться. Кордия толкнула дверь в одну из комнат. Убедившись, что там никого нет, проскользнула внутрь.

Подбежала к окну и выглянула на улицу. Темные ветви деревьев едва заметно качал ветер. Значит, здесь сад. Что ж, не самое плохое место для побега. Кордия стянула с кровати простыню и вытащив из ящика изящные ножницы, стала торопливо резать ткань.

Когда веревка была готова, ловко забралась на подоконник и начала спускаться.

Глава 10. Ночное нападение

Лейф плеснул себе на руки холодной воды и умылся. После целого дня, проведенного на солнцепеке, у него щипало лицо и болела голова. Им с Дором удалось незамеченными ускользнуть из Шиоронии. Сперва они хотели отправиться в ближайший порт и сесть на первое судно, следующее в Истрату, под видом обычных пассажиров, но Дор вовремя заметил там эленгардских судебных вестников, и они решили не рисковать. Предложение Кассиопея на фоне всего этого стало выглядеть более привлекательным, и они во весь опор поскакали в Касталию. Корабль отплывал через два дня, и нужно было успеть.

На ночь они остановились в небольшом трактире недалеко от леса. Кроме хозяина, пожилого мужчины, и двух женщин, здесь никого не было. После того, как поднялась Тьма, постояльцы избегали тут останавливаться. Лейфу тоже было не по себе от этого места, но надвигалась гроза, лошади едва не падали от усталости, и другого выбора не было.

Он поднялся на второй этаж и вошел в комнату, где молоденькая девушка стелила кровать. Услышав его шаги, обернулась. Ее нельзя было назвать красавицей, но в лице было что-то милое. Худая, неуклюжая, чуть сутулая, она производила странное впечатление. У него мелькнула мысль, что она прячется за этой непривлекательностью и ей ничего не стоит развернуть плечи и показать себя, просто она не хочет этого делать. Возможно, у нее есть тайна, и она не хочет, чтобы кто-то добрался до нее. А может, у него просто разыгралось воображение.