Адриан Чайковски – Псы войны (страница 43)
Сначала «Мессия» бросает в бой роботов – четвероногих существ с оружием. Их атакует Рой, устраивая электромагнитные помехи и мешая наведению. К тому времени, как я забрался на вершину утеса, первую волну уже разметали, но теперь они знают, где мы. Мы мчимся вперед.
Я планировал, что мы окажемся в основном производственном корпусе до того, как столкнемся с сопротивлением биоформов, потому что в тех местах, где используют нелегальные биоформы, их держат на коротком поводке. Все теперь не так, как в те времена, когда я принадлежал Хозяину. Теперь они не верят в преданность биоформов. Ведь они не знают, что биоформы – просто псы и Хозяин стоит во главе их иерархии. Мне можно было доверить что угодно.
Но похоже, «Мессия» выучила урок, потому что Рой подает сигнал тревоги.
Канал Рой: «Рекс, прибывают биоформы». Карты, изображения, цифры.
Я посылаю отряду инструкции и жду, пока поднимется десант из последних двух лодок. И почти тут же получаю сообщения от бойцов на передовой – они вступили в схватку. Бой биоформов между собой всегда самый тяжелый – мы крепкие, как роботы, а думаем, как люди. Я подключаю своих Больших Псов – теперь они лучше тех, что были в Кампече. Пора вступить в сражение.
Обороняющиеся биоформы окопались на позициях перед фабрикой, там же тяжелое вооружение и роботы. Рой атакует их электронику, не дожидаясь приказа, мешая врагам прицелиться или просто отключая их системы, чтобы нам пришлось разбираться только с легким оружием. Но и легкое оружие достаточно серьезно. Я оцениваю ситуацию, собираю картину боя от всех моих бойцов, и мы выдвигаемся. Оборона врага отлично выстояла бы перед солдатами-людьми, но мы стремительнее. Мы бросаемся вперед на четырех ногах, трое наших уже убиты. Но ведь мы созданы для этого. Солдаты созданы именно для этого.
И вот мы уже в гуще врагов, за бетонными заграждениями и стенами, стреляем и кусаем. Рой не удается взломать системы вражеских биоформов, иерархия вынуждает их с нами драться и считать себя Хорошими Псами. Я помню, каково это.
Это хорошие модели, лучше, тех которые производятся здесь на продажу. Бой выдался тяжелым. Одного моего Большого Пса сорвало с плеча, и его канал превращается во вспышку помех. Я хватаю сделавшего это врага и впечатываю в стену. Он огрызается. Моя рука на его глотке, и я отрываю ему голову.
В меня попадает что-то похожее на пулю мелкого калибра и отскакивает. В воздухе вокруг что-то движется, и на мгновение мне кажется, что я ранен.
Канал Рой: «Конкуренты!»
Я не понимаю, о чем она, потому что это нечто новое. Вражеский рой. Вообще-то это шершни. Они крупнее пчел. Они нападают на Рой, лезут в глаза и рты моего отряда. Они очень проворны, убить их сложно. Наши потери растут.
Шершнями руководит нераспределенный интеллект, и думаю, это не случайно. Рой никогда не была полностью под чьей-либо властью. Шершни – вроде роботов, порабощенных компьютером.
Канал Селларс: «Нужно двигаться вперед».
Я отправляю ей доклад о ситуации, а тем временем давлю кулаками шершней.
ЧелОС и Рой быстро совещаются. Мы продвигаемся, но шершни повсюду, от них трудно отбиться. Они проникают под очки и маски, злые и готовые расстаться с жизнью. Фабричное здание охраняют другие псы-биоформы и, похоже, кто-то размером побольше. «Мессия» экспериментировал со стаями мультиформов. Это не просто нелегальная лаборатория, как все остальные. Патока права, что позвала меня сюда.
Канал Селларс: «Готова».
Канал Рой: «Готова».
Никто не спрашивает, готов ли я.
Рой выпускает электромагнитный импульс, и в воздухе становится тихо. Земля между нами и врагом усыпана мелкими дергающимися тельцами, электронная архитектура, связывающая Рой в единый организм, перегружена.
Мой канал: «Рой?»
Сигнала в канале Рой нет.
Под постоянным огнем мы продвигаемся вперед и схватываемся со второй линией обороны биоформов. За ними я вижу людей в серых комбинезонах, они входят в фабричное здание – без паники или спешки, хотя некоторых достают шальные пули.
Канал ЧелОС: «Я загрузила слепок Рой и пытаюсь восстановить связь с ее юнитами. Но поддержка с воздуха будет только через некоторое время, Рекс».
Майор Амрадж подтверждает, что его войска очистили гавань и высаживаются. Я подумываю, не дождаться ли подкрепления, но меня все больше беспокоит поведение гражданских. Мне хочется знать, что там, на фабрике.
Более крупные биоформы, которых я заметил чуть раньше, – это медведи. Их только пять, и они не особо развиты – просто медведи с иерархической системой и без поводка. Рой, вероятно, сумела бы их разоружить и освободить, но ее сейчас нет. Придется разобраться с ними по старинке. Мои псы окружают их и нападают, стоит медведям отвернуться, а потом снова отскакивают. Наше оружие при первой же возможности стреляет по их слабым местам. Мы травим их до смерти. Это плохо, но ничего лучше мы сейчас сделать не можем. Еще два моих бойца погибли, а девять ранены, я отправляю их в гавань для эвакуации.
Рядом со мной стоит Селларс.
Мой канал: «Здесь опасно».
Канал Селларс: «Я должна посмотреть сама».
Она говорит еще что-то о расходном материале, но мы оба знаем, что это неправда. Все юниты ЧелОС – люди, в точности как все прочие люди.
Мой канал: «Рой?»
– Я работаю над этим, – отвечает Селларс.
А потом я получаю сигнал от одного из драконов. Он внутри фабрики и получил контроль над системой дверей, возможно, на короткое время. Это наш шанс. Я собираю отряд и надеюсь, что Селларс выживет.
44. Из книги Марии Хеллен «Звери внутри»
Глава шестнадцатая
Лучший друг человека
Хенке – скандинавский пес-биоформ местного производства, он работает в больнице Мальмё. Всех пациентов сначала осматривает младший медицинский персонал, расспрашивая о симптомах, а тем временем Хенке тихо сидит рядом и анализирует их запах. В прошлом обычные собаки могли распознавать некоторые болезни, например рак, но не были способны сообщить об этом людям. Хенке продолжает раздвигать границы своих познаний. Он сравнивает запахи с историями болезней пациентов и дает советы относительно дальнейших исследований. Результаты очень хорошие – пусть он не может точно поставить диагноз, но дает коллегам достаточно информации, чтобы обойтись без лишних анализов и сканирования.
Одна из главных проблем Хенке – описание того, что он почуял. Его подводит язык. В отличие от многих псов-биоформов ему нужно быть точным при передаче своих ощущений. Хенке – часть всемирной сети медицинских псов, которые создают новый язык в сфере обоняния. Слова и определения базируются на форме молекул и интенсивности работы синапсов нейронов.
Хенке спасает жизни и экономит деньги. Теперь в каждой больнице и крупных медицинских центрах Швеции и Дании в штате есть такие собаки. Специализированные биоформы обходятся недешево, но окупаются. Другие страны пытались для тех же целей сконструировать роботов-нюхачей, но никакие компьютерные мощности не сравнятся с миллионами лет эволюции обоняния.
Медицина – еще одна область, в которой полезна Рой. У нее масса идей по этому поводу, но, наверное, лучше все-таки сказать ей, что люди пока не готовы, чтобы в них внедрялись мыслящие насекомые. Рой крайне интересуют возможности распределенного интеллекта на микроскопическом уровне. Она (то есть некоторая ее часть) работает в области нанотехнологий. Рой мечтает о создании новой реальности: постепенно, мелкими шажками – очистка организма от раковых клеток, трехмерная печать без принтера, усовершенствованные люди и биоформы, которые смогут переделывать тело на лету и, может, даже научатся превращать свинец в золото… Многие сочтут эти цели нелепыми, но партнеры Рой среди людей дальновидны, богаты и достаточно сумасбродны, чтобы не согласиться с общепринятым определением невозможного. А Рой функционально бессмертна. Если эти гении не сумеют добиться того, что она хочет, она подождет, пока работу продолжат следующие поколения.
Хенке присутствует на приеме пациента по имени Оле Эсмундсен. Дома Оле живет под присмотром Джанике, собрата Хенке. Джанике – хороший специалист и разбирается в состоянии подопечных, он привел Оле Эсмундсена к врачу, обнаружив сбой в его сердечном ритме. Сам Оле ничего не заметил. Бдительность Джанике позволит начать лечение пациента еще до возникновения очередного сердечного приступа. Хенке и Джанике сравнивают записи, которые Хенке сделал на особом медицинском языке собак и приложил к файлу пациента.
В Кливленде, штат Огайо, доктор Люси Санг стала первым человеком с усовершенствованным центром обоняния в мозге, это позволит ей лучше понимать биоформов-медиков вроде Хенке. Процедура далека от совершенства, но прошла достаточно успешно, и уже есть другие желающие. Забавно видеть, как в интервью доктор Санг пытается выразить на человеческом языке то, что до сих пор понимали только собаки.
45. Рекс
Наша стая врывается на фабрику. Открывший дверь дракон забирается под потолок, чтобы нам не мешать, и сливается с белой поверхностью стены. Селларс по-прежнему рядом со мной, и я мысленно вою, потому что не уверен в ее безопасности. Впереди охранники-люди. Мы наступаем, и я жду, что они разбегутся, но ничего подобного. Они стоят и стреляют, они отбиваются. Ничего хорошего. Они тоже убивают нескольких наших, а потом переходят на ножи и электрошокеры, которыми с нами не справиться, но все равно не отступают, пока мы не убили всех.